Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

Его слова подняли жар в моей груди: соски, шея и щёки словно пылали от огня, их приятно покалывало десятками иголок. Я раньше не была фанатом грязных постельных диалогов, но с Бахумом скоро стану пристрастной к такому виду удовольствия.

Но об этом подумаю после. Сейчас я хотела насладиться Бахумом в ином плане, в самом древнем акте, что мог случиться между женщиной и мужчиной.

Обняв ногами его бёдра, я подтолкнула его пятками в поясницу, намекая на свои желания. И слава богам, местным и земным, Бахум оказался не глух к моим стараниям.

За секунду он сдёрнул с бёдер давно тесные шаровары и, не дав мне насладиться эстетическим оргазмом от вида длинного золотистого члена с крупной грибообразной головкой, вставил на всю длину, заполнив меня до упора.

– А! – смешанный крик боли и удовольствия разорвал тишину беседки. – Ещё. – потребовала, ведь он замер внутри, где мои стенки бешено пульсировали вокруг его твердыни.

– Я пытаюсь быть нежным, милая. – он шипел сквозь зубы, а на его шее вздулись вены от напряжения.

Ему было тяжело сдерживать животные порывы врываться в меня словно отбойный молоток и пометить изнутри своим семенем, в надежде на то, что я рожу ему ребёнка. У эрсхонцев был огромный пунктик, касающийся детей. Если в семье несколько детей это счастье, а любая беременность – это дар богини, символ того, что семья получила благословение свыше.

И каждый мужчина старается «осчастливить» свою жену. Но я пока не готова к этому шагу, потому несколько месяцев назад сделала во время очередной миссии противозачаточный укол, который будет ещё год действовать. О нём я никому не говорила, так как боялась порицания от коренных жителей Эрсхо.

Все эти мысли вылетели из моей головы, когда Бахум медленно поддался назад, оставив во мне лишь головку, что приятно растягивала вход. Так же медленно, как и вышел, он вернулся назад, входя до самого упора, восхитительно приятно касаясь входа в матку. Я раньше считала, что размер не имеет значения, но сейчас осознала, что, если женщина никогда ранее не испытывала оргазма от стимуляции шейки матки, она прожила скучнейшую жизнь.

Но только полноты и глубины мне было мало. Нужна была ещё и скорость.

– Баху-у-ум… – заныла я, как малое дитя. – Я не хрустальная. Возьми меня так, чтобы я увидела звёзды.

– Но ещё не ночь. – с трудом осознавал реальность муж, сосредоточившись на мне и моём удовольствие. – Ты такая маленькая и тесная. Я представлял наш первый раз, но это не сравниться с моими фантазиями.

– Прошу, если я не кончу, то сойду с ума. – пытаясь его простимулировать, я сама приподняла таз и начала слегка покачиваться на члене, наслаждаясь сладкими спазмами. – Давай, Бахум. Не сдерживайся! – приказала ему, став похожей на местных госпож, но это подействовало лучше всего.

Я словно нажала невидимый переключатель, волшебную кнопку, заставившую Бахума отключить мозги и заработать на полную древние инстинкты.

Первый толчок вознёс меня на вершину. Второй столкнул с неё и всё остальное время я просто летала в облаках неги. Бахум подобно зверю брал свою самку, что не сопротивлялась его власти, а наоборот, полностью отдалась процессу, старательно запоминая все детали: частый пульс венки перед глазами, закрытые ресницами золотые глаза, плотно сжатые зубы, через которые прорывалось рычащее дыхание.

Мои глаза ловили сладкие фрагменты. Поцелуй мужа в шею, после которого обязательно останется засос, его пальцы, что с силой впились в мои бёдра, подталкивая их к себе, напряжённые кубики пресса, покрытые капельками пота, что соблазнительно стекали вниз.

Сама я представляла не менее красивую картину. Рыжие волосы разметались и давно превратились в старый веник, у которого торчат прутья во все стороны. Соски призывно стояли, обделённые вниманием, но недолго, ведь Бахум набросился на них, как голодный волк, на раненную косулю. Его губы терзали ореолы, а зубы время от времени впивались в мякоть молочных желёз, что лишь ещё больше подталкивало меня к краю, за которым я увижу ночное небо.

Сильные руки переместились под поясницу, давая возможность выгнуться сильнее, предлагая ему себя. Ноги устали сжиматься вокруг его бёдер и просто разошлись в стороны, чтобы быть подхваченными Бахумом, который решил проверить меня на гибкость.

Нежность отошла в дальний угол, на её место встала страсть и необузданное желание обладать своей женщиной. О, сегодня я не была госпожой, не была эрсхонкой или просто женой. Нет. Я была той самой порочной любовью, что заставляет отключиться мозги и продать душу за единственный раз.

Мои колени были прижаты к грудям, потому Бахуму пришлось перестать терзать мои уже болезненно сжатые соски. Вместо этого он уткнулся мне в место соединения шеи и плеча, громко шепча непристойности, от которых я лишь ещё больше мокла.

– У тебя невероятная киска. Самый страстный голос, что я слышал. Словно я слушаю райскую песню. – его толчки начали ускоряться и усиливаться, хотя и до этого не были медленными. – Я буду трахать тебя каждый день, растягивать твои стеночки, что сейчас сжимают меня как словно в кулак. О, милая, я уже хочу узнать, как будет в тебе туго, когда мы с Эримом войдём вдвоём в твои крошечные дырочки. Ты будешь стонать ещё громче.

Я и сейчас напоминала пожарную сирену, куда громче? Хорошо соседи живут очень далеко и не слышат меня, иначе мне пришлось бы сменить место жительства от стыда за свою чрезмерную эмоциональность.

– Бахум, я на грани. – предупредила мужа, чувствуя, как растёт напряжение внутри моего живота. – Почти… – срывающимся голосом выдохнула ему в районе шеи, впиваясь в его бока до кровавых полос.

Наши тела буквально вплавились друг в друга от плеч до паха, губы в считанных миллиметрах от поцелуя, но не соприкасаются, дразня сладостным обещанием.

И вот все мои чувства обострились, сигнализируя мне о приближающейся крупной вспышке, что затопит меня с головой. Все мышцы в теле звенели от напряжения, влагалище судорожно сжималось вокруг двигающегося поршня внутри, словно пыталось забрать его себе навечно, перед глазами расплывались цветные круги, туманя взор.

– Бахум! – закричала на весь двор, чувствуя, как завтра будет болеть горло, но не сожалея об этом.

– Ррх! – звериный рык Бахума вторил моему крику, его зубы прикусили моё плечо, пронзая лёгкой болью, а