Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

Вытаскиваю одну из книг. Подсвечивая себе фонариком, пытаюсь читать. Слог непривычный для современного человека, но его легко можно разобрать. А это что? Интересно. Раньше мне не попадались книги о других планетах. И самое странное, в них говорится о различных формах жизни на них, и довольно подробно. А нам почему такого не рассказывают? Наоборот, говорят, что мы одни во Вселенной.

Очень интересно. Тут еще по садоводству книги есть. И о ведении хозяйства. Я не знала, что такие книги, вообще, существуют, а тут ими уставлена вся стена. Еще и на полках что-то есть.

Перевожу луч света в сторону полок. Тоже книги, но есть и чертежи дома. Зарисовки на пожелтевших листах. А еще, красная комната, ее планировка и калькуляция затрат по обивке стен и инвентарю. Оказывается, планом были предусмотрены стулья и стеллажи. Это теперь их там нет. А раньше, похоже, были.

Просматриваю чертежи в кожаной папке. Это план территории и разметка под какие-то здания. А на следующем листе расписаны здания. Конюшня, коптильня, оранжерея. Также расписан план работы водонапорной башни, остатки которой я видела недалеко от дома. В современном мире она, конечно, не нужна. Но когда-то это строение было одним из самых важных для обеспечения комфортного проживания в доме.

Отодвигаю ящики стола. Тут тоже есть чертежи с разметкой территории и обозначением траншей для подвода воды. Если я поняла правильно, то по задумке того, кто это рисовал, должно было получиться что-то, наподобие автоматического полива, только вода текла бы постоянно. И как ее перекрывать на зиму, я не нашла в описаниях. Может, кто-то просто не успел реализовать свою задумку?

На самом дне нижнего ящика нахожу блокнот в кожаном переплете. Наплевав на пыль, опускаюсь на стул и открываю находку. Размашистым почерком на первой странице сделана надпись:

«Моим потомкам и их детям».

Сердце пропустило удар.

Этот блокнот писал кто-то их тех, кто жил в этом доме задолго до меня. Кто-то из этой семьи, у которой тайн больше, чем у мадридского двора. Судя по почерку, это тот самый человек, который составлял все найденные схемы и чертежи.

Мне стало неловко от того, что заглядываю туда, куда меня не звали. Эту комнату я нашла совершенно случайно, и совсем не случайно отыскала блокнот. Вдруг, есть тайны, которые лучше не знать? Может, мне не стоит забираться еще глубже в кроличью нору?

А, может, только тут я и найду на вопросы, которые взрывают мне мозг?

Глава 41

Переворачиваю страницу. Начинаю читать.

«16 апреля. Вторник.

Как же мне надоели эти идиоты! Каждый из них мнит себя исключительным! И только потому, что обстоятельства и счастливый случай наделил их властью и деньгами. Им не понять, что истинное благородство дается по праву рождения, впитывается с молоком матери, воспитывается с пеленок. Невозможно свинью научить грамотности, как не старайся. С людьми все так же. Есть те, кому суждено быть элитой, и те, кто по нелепой случайности лишь занимает высокий пост.

Говорят, что время сейчас другое. Чушь это все! Времена всегда одинаковы, меняются лишь декорации. И люди не меняются. Хоть их и приучили думать иначе.»

Каждая строчка выведена красивым каллиграфическим почерком. Нет ни одного зачеркивания, ни одной помарки или ошибки. Не знаю, кто писал это. Но, явно, человек этот получил хорошее образование. И, судя по самоуверенному тону, себя он считал на голову выше всех остальных.

Мне невольно вспомнился Руслан в тот день, когда мы познакомились. Тогда он напугал меня до дрожи в коленях. Казалось, ледяные глаза смотрят насквозь, видят мои самые тайные мысли и страхи. И, если найдут в моем поведении хоть одну ошибку, меня отправят на казнь в ту же секунду. Я долго не могла отделаться от этой навязчивой мысли, а он всегда был выше по статусу. И от этого я боялась его еще больше.

Руслан не озвучивал своих мыслей, не упрекал, не указывал на ошибки. Он молчал. Но, мне всегда казалось, что, если ему дать слово, то он озвучит нечто, сильно похожее на то, что я только что прочитала. О том, как ничтожны люди в сравнении с ним, великим. Похоже, высокомерие в этой семье передается вместе с ДНК.

Интересно, что бы он сказал, узнав, что я бесцеремонно вторглась туда, куда не звали?!

Не буду думать об этом, не сейчас.

Переворачиваю страницу, читаю дальше.

«1 мая.

Всю нелепость народа можно было наблюдать сегодня на демонстрации. Парад лицемерия во всей красе! Те же люди, которые недавно получали помощь в царской России, сегодня махали флажками, как полные идиоты. Их безумие заключается в том, что они на полном серьезе верят в то, что шагают в лучшее завтра.

Они забыли свое прошлое, и смотрят в будущее, уверенные в том, что это будущее будет лучше теперешнего прозябания. Сейчас они стараются быть вежливыми друг с другом, будто, соревнуясь в образованности. А все потому, что самых умных и, по-настоящему, интеллигентных людей они истребили. Уничтожила, как класс. И да, оставшиеся сразу стали на голову выше. Как породистые свиньи в загоне.

И даже не помнят эти желторотики, откуда взялся этот праздник. Им в голову не придет задуматься о том, какое отношение к их коммунистической партии имеет забастовка в Чикаго. Историю легко переписать, если уничтожить всех, кто способен мыслить. И так просто манипулировать ими, этими неучами!

Мне повезло остаться в живых лишь потому, что однажды, рассорившись с отцом, я ушел из дома. И от обиды взял девичью фамилию бабушки. Только благодаря этому факту никто не смог обвинить меня в аристократическом происхождении.

Но я все помню. И я не прощу.»

Сглатываю ком в горле. Руслан что-то говорил про своего деда, который вернул дом после того, как его отобрали. Он рассказывал об этом вскользь, но я запомнила. Меня впечатлила эта история и то, что дом хранит память о стольких поколениях людей. Именно это и увлекло меня два года назад, помимо архитектуры здания. Казалось, что я воскрешаю из небытия историю. Теперь, несмотря на все, что узнала, я не перестаю восхищаться этим зданием.

Конечно, это все моя впечатлительность. И, заложенные во время учебы, знания. Никакая не магия!

В моей семье не было интересный преданий, тем более, интриг. Все было просто, как у всех. А