Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон - Лилия Тимолаева

— Госпожа, экипаж будет готов через четверть часа. Господин Вальд велел отправить с вами двух служанок и человека для багажа.

— Служанки мне не нужны.

Женщина задержалась у двери.

— Госпожа?

— Я еду в гостиницу, а не в другую резиденцию. Мне не потребуется свита.

— Но...

Я подняла договор.

— Здесь оплачена одна комната. Полагаю, прежняя... я сама так и планировала.

Еще немного, и я начну выдавать себя каждому встречному.

Женщина, к счастью, смотрела не на меня, а на бумаги.

— Господин Вальд может распорядиться снять дополнительные комнаты.

— Не надо.

— Я сообщу ему.

— Сообщите.

Она не ушла.

— Что-нибудь еще?

— Ваши сундуки уже отправлены в гостиницу два дня назад.

Это совпадало с квитанцией.

— Тогда возьму только эти вещи.

Я показала на кофр.

Женщина посмотрела на него, потом на меня.

— Госпожа, простите, но вы точно хорошо себя чувствуете?

— Сегодня этот вопрос задают подозрительно часто.

— Вы обычно не отказываетесь от помощи.

Интересно.

— Сегодня необычный день.

Она не стала спорить.

Когда дверь закрылась, я быстро собрала бумаги, тетрадь и кошелек. Несколько платьев пришлось оставить. Разбираться в чужом гардеробе сейчас хотелось меньше всего.

На дне кофра нашлась еще одна небольшая книжка.

Не рецепты.

Список расходов.

Я пролистала несколько страниц и увидела регулярные платежи за продукты, аренду кухни и оплату двух помощников.

Мавена действительно работала там.

Тайно.

Я уже собиралась закрыть книжку, когда заметила имя.

Брина Сель.

Рядом была сумма и пометка: «За два вечера. Согласилась помочь с печью».

Имя встретилось еще три раза.

Если Брина работала с прежней Мавеной, она могла знать значительно больше Керрана.

Я запомнила адрес кухни из договора.

Западный квартал.

Туда следовало попасть как можно скорее.

Но сначала гостиница.

Когда я спустилась, Керран стоял в холле.

Похоже, новость о моем отказе от служанок добралась до него быстрее меня.

— Ты действительно уезжаешь с одним кофром?

— Остальные вещи уже там.

Он посмотрел на кофр.

— Мавена, гостиница находится в десяти минутах езды отсюда.

— Удобно.

— Я не об этом.

— А о чем?

— Ты ведешь себя так, будто собираешься исчезнуть.

На секунду мне стало неуютно.

Возможно, именно это и собиралась сделать прежняя Мавена.

— Если бы я хотела исчезнуть, вряд ли сняла бы гостиницу в десяти минутах от вашего дома.

— Нашего дома.

Я поправила перчатку.

— Мы уже обсуждали это слово.

— Мы ничего не обсуждали. Ты поставила меня перед фактом.

— Теперь знаете, как это ощущается.

Он понял намек сразу.

— Я не ставил тебя перед фактом.

— Сегодня утром вы уже приняли решение, когда председатель задал вопрос.

— Потому что знал, какой вопрос зададут.

— А мне сказали?

Керран замолчал.

Ответ я получила.

— Вот именно.

— Мы говорили об обвинении вчера.

— Вы говорили. Я не помню этого разговора.

— Это уже второй раз, когда ты утверждаешь, что чего-то не помнишь.

Проклятье.

Нужно было осторожнее.

— За сегодняшний день произошло достаточно, чтобы у меня путались разговоры.

— У тебя ничего не путалось в зале.

— Там обсуждали мою работу.

— Которой, по твоим словам, раньше не существовало.

Я посмотрела на него.

— По моим словам?

— По твоему поведению.

— Это разные вещи.

— Мавена, ты последние месяцы скрывала от меня кухню, расходы и участие в конкурсе.

— А вы эти месяцы не заметили.

Он чуть отступил.

Не физически. Просто в лице что-то изменилось.

Я поняла, что попала туда, куда не собиралась.

Разговор уже не касался сегодняшнего заседания.

Он касался их брака.

А я не знала достаточно, чтобы судить.

— Мне пора.

Я взяла кофр.

Керран перехватил его раньше.

— Я сам.

— Не стоит.

— Он тяжелый.

— Я справлюсь.

— Я вижу.

Но кофр он не отдал.

Спорить из-за багажа было слишком глупо даже для нашего странного утра.

Мы вышли к экипажу.

Керран поставил кофр внутрь, закрыл дверцу, но не отступил.

— Через семь дней я буду на первом испытании.

— Это не обязательно.

— Для тебя, возможно.

— Для меня тоже.

Он посмотрел прямо на меня.

— Мне нужно понять, что происходит.

Вот тут спорить было сложнее.

Если бы мой супруг после восьми лет брака внезапно не узнал адрес дома, заговорил с ним на «вы» и заявил, что участвует в конкурсе по профессии, которой никогда не занимался, я бы тоже захотела понять.

— Тогда приходите.

— Приду.

Я села в экипаж.

Керран закрыл дверцу.

Только когда дом исчез за поворотом, я позволила себе открыть тетрадь снова.

Семь дней.

Мне нужно было за семь дней понять работу женщины, которая училась кондитерскому делу самостоятельно несколько месяцев.

И победить человека, который, судя по его рукам, занимался этим профессионально годами.

Задача становилась все приятнее.

Брину Сель я нашла на следующий день.

Она работала в той самой арендованной кухне в западном квартале и встретила меня с таким выражением, будто была готова выставить за дверь.

— Я думала, вы не придете.

— Почему?

— После вчерашнего?

Она вытерла руки о передник.

Кухня была