Развод. Ты нас предал - Ольга Игонина

Снова звонит телефон. Что так быстро прошла операция?

Достаю трубку из заднего кармана джинсов.

«Денис Павлович»

— Добрый вечер, — стараюсь унять тремор.

— Егор, можешь считать меня параноиком, но мое сердце не на месте. Антонина спать легла, а я как пришибленный хожу из стороны в сторону. Как думаешь, если я Альбине наберу, будет сильно плохо? Она же, наверное, уже спит? Да и соседка по палате будет недовольна. Они будущие мамки, им скоро о сне только мечтать придется. Пусть сейчас спят, правильно?

Мычу вместо ответов, может, ему так спокойнее будет?

— Может, я приеду? Мы с тобой граммов по пятьдесят настоечки теть Тониной на малинке хапнем. И будем новостей ждать? — мне бы сейчас тоже накатить. Не умею я врать, изловчаться, прямой, как шпала.

— Ну если ничем не занят, то приезжай. Я ж тебе всегда рад. Вот думаю, почему ты не муж моей дочери. Вы ж даже дружить ни разу не пробовали. А надо попробовать. А то подлец этот, будь он неладен, — Денис Павлович переключается на Демида, что для меня огромный плюс.

Иду к машине. Сажусь за руль. А у самого слезы на глазах. Как будто там в роддоме моя жена и моя дочь. Старый стал, сентиментальный. Не могу с первого раза завести машину, руки не чувствуют ключ, так надо менять машину, чтобы с кнопки заводилась, это не дело.

Останавливаюсь на светофоре. Голова сама поворачивается в сторону подъемной машины, рабочие монтируют новый рекламный баннер. В темноте изображение видно плохо, но внутренний голос снова пищит. Включаю аварийку. Не, это как-то по-скотски, паркуюсь недалеко от этого баннера. Подхожу ближе.

Почти на двухметровом полотне красуется рожа Демида. «Демид Золотов — главный трахать нашего города. Он обманул меня. Будь осторожна, следующей можешь быть ты».

Да уж. Эта игра перестает быть веселой. Фотографирую, отправляю виновнику. В ответ прилетает мат. Да и пошел он, своей «кристальной» репутацией портит нам жизнь, кто из партнеров захочет с такой компанией связываться.

По дороге, почти на повороте в поселок круглосуточный цветочный магазин. Останавливаюсь, покупаю букет больших ромашек, теть Тоню поздравлю. Уверен, то все с Альбиной и крошкой будет хорошо.

Подъезжаю к дому. Снова накатывает тревога. Что же Света не звонит, кажется, прошла вечность. Смотрю в трубку и мысленно прошу, чтобы эта гнетущая тишина скорее ушла.

Трубка вибрирует в руках. Сообщение в мессенджер.

С Альбиной все нормально. Малышка родилась в 23.40, 49 см, 2150 гр.

Перечитываю еще раз сообщение. От счастья не могу раздышаться.

Бегу к дому, дергаю калитку, открыта.

Денис Павлович машет из беседки.

— Я ей сообщение написал, а она молчит. Спит, наверное, — голос усталый. Совсем старик себя измотал, пора на пенсию его провожать.

— Привет, дед, — машу рукой.

— При... Как дед?

Впервые вижу, как мужчина в возрасте начинает дрожать. Обнимаемся и вместе рыдаем.

— Света написала. С Алей все хорошо, как сможет, так позвонит. Девочка родилась маленькая, но были бы кости, сам знаешь.

— Фуух, а ты все знал и молчал? — бьет меня в плечо. — Пойду Тоне скажу, а то спит и не знает, что она уже бабка.

Глава 61

Прошла неделя

— Как наш карапузик поживает? — мама пишет каждые десять минут, ждет новых рассказов о Софии.

— Мам, все так же. Активно кушает, пачкает подгузники. И уже щеки не влазят в самую маленькую шапочку. Очень похожа на меня в детстве.

Моя крошечка лежит рядом, активно кушает и набирает вес. Я была уверена, что у меня будет Машенька. Но с первых секунд ее рождения я поняла, что нет, никакая она не Мария, а Сонечка. Крошечный лягушоночек, тоненькая, крошечная. Сначала думала, что доченьку сразу заберут в реанимацию. Но все оказалось, лучше, чем мы думали. София так громко оповестила мир о своем рождении, что врачи были в восторге. Когда ее приложили к груди, она жадно зачмокала. На ночь ее забрали под наблюдение, измеряли ей температуру и сатурацию, но малышка-боец. Уже наутро ее привезли в маленьком пластиковом корытце, велели хорошо кушать и активно набирать вес.

— Скорее бы Софушка к бабушке на ручки пошла. Там Егор с дедом такую деятельность развернули. Алечка, они все из комнаты вынесли, все проходы загородили. Тебе новую кровать притащили, малепусечке нашей тоже люлечку кругленькую.

— Кругленькую? Белую? — в уголке глаза защипало.

— Да, просто кукольная. А кроватку побольше, Егор говорит, лучше с тобой выбрать. Так, уже не терпится тебе фотки скинуть, но мужики строго настрого приказали не лезть. Сюрприз готовят. А я что, я молчу. Егор нашел какой-то журнал, где ты обводила, что-то из мебели, у него, что ли, в машине забыла его. Он такой скрытный стал. Думаю, волнуется, что будет дальше.

— Я думаю, мы с ним потом разберемся. У меня сейчас только одна забота, вот сладко зевает и трет нос кулачком.

Вспоминаю, что за журнал я могла забыть. Каталог детской мебели! Я выделила, кажется, две детские. Я уже и забыла, но приятно будет приехать в обновленную комнату. Тем более, обживать мы ее будем вдвоем.

Мама снова прощается. До утра в этот раз, но я знаю, она еще дважды напишет.

Спасибо ей, что она не поднимает вопрос наших отношений с Демидом. Что у них там происходит, она знает лучше.

Я ждала поздравление от мужа. Мне не нужно его возвращение, но дочка? Демид позвонил один раз по видеосвязи, несколько минут повосхищался нашей малышкой. Попросил сделать ему пару фоток. И пропал.

«Демид Золотов — банкротство года» «Удастся ли избежать срока главному трахарю нашего города». Заголовки местных новостных пабликов пестрят на все лады. Я уже из прессы узнала, что Демид не только меня предал, а всю мою семью. Огромная сумма денег была выведена со счета отца, на какой-то подставной, если бы не наши юристы и не настойчивость Егора, концов бы невозможно было найти. Всплыли новые дела: взятки, откаты, договорные тендеры. Я у мамы спросила, какой прогноз, она тактично промолчала. У меня много обиды на Демида, даже ненависти, но я точно не желала ему такой участи.

Интересно, что скрывает отец? Если трясут Демида, то и им с Егором еще как достается. Там не щепки летят, а настоящие бревна. А они ремонтом занимаются?

Родственники ничего не скажут. Надо звонить кому-то со стороны. Семену — нашему юристу, импозантному мужчине с огромными усами.

— Альбина Денисовна, что-то случилось? — голос спокойный, слышу, как его пальцы бегают по клавиатуре. У него в офисе особенная