Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— У меня сердце сжимается от того, что это произойдет еще не один раз, пока Хелен будет находиться у них в плену, — тяжело вздыхает Ракель. — А так и будет. Тем более, эти твари пускают по ней слюни и смотрят на Маршалл такими же глазами, какими Сэмми смотрит на кусок сочного мяса.

— Не у тебя одной, Ракель. Мы с парнями тоже в ужасе от того, что они могут с ней сделать. А Питер так вообще рвет и мечет. Чуть телефон свой со злости не разбил, когда увидел всю эту чернуху.

— Господи, когда же все это закончится? — Ракель слегка склоняет голову, продолжая оставаться завернутой в теплое одеяло. — Когда мы наконец-то сможем жить спокойной жизнью? Я уже так устала ото всех этих проблем.

— Увы, от проблем никуда не денешься. Справишься с одной, так появится другая.

— Так хочется, чтобы мы все сосредоточились на своих делах. На свадьбе, на рождении детей… Чтобы ты развивал свою музыкальную карьеру, а я продолжала модельную. Или попробовала себя в чем-нибудь новом.

— Мы с тобой уже как семья. Живем в одном доме, делаем совместные покупки, ведем хозяйство… Мне кажется, что у нас ничего не поменяется, когда у нас на руках появятся обручальные кольца, а в твоих документах – моя фамилия.

— В браке или нет, главное – чтобы мы были вместе. Сейчас я уже не смогу без тебя жить. Просто не представляю себя одну или с кем-то другим.

— Мы никогда не расстанемся, моя королева.

Терренс заключает Ракель в крепкие объятия и нежно гладит ее по голове, пока она утыкается носом в его плечо.

— Теперь я никуда тебя не отпущу. Если и встречать старость, то только с тобой. С нашими детьми. С нашими внуками.

— Правильно говорят, что всему свое время, — отмечает Ракель. — Иногда нам нужно немного взрослеть, чтобы быть готовым принять то или иное решение. Есть вещи, с которыми нельзя торопиться.

— Вот я уже достаточно повзрослел. Созрел для того, о чем не стал бы даже думать пару-тройку лет назад.

— Не будь тебя рядом, я бы не справилась и с половиной того, что со мной произошло.

Ракель кладет голову на плечо Терренса и прикрывает глаза, пока он медленно водит руками по ее спине.

— Долгое время я строила из себя сильную и независимую девчонку, которого ничего и никого не боялась. Но в какой-то момент мне хватило мужества признать, что я на самом деле слабая и уязвимая.

— Нет, милая, ты совсем не слабая. Ты на самом деле очень даже сильная.

— Я таковой притворялась. А на самом деле я совсем другая. Я всего лишь девочка со сломанными крыльями. С раненной душой, с морем выплаканным слез.

— Твоя история в некоторых моментах перекликается с историей Питера. Вы оба были сломлены негодяями, которые думали, что весь мир им поклоняется. Разница лишь в том, что ты оказалась чуточку сильнее, чтобы выжить в этом аду.

— Скорее, я просто вовремя из него сбежала, — тяжело вздыхает Ракель. — А если бы я осталась, то мне было бы куда хуже, чем Питеру. Решением обучаться на дому я фактически спасла часть своей психики от еще больших потрясений. А любовь и поддержка близких людей не дала мне сойти с ума.

— Уверен, что и Пит справился бы, если бы в его случае все было точно так же. Он был бы сильным человеком, если бы все те гады его не сломали окончательно. Гады, о котором мы уже наслышаны. Гады, которых он намеренно забыл, чтобы не травмировать себя еще больше.

— Сейчас я не держу ни на кого зла и не хочу кому-то мстить за все те унижения и оскорбления. Может, какая-то часть людей никогда и не желала мне ничего плохого и всего лишь боялась попасть в немилость зачинщицы травли. Саму Эшли я тоже ни в чем не виню. Ее родители всегда были очень занятыми и уделяли ей мало внимания. В глубине душе она чувствовала себя одинокой и несчастной, но не хотела этого признавать. А всю боль эта девчонка переносила на кого-то другого. Кого-то слабого, кто не умел и не хотел за себя стоять.

— И тебе стало легче?

— Да. Отпустив все обиды, я наконец-то смогла найти в себе силы двигаться дальше. И добиваться успеха не кому-то назло, а ради самой себя. Это одна из причин, почему я довольно легко согласилась дать Хелен шанс. Я верила, что она на самом деле хорошая девчонка. Уж Анна прекрасно разбирается в людях и не стала бы общаться с гнидами. Да, ей не нравилось то, что она делала, но это не мешало их дружбе.

— Наверное, Питеру нужно сделать то же самое, чтобы почувствовать себя лучше. Нужно простить всех, кто когда-либо обидел его: от одноклассников до родной матери. По разговору видно, что он в глубине души все еще таит на них обиду и до сих пор ничего не забыл.

— У него ситуация похуже моей. И наверняка мы знаем только половину. Боюсь, что остальная часть его истории еще ужаснее той, что он когда-то рассказал.

— И как бы больно ему ни было, но Питер должен вспомнить, что с ним произошло. Должен выпустить это наружу, пока оно не отравило его окончательно.

— Ты прав… Это будет невыносимо, но если он хочет жить нормальной жизнью, то придется потерпеть.

— В любом случае этим лучше заняться позже. Сейчас же нужно молиться о том, чтобы Хелен поскорее нашли. Чем больше времени проходит, тем больше мы будем терять над ним контроль. Тем меньше вероятность удержать его на плаву.

— Ты сам сказал, что мы ничего не можем сделать.

— Верно. Остается лишь верить и ждать. И держаться вместе, чтобы самим не рехнуться.

— Мы как-нибудь справимся, а вот Питеру будет очень тяжело. И миссис Маршалл. И Сэмми.

— Все будет хорошо, любовь моя, — тихим, мягким голосом успокаивает Терренс, обеими руками погладив щеки Ракель и мило поцеловав ее в лоб. — Не надо отчаиваться.

— Еще несколько дней – и я определенно потеряю всякую надежду увидеть ее живой.

— Нет, мы увидим ее живой! Обязательно! Хелен вернется домой. Рано или поздно.

Ракель несколько секунд ничего не говорит и с грустью во