Бывший. Твоя незабудка - Стася Ангелова

— Просто заказ, — издевательски повторяет Мирон. — И ты, конечно, совершенно случайно вызвалась монтировать всё лично. Надеялась столкнуться со мной в пустом холле до прихода гостей? Что, Ася? Любовник из ресторана оказался не таким щедрым на длинной дистанции? Решила снова подобраться к моим деньгам, но уже под видом цветочной феи?

Пальцы, перепачканные соком незабудок, немеют. Пять лет я по кругу прокручивала нашу возможную встречу в голове. Думала, что смогу выкрикнуть ему правду в лицо. Но сейчас не чувствую ничего, кроме холодной, парализующей пустоты. Он всё так же уверен в моей грязи. Ни тени сомнения. Всё решил тогда, быстро и без права на адвоката.

Я заставляю себя разжать сведенные напряжением кисти. Включаю тот самый рабочий режим общения с проблемными клиентами.

— Смета утверждена. Работа выполнена. — Я указываю дрожащей рукой на вращающиеся стеклянные двери. — Выход там. Оставь меня в покое.

Он не шевелится. Стоит, засунув руки в карманы идеально скроенного темно-синего пальто, и смотрит тяжело, подавляя одной своей фигурой. Жду, что развернется и уйдет, как делал это всегда — ставя точку. Но он не уходит. А я понимаю, что у меня не осталось воздуха в легких, чтобы повторить это «выход там» во второй раз.

Тишину разрезает громкий скрип петель.

Через служебный вход, отмахиваясь от сонного охранника бизнес-центра, уверенно шагает Зинаида Марковна.

— Да пустите вы, я владелица магазина, вот накладная на утренний довоз! — громко возмущается она. Замечает меня у стойки и тут же меняет тон: — Асенька, я тебе горяченького привезла! Всю ночь на ногах, кто ж так работает...

Из-за ее спины выныривает маленькая фигура в дутой куртке и надвинутой на лоб шапке.

— Мама! — Стёпка бежит ко мне по гладкому мрамору, размахивая свернутым листом бумаги. — Я тебе рисунок...

Земля уходит из-под ног.

Стёпа резко тормозит в двух шагах от стойки, заметив высокую фигуру незнакомца.

— Ой, — тихо говорит сын и на всякий случай прячется за мою ногу. Выглядывает оттуда с огромным любопытством.

Зинаида Марковна тоже останавливается, переводя настороженный взгляд с меня на мужчину.

Мирон больше не смотрит на меня. Его взгляд намертво прикован к Стёпе. Я вижу, как каменеют мышцы на его скулах. Как обрывается его дыхание. Стёпка, осмелев, чуть улыбается незнакомцу — и на левой щеке сына появляется глубокая ямочка.

Та самая ямочка. Копия той, что сейчас скрыта за жесткой щетиной Мирона.

Лицо мужчины стремительно бледнеет. Привычная циничная броня трескается на глазах. Он переводит ошарашенный взгляд на меня, затем снова на мальчика. Я по его расширившимся зрачкам вижу, как в его голове сопоставляются факты. Пять лет с момента нашего разрыва. И возраст ребенка, стоящего прямо перед ним.

— Он... — Голос Мирона ломается, превращаясь в сиплый, надтреснутый шепот. — Он мой?

Я делаю шаг в сторону, полностью закрывая Стёпку собой. Сердце колотится где-то в горле.

— Он — мой.

Глава 6

Мирон.

Утренний серый свет неохотно пробивается сквозь плотную облачность. Дворники смахивают мелкую морось с лобового стекла. Я сижу в заведенном внедорожнике и не отрываю взгляда от окна второго этажа над цветочным магазином.

Пальцы до хруста вцепились в оплетку руля. В висках стучит пульс, отдавая глухой, ритмичной болью. Перед глазами раз за разом прокручивается сцена, которая только что произошла в холле бизнес-центра.

Я был уверен, что она все подстроила. Увидела название моей компании в контракте и решила пролезть обратно в мою жизнь. Продать себя подороже, сыграть на корпоративном заказе. Когда я подошел к ней у стойки регистрации, я вскрыл ее план сразу. Ударил по больному, обвинил в корысти, поставил на место. Я видел, как она бледнеет, как трясутся ее руки.

А потом из-за ее спины вышел мальчик.

Мальчик с моей ямочкой на левой щеке.

«Он — мой», — сказала она, заслонив его плечом.

Коротко. Зло.

Мой. Как бы не так.

Пять лет. Пять лет назад я вышвырнул ее из своей жизни. До сих пор отчетливо помню то видео, присланное с анонимного номера.

Ресторан, где я готовил ей сюрприз на годовщину. Темно-синее платье в крупный горох, которое я сам ей покупал. Ее укладка. Ее спина.

Она целует чужого ублюдка, забившись в нишу под теневой ложей, куда почти не достают камеры наблюдения. Но того короткого ролика, снятого кем-то на телефон, хватило с лихвой.

Я забрал кольцо и указал на дверь. Без права на адвоката.

Ее мать потом обрывала мне телефон неделями. Пыталась выгородить дочь, умоляла не рубить сгоряча, предлагала любые условия и клялась, что Ася исправится.

Она была готова на все, лишь бы я не закрывал свой кошелек для их семьи. Я заблокировал всю их породу. Выжег каленым железом.

Я с головой ушел в работу. Совещания на рассвете, бесконечные перелеты, жесткие поглощения. Бизнес рос, статус укреплялся. Я был абсолютно уверен, что Ася давно живет с тем хлюпиком из ресторана, тратя на него то, что успела вытянуть из меня. Я даже не пытался ее искать. Зачем искать мусор, который сам вынес из дома?

А она, оказывается, сбежала сюда. В эту дыру. Устроилась вшивым флористом в цветочный ларек. И все эти годы растила моего сына.

Она лишила меня наследника. Скрыла беременность, пока я строил империю, которая по праву крови должна принадлежать этому мальчику. А теперь, когда деньги окончательно закончились, решила провернуть схему через мою же службу пиара? Случайностей не бывает. Не в моем бизнесе.

Достаю телефон из кармана пальто и набираю номер. Гудки звучат слишком громко в тишине прогретого салона.

— Мирон Дмитриевич? — Голос Кирилла собранный, несмотря на ранний час.

— Кирилл, сдвигай мой график.

На том конце повисает короткая пауза. Помощник переваривает информацию.

— Насколько? Форум мы закрыли, но через два часа вылет в Сингапур, потом подписание с корейцами. Мы не можем...

— Отправь вместо меня Романова. У него есть генеральная доверенность на подписание базового пакета, — чеканю каждое слово, не сводя глаз с обшарпанной вывески «Незабудки». — Если корейцы начнут возмущаться, дай им скидку в полпроцента по логистике. Это их успокоит. Я остаюсь в городе.

— Понял. Что докладывать партнерам о причине вашего отсутствия?

Я смотрю на входную дверь цветочного магазина. Скоро она должна спуститься вниз. Никуда она от меня теперь не денется.

— Скажи, что возникли семейные обстоятельства. У меня появилась проблема с неучтенными активами, требующая жесткого личного контроля.

Глава 7

Ася.

Шестое утро