Холодная мечта - Анастасия Пырченкова

Остальные — это три его друга по школе: Денис, Павел и Виталий. Я с ними не то, чтобы много общалась, скорее придерживалась нейтралитета.

Денис — потрясающе красивый брюнет с синими глазами, предпочитающий неформальный стиль в одежде и панк-рок в музыке.

Павел — блондин с зелёными глазами и спокойствием, которому даже Северьян, наверное, позавидует, настолько умело он контролирует все свои эмоции. И есть лишь один камень преткновения, который способен пробить панцирь этой каменной глыбы — моя соседка Ира. Когда эти двое встречаются, с уверенностью девяносто процентов из ста можно сказать, что вечер завершится скандалом. Ибо вместе эти двое — настоящая бомба с отложенным таймером, для активации которой достаточно одной неудачной шутки.

А вот Виталий — типичный избалованный женским вниманием бабник, ловелас, повеса, Казанова и прочее, прочее, прочее. Брюнет с карими, почти чёрными глазами и самой обаятельной улыбкой на свете. Он же первым и среагировал на слова Максима.

— Ого, какие подробности. Ребят, а точно между вами ничего нет?

Я на это лишь закатила глаза. Каждый раз одно и то же. Иногда возникало ощущение, что все вокруг только и мечтают, что свести нас с Холодовым-младшим, хотя мы и повода особого не даём с ним так думать о нас.

— Значит, будешь учиться в обычной школе с обычными людьми, — задумчиво протянул Павел.

Больше он никак не прокомментировал усвоенную новость, продолжая изучающе осматривать местность, словно решал про себя какую-то задачу. Странный он, порой, всё же.

— Ага, сбылась мечта идиота, — хохотнул Максим.

— А что? Мне нравится идея, — вставил свои пять копеек Денис. — В какой вы, говорите, будете учиться школе? Впрочем, какая разница… Слушайте, народ, а давайте все в одной школе доучимся? — внёс неожиданное предложение этот безумец.

— Ага, так родители тебя и перевели под конец года из частной школы в простую, да ещё в чужом городе, — фыркнула насмешливо Катя.

— Вечно ты всё портишь, — проворчал на это парень, на что все только заулыбались.

Я же, глядя на них, в очередной раз призадумалась, каково это — не только в одной школе всем учиться, а вообще везде бывать вместе. Наверное, здорово. Хотя по рассказам, как я поняла, именно сдружились они здесь, в лагере. До него даже не знакомы друг с другом были. Виделись на уроках, в коридорах, но между собой не общались. Всё изменилось после общей смены в лагере.

— Но я н спорю, было бы и впрямь здорово, если бы Света училась с нами, — сгладила свой ответ Катя.

— Слушай, Макс, а поговори с братом, пусть он посодействует, — вставила уже Ирина.

Я аж споткнулась от неожиданности.

Кто посодействует? Северьян? Моему переводу в школу для богатых и избалованных детишек? Да ну нафиг! Не надо мне такого счастья! Тем более до конца года осталось всего ничего, какие-то жалкие два месяца! Обойдусь!

О том же, слава богу, подумал и Максим!

— Тем более, насколько знаю, Ян уже подготовил бумаги о моём переводе на дистанционное обучение, — привёл последним аргументом.

Я даже вину ощутила за то, что из-за меня парень вынужден бросить учёбу в элитной школе и своих друзей.

— Я могу сама с ним поговорить. Чтобы он тебя не переводил никуда, — предложила.

В ответ получила такой взгляд, что не по себе стало.

— Если бы я не хотел, брат бы и не стал этого делать. Я сам попросил.

— Но…

— Не обсуждается, — пресёк все мои возражения он, и я мысленно чертыхнулась.

Иногда Максим Холодов был не лучше своего старшего родственника. Такой же упрямый и непримиримый. Аж зла на них обоих не хватало.

— Ну, если не в школе, то всегда можно поступить в один университет, — предложил Виталий. — Свет, ты уже выбрала факультет? — поинтересовался у меня.

Хороший вопрос. И очень сложный для меня.

— Я, наверное, возьму паузу на год, — отозвалась неуверенно. — Я точно знаю, что не хочу быть медиком, но и ничего другого для себя я пока не выбрала. Не хочу поступать куда-то, потому что так надо. Хочу сделать осознанный выбор. Поэтому пока поработаю, подумаю ещё.

— Но куда-то же всё равно тянет, — заметил Паша.

Как всегда не спрашивал, а утверждал.

— Возможно, — отозвалась уклончиво. — Но это не точно.

— И куда? — тут же принялись выспрашивать девчонки.

— В небо, — запрокинула голову, глядя вверх, где вокруг бледно-жёлтого светила ярко горели холодные точки далёких звёзд.

Нет, не космосом я бредила, но полётами.

— Хочу быть пилотом, — призналась.

Воцарилось молчание.

— Это… неожиданно, — наконец, высказалась за всех Рита.

— Вот потому и думаю. Родители будут наверняка против, да и для меня самой это большая ответственность, если решусь. К тому же, на эти факультеты бешеный конкурс, а я не то, чтоб настолько хорошо учусь. Так что, наверное, лучше выбрать что-то более приземлённое. Подумаю, в общем.

— Ты всегда можешь взять частные уроки, если вдруг захочется посидеть за штурвалом, а профессию выбрать более приземлённую, — подбодрил меня Паша. — Хотя я бы попробовал победить в этом бешеном конкурсе. Чтобы в будущем не жалеть об упущенном шансе.

Тоже верно.

— Подумаю я в общем, — подвела итогом.

Дальше мы продолжили болтать ни о чём, пока шли к месту уже привычного отдыха. На поляне мы быстро развели костёр, и вся наша компания удобно устроилась на брёвнах. Ребята достали из заначек по бутылке пива на каждого. И всё было хорошо ровно до тех пор, пока на поляну не пришёл Иван со своими дружками.

— Началось, — пробормотала Катя.

Тем удивительнее стало, что никаких грубых замечаний в наш адрес не последовало. Вообще ничего плохого.

— Да ладно вам, последний день в лагере, больше и не свидимся. Так давайте расстанемся на хорошей ноте.

Конечно ему никто не поверил, но спорить не стали. В конце концов он прав, это последний вечер. Да и что они нам сделать могут? Нас восемь человек, их всего трое.

В общем, вечер проходил довольно весело и непринуждённо.

Пару раз Пашка с Иркой ругались, но быстро мирились, а после второй бутылки пива оба сидели уже в обнимочку. Я невольно залюбовалась ими. В свете костра они неплохо смотрелись вместе. Как чёрное и белое или молоко и шоколад. Естественно, чёрное и шоколад — это темноволосая Иринка, а белое и молоко — светловолосый Павел.

— И не надейся, — усмехнулась на мои озвученные мысли Рита. — Это лишь временное перемирие. Выпили, подобрели. Погоди, они ещё целоваться