Западня - Алеата Ромиг

бы легко спастись, быть спасенным. Но Нокс сказал мне, что он не прекрасный принц, и я отказалась быть девицей, попавшей в беду. Это был мой бой. Мне нужно было довести дело до конца, и не только для себя, но и для моей мамы.

— Я… я не могу, это не сработает. От поместья до дороги далеко идти. К тому времени, как я вернусь, они все заметят. Я не могу отсутствовать так долго во время вечеринки.

— Черт возьми, ты не вернешься. Пока я буду забирать тебя, Айзек заберет твою маму. Это случится прежде, чем кто-нибудь узнает, что их поразило. Тогда вы оба будете в безопасности. Мы обеспечим ей всю необходимую медицинскую помощь в Нью-Йорке.

Я сделала глубокий вдох.

— Я хочу этого. Я всем сердцем хочу этого, но если мы уйдем, он победит. Мне наплевать на «Монтегю», но это то, ради чего моя мама страдала всю свою жизнь. Он не может победить.

— Он не победит. Ты сделаешь все, что нужно, чтобы добраться до меня в субботу. Только, блять, не целуй его больше.

Мою кожу покалывало от стыда.

— Мне нужно было что-то придумать. Он уже почти нашел телефон. Я попыталась отвлечь его. Мне очень жаль.

— Не надо извиняться. Я ненавижу это. Я ненавижу саму мысль о том, что он находится в той же гребаной комнате, что и ты. Прикасается к тебе. Целует.

Каждая фраза была глубже, как рычание.

— Я ненавижу это, Чарли́, но это он. Я не испытываю к тебе ненависти. Я не виню тебя. Я хочу, чтобы ты была в безопасности. И хотя я не понаслышке знаю, как ты можешь отвлекать, придумай что-нибудь еще. Тебе, наверное, следует знать, что как только ты окажешься в безопасности, он пойдет ко дну, как и твой отчим. Они не выигрывают, если только мешки для трупов не являются призами.

И почему это меня не расстроило? Это должно было случиться, но не случилось.

— Нокс, это не твоя битва, а моя. Я должна бороться с этим.

— Принцесса, ты сможешь, если я буду рядом.

— Я позвоню тебе, как только смогу. Я не могу ничего обещать. Просто знай, что я в безопасности.

— И еще одно, — сказал Нокс. — Позаботься о Челси.

Моя шея напряглась.

— Почему ты так говоришь? Ты даже не представляешь. Я даже не могу это переварить. Она помогла им, заманив меня обратно сюда. Она почти не смотрит на меня, и она с…

— Я знаю больше, чем могу сказать, особенно сейчас. Нам нужно время, чтобы поговорить, но она пытается помочь тебе.

— Нет, Нокс, это не так, она живет моей жизнью. Она использовала меня в течение четырех лет, и я никогда не видела этого. Я думала, что она моя подруга. Она ничем не лучше их.

— Принцесса, у тебя есть все основания наброситься на нее, но она не та мишень.

Я села, когда моя громкость возросла.

— К черту все это. Ты же ее не видел. Попроси меня остаться в безопасности. Черт возьми, попроси меня заколоть Алтона во сне, но не ставь Челси в мой список наблюдения. Я чертовски уверена, что не на нее.

— Ты же сама сказала: вещи не всегда таковы, какими кажутся. Разве я стал бы тебе лгать?

— Я не знаю, Нокс, а ты? Потому что это кажется неожиданным.

— Нет, я бы не стал этого делать, и не делал.

— Тогда скажи мне, почему я должна заботиться о ней? Насколько я понимаю, они с Милли могут создать свой собственный гарем. Пусть они будут отвлекающим маневром Брайса. Мне все равно.

— Ты мне доверяешь?

Вопрос Нокса заставлял мои мысли крутиться каждый раз, когда он спрашивал меня об этом, к атласным переплетам, горячему воску и стекам. Моя кожа покалывала, а сердцевина сжималась.

— Да, я тебе доверяю.

— Тогда сделай это – помоги ей. В субботу вечером мы начнем с тебя в моих объятиях.

— Я-я не могу обещать...

— Я могу. Я люблю тебя, Чарли́. Продержись до субботы.

— Нокс, я тоже тебя люблю. Наверное, мне пора идти. Пожалуйста, не отказывайся от меня.

— Никогда.

Я неохотно отключила телефон, вытерла заплаканное лицо и попыталась взять себя в руки. Разорванная связь разорвала дыру в моей груди, создавая пустоту, которая жаждала быть заполненной. Это продолжалось всего несколько минут. Я могла бы говорить с ним целую вечность, но в моей голове тикали часы, и на сегодня мое время подходило к концу. Мне нужно было вернуться в поместье.

Печаль и страх бурлили во мне, парализуя мое ближайшее будущее. Дорога, о которой упоминал Нокс, была ближе, чем поместье. Могу ли я пойти туда и позвонить ему, пришел ли Айзек сегодня?

Мое тело покалывало от возбуждения… я могла бы.

Нет. Не могла.

Как ясное небо после бури, волнение исчезло. Вся энергия исчезла. Лишь на мгновение мое усталое тело рухнуло обратно на траву. Белые облака над головой наполнялись разными цветами: множеством оттенков розового и пурпурного.

На горизонте уже сгущались сумерки.

Суббота.

Продержаться до субботы.

Я могу это сделать. Я могу продержаться еще четыре дня. Я пережила пять, но какой ценой?

Надвигающиеся сумерки подталкивали меня вверх и вперед. Я не могла опоздать к ужину. Боже упаси. Он всегда был в семь часов.

Когда я зашагала обратно к особняку, мои мысли вернулись к сцене в кабинете Алтона. Я ненавидела то, что сделала, но спасение телефона и разговор с Ноксом стоили того.

Цель оправдывала средства.

Это не было законной защитой, но иногда это было правдой.

Увидев, как зарядное устройство телефона проплыло по блестящему столу, мое сердце пропустило удар. В ту же секунду я поняла одну вещь: я не застегнула внутреннее отделение, и телефон легко мог оказаться рядом.

Когда я переложила губную помаду, то должна была закрыть телефон. Но опять же, я никак не ожидала, что меня будут обыскивать и допрашивать. Я и представить себе не могла, что за мной так пристально следят.

Малиновые оттенки заката Саванны усиливались по мере того, как я продолжала идти, не видя окружающего мира, но вновь переживая сегодняшнюю сцену.

Я посмотрела в серые глаза Брайса, ища признаки того человека, которого знала раньше, намек на то, что мальчик, которого считала своим другом, все еще существовал где-то под этим клоном