Боевой офицер в брачном агенстве: за сбежавших мужей ответственность не несём - Марьяша Ришелье

— Может, нам отвернуться? — жалобно спросила Эмили. — Это как-то... неудобно.

— Сиди и наблюдай, — скомандовал я. — Это отличный полевой материал. Смотри, как работает профессионал.

— Кто из них профессионал? — уточнила она.

Я задумался.

— Оба.

Тем временем за столиком события начали развиваться стремительно. Полуволк что-то заказал — судя по выражению лица официанта, явно не из меню. Лилия смеялась, запрокидывая голову и демонстрируя лебединую шею. Он смотрел на эту шею с таким голодным выражением, что я машинально нашарил под столом рукоять кинжала. На всякий случай. Чисто рефлекс.

А потом началось то, ради чего я, честно говоря, и пришёл.

Лилия запустила пальцы в его волосы. Он зарычал — негромко, утробно, так, что задрожали бокалы на столе. Она в ответ застонала. Их лица сблизились, и...

— Ой! — Эмили дёрнулась, резко отвернулась и уткнулась лицом в моё плечо. Я почувствовал, как горят её щёки даже через рубашку. Её маленькие пальчики вцепились в мой рукав. — Я не могу на это смотреть!

— А я не могу не смотреть, — прошептал я заворожённо, не в силах оторвать взгляд от сцены, достойной пера эротического романиста.

Полуволк и нимфа целовались. Нет, не так. Они пожирали друг друга. В буквальном смысле. Его клыки царапали её губы, она кусала в ответ, её руки блуждали по его плечам, он рычал, она стонала, и всё это сопровождалось звоном падающих приборов и испуганным шараханьем официантов.

— Они... они кажется, друг друга съедят, — пробормотала Эмили, не поднимая головы от моего плеча. Её голос звучал приглушённо, и я чувствовал тепло её дыхания через ткань.

— Нет, — я покачал головой, продолжая наблюдать с профессиональным интересом бывшего солдата, который повидал всякое, но такое — впервые. — Они друг другу идеально подходят.

Я кивнул в сторону парочки. Лилия уже практически лежала на столе, опрокинув графин с водой. Полуволк нависал над ней, и его глаза горели уже откровенно золотым огнём. Блюдо с уткой сиротливо съехало на край стола.

— Смотри, — сказал я Эмили. — Это не агрессия. Это симбиоз. Как в природе. Рыба-клоун и актиния. Волк и... другая волчица. Они нашли друг друга. Моя работа здесь сделана.

— Но они же в ресторане! — пискнула Эмили. — Тут же люди!

— Поверь мне, — усмехнулся я, — сейчас они не видят ни людей, ни ресторана, ни этой несчастной утки, которая сейчас упадёт на пол. Они видят только друг друга.

И в этот момент полуволк, не прерывая поцелуя, подхватил нимфу на руки и встал из-за стола. Она обвила его талию ногами, её платье задралось до неприличия, и я машинально прикрыл Эмили глаза ладонью.

— Эй! — возмутилась она.

— Тебе ещё рано такое видеть.

— Я не ребёнок!

— А ведёшь себя как ребёнок. Сиди тихо.

Полуволк тем временем решительным шагом направился к выходу, унося свою добычу. Нимфа, перекинутая через его плечо, помахала мне ручкой и подмигнула. Я в ответ отсалютовал бокалом. Профессионал профессионалу.

Дверь за ними захлопнулась. В ресторане повисла тишина, нарушаемая только звоном осколков — несчастная утка всё-таки упала.

Эмили наконец отлипла от моего плеча. Её лицо было пунцовым, косички растрепались, а в глазах стояло выражение «что это сейчас было?». Она открыла рот, закрыла, снова открыла.

— Ну, — подвёл я итог, поднимаясь и бросая на стол пару золотых за моральный ущерб ресторану, — можешь записать в отчёте: «Свидание прошло успешно. Оба клиента остались довольны. Огонёк обнаружен в количестве, превышающем запланированное».

— Огонёк? — слабым голосом переспросила Эмили. — Да там был не огонёк, там был лесной пожар!

— Ну, нимфа же просила не брёвна, — я пожал плечами и подал ей руку. — Получите, распишитесь. Идём, боевой товарищ. Завтра у нас по графику две эльфийки, гном и кто-то, кто подписался просто как «Загадочный незнакомец».

Эмили взяла мою руку, и я помог ей встать. Она всё ещё дрожала, но в глазах уже плясали смешинки.

— Господин Рейгер, а вы... вы когда-нибудь... так же? — она замялась. — Ну, как полуволк?

— Во-первых, я не полуволк, — я усмехнулся. — Во-вторых, это секретная информация. В-третьих... может быть.

— Что «может быть»?!

— Может быть, узнаешь. Когда-нибудь. Если дослужишься до звания старшего помощника младшего свахи.

Она фыркнула и пихнула меня локтем в бок. Я сделал вид, что мне больно. Мы вышли из ресторана в прохладный вечер, и где-то вдалеке, кажется, выл полуволк.

Или нимфа.

Или они оба.

Глава 7: Требую эльфа обратно, или Сто двадцать семь причин для жалобы

Утро в агентстве «Сердечный узел» началось подозрительно мирно. Эмили, моя маленькая помощница, уже суетилась у кофейного столика, и аромат свежезаваренного напитка щекотал ноздри. Солнце пробивалось сквозь пыльные окна, рисуя золотые дорожки на полу. Где-то за окном чирикали птички. В общем, идиллия.

— Господин Рейгер, — Эмили подошла ко мне, держа в руках две дымящиеся чашки. На её веснушчатом носу блестела капелька пота — видимо, кофе она варила с усердием, достойным полевой кухни. — Я хотела вам сказать...

Договорить она не успела.

Дверь офиса, которую я вчера так старательно баррикадировал от баронессы, слетела с петель с таким грохотом, будто в неё врезался таран. Собственно, это и был таран. Живой. Зелёный. И очень, очень злой.

Я успел заметить лишь вихрь — что-то огромное, клыкастое, ворвалось в комнату, сметая всё на своём пути. Эмили, моя маленькая Эмили, отлетела в сторону, впечаталась спиной в стену и сползла по ней, расплескав кофе. Её синие глаза расширились от ужаса, косички взметнулись, а с губ сорвался тихий всхлип.

— Эмили! — рявкнул я, вскакивая.

Но тут же был вынужден замереть. Потому что на пороге стояла орчиха.

Нет, не так. На пороге стояла ОРЧИХА. Ростом под потолок, плечи — как у осадной башни, кожа — благородного болотно-зелёного оттенка, клыки — каждый размером с мой большой палец. Она тяжело дышала, раздувая ноздри, и сжимала в кулаке что-то похожее на смятый свадебный каталог. Её маленькие глазки метали молнии.

Я медленно перевёл взгляд на Эмили. Она сидела на полу, прижимая ладошку к затылку, и смотрела на меня взглядом «кажется, мы умрём, но это не точно».

— Вы! — взревела орчиха, тыча пальцем в мою сторону. Палец был толщиной с моё запястье. — Вы