Холодная мечта - Анастасия Пырченкова

Шумно задышала, стараясь успокоить взбунтовавшийся организм.

— Я вижу, — недовольно отозвался Северьян, поднимаясь с постели. — Старайся не двигаться. Я принесу лекарства, — отдал распоряжение тоном, не терпящим возражений.

Впрочем, такой ерундой я и не собиралась заниматься. Лишь уточнила, что со мной случилось.

— Наркотик, — только и ответил, выходя из комнаты.

Я же осталась лежать и осмысливать ситуацию. То есть меня украли и накачали наркотиками, потому я ничего не помню? Но как меня спасли? Каким образом Северьян узнал, где меня искать? Ответы на свои вопросы я получила немного погодя. Когда мужчина вернулся через несколько минут со сладким чаем и таблетками от боли. Даже помог мне приподняться, усевшись позади и прижав к своей груди. Обхватил руками чашку с напитком, чтобы я её не уронила. Так мы и сидели, пока я медленно пила.

— Расскажешь, что произошло? — попросила, стараясь не шевелиться лишний раз в его руках.

Мужчина вздохнул и с ответом не спешил.

— Что ты помнишь? — наконец, переспросил он.

— Помню, как мы сидели привычной компанией у костра на той поляне в лесу, — начала восстанавливать события в хронологическом порядке, что было несколько затруднительно на самом деле. — Потом я отошла ненадолго, и… дальше никак, — вздохнула, сдаваясь.

— Я приехал по времени в момент твоего похищения. Макс сказал, в какую ты сторону ушла. Труда понять, куда тебя увели, не составило. С той стороны можно выйти только на одну дорогу, — Северьян замолчал, то ли обдумывая, что говорить, то ли просто задумавшись, что-то вспомнив. — Мы вас догнали и забрали тебя у тех наёмников, — закончил в двух словах свой рассказ.

— Наёмников? — удивилась. — Зачем я им понадобилась? — задала давно терзавший меня вопрос.

Мужчина вздохнул, пощекотав своим дыханием мою шею, а после и вовсе поднялся с постели, аккуратно уложив меня на подушку.

— Не им. Тому, кто тебя им заказал, — поджал губы и прежде чем успела возмутиться, продолжил: — Тебе нужно отдыхать.

— Кто заказал? — пробормотала растерянно.

Северьян ответил не сразу.

— Я слишком приблизил тебя к себе, — пояснил, но как-то абстрактно. — Некоторые решили, что тебя можно использовать против меня.

— Меня? — удивилась. — Но мы ведь почти не общаемся даже, только иногда и вынужденно, — нахмурилась.

— Кто-то посчитал этого достаточным и решил, что это что-то значит. Не волнуйся, я разберусь.

Голубые глаза затянуло стужей, стирая любой намёк на теплоту.

— Разберёшься как? — уточнила осторожно.

Хотя и без того догадывалась об ответе. И он мне откровенно не нравился. Не хватало ещё, чтобы из-за мести за моё похищение, Северьян сам пострадал.

— А вот это тебя уже точно не касается, — грубо отозвался Холодов, поднялся с постели. — Отдыхай, набирайся сил, после я верну тебя домой, — ушёл.

Я осталась лежать на месте, обиженная его ответом и тоном.

Невыносимый мужчина!

— Ну и ладно, у Макса спрошу потом, — пробурчала себе под нос.

Уж он-то мне всё расскажет, что знает!

Вот только кое-кто явно решил держать меня в изоляции. Дима — единственный, кто к нам приходил. Да и он появился в домике только утром следующего дня. Я к тому времени вполне сносно себя чувствовала. Общая слабость ещё присутствовала, но не давила, как в первые часы. Я даже с удовольствием поела куриного бульона, который блондин приготовил собственноручно. Не думала, что он умеет готовить в принципе. Сперва вовсе было жутко неудобно, а потом… я вошла во вкус. Ведь заботился. Сам. Постоянно пребывая возле меня.

— А где ты научился готовить? — поинтересовалась, собирая губами с ложки пюре из овощей.

— Когда тебе некому помочь, невольно научишься делать всё сам, — пожал плечами мужчина. — К тому же не так уж это и сложно.

Я затаила дыхание в ожидании продолжения его рассказа, но его не последовало. Пришлось на корню душить своё любопытство. И вот так всегда: начнёт говорить, а в итоге вопросов становится ещё больше, чем было.

Нет справедливости в этом мире!

Зато в доме нашёлся роман Джейн Остин «Гордость и предубеждение», и Северьян читал мне его по вечерам. Это было одновременно дико странно и забавно, но мне нравилось слушать тихий и чуть хрипловатый голос, сидя рядом с мужчиной, плечом к плечу.

— «Холостяк, если он обладает солидным состоянием, должен настоятельно нуждаться в жене, такова общепризнанная истина», — зачитывал он.

Фразу подкрепил его тяжкий вздох, и я не удержалась, рассмеявшись на такое проявление эмоций.

— Не, ну вообще так оно и есть, даже сейчас. Что это за мужик, у которого нет жены? — подколола вслух. — Значит с ним что-то не так. Вот ты почему не женат до сих пор? — чуть развернулась к нему лицом, чтобы лучше видеть.

— Ну уж точно не потому, почему ты подумала, — проворчал Северьян, вызвав на моих губах ещё одну улыбку.

— Я даже боюсь уточнять, о чём же я, по-твоему, могла подумать, — посмотрела на него заинтересованно. — А я, между прочим, чтоб ты знал, подумала, что твой образ жизни мешает тебе завести семью. А не то, о чём подумал ты, — съязвила ответно.

На мужских губах расплылась не менее довольная усмешка.

— Вообще-то я подумал как раз об этом, — парировал он. — А не то, о чём подумала ты, о чём я мог подумать, но не подумал, в отличие от тебя.

Вот же… зараза белобрысая! Опять переиграл. И так каждый раз. Стоило мне ввязаться в спор с этим вредным мужчиной, я по итогу всегда оказывалась в проигравших, даже там, где, казалось бы, это невозможно. Вот и сейчас. Запутал и вывернул всё в свою пользу, оставив меня смотреть на него и кипеть от возмущения.

— Выдохни уже, а то точно лопнешь, — хмыкнул Северьян на моё недовольное пыхтение.

И я действительно выдохнула. От новой порции возмущения.

Нет, ну до чего же он иногда бесячий! Просто невыносимо! Улыбочка его ещё эта… Так и тянуло дотронуться до мужских губ, пальцами очертить контур, а затем податься вперёд, оставляя на них нечаянный поцелуй… С каждым пройденным мгновением хотелось всё больше.

Громкий хлопок закрытой книги вынудил вздрогнуть. И резко шарахнуться прочь от мужчины. Я же ведь… Я ведь реально чуть не воплотила в жизнь своё желание. Стыд-то какой! Вот и в голубых глазах теперь царили лёд и холод по отношению ко мне.

— Тебе надо отдыхать, а мне работать, — сухо произнёс Северьян, поднимаясь с постели.

На меня больше не смотрел, положил книгу на прикроватную тумбочку и направился на выход из дома. Я же накрыла лицо обеими ладонями. Ну, что за бестолочь? Надо же было так глупо