Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Может, попробуем что-нибудь, что мы никогда не ели и не готовили?

— Лично я люблю пробовать новые блюда. Открыл много нового для себя, когда мы с парнями однажды участвовали в записи шоу, где нам предложили попробовать кучу всяких вкусняшек со всего мира.

— Тыкнешь на название блюда и его рецепт – я с радостью попробую его приготовить.

— Буду иметь в виду. Но возможно, мы сможем найти некоторые из них в приложении.

— Хватит уже меня дразнить и побежали заказывать еду. А то курьер не поедет к нам в двенадцатом часу ночи.

— Побежали, крошка, побежали!

Как только Даниэль бодро встает с дивана, он берет Анну за руки и тянет ее на себя. После чего они со скромными смешками быстрым шагом направляются к лестнице, поднимаются на второй этаж и доходят до своей комнаты. Заваливаются на кровать, берут свои телефоны и начинают внимательно изучать огромный ассортимент, предлагаемый приложением для заказа еды, подолгу залипая на яркие сочные картинки, из-за которых невольно текут слюнки, а желудок изводит своим громким урчанием.

Глава 23: Обидно, что мы вынуждены сидеть и ждать

Ничего не меняется за еще прошедшие пять дней, а неизвестность и полное бессилие заставляет рвать на себе волосы и все больше терять надежду на хороший исход событий. Вот и остается лишь держаться вместе, чтобы не позволить друг другу сойти с ума. Правда такого рода поддержка не особо помогает Питеру, который сейчас принимает друзей у себя дома. Хотя он и безмерно благодарен им за все усилия и признает, что более-менее находит в себе силы держаться лишь потому, что они всегда рядом и готовы выслушать любые его жалобы и вытерпеть все истерики, которые с ним иногда происходят.

— Надежда на лучшее начинает все больше таять, — задумчиво говорит Наталия, сидя на кровати в обнимку с Анной и Ракель. — Прошло уже больше недели, а нам по-прежнему ничего не известно.

— Да уж, а этот урод Маркус настойчиво присылает мне фотографии с Хелен каждый гребаный день, — хмуро отвечает Питер, стоя у окна со скрещенными на груди руками и наблюдая за тем, что происходит за пределами его квартиры. — И с упоением рассказывает, как его людям было хорошо после каждого визита к ней.

— Пытается таким образом свести тебя с ума, — предполагает Ракель, пока ее голова лежит у Наталии на плече. — Оказывает психологическое давление.

— Еще и его прихвостни повадились записывать голосовые сообщения, в котором они рассказывают об издевательствах над ней во всех подробностях. А на одной из таких записей кто-то вообще кончает.

— И от этого никуда, к сожалению, не денешься, — задумчиво добавляет Терренс, наматывая круги по всей комнате.

— Верно. Когда я решил занести номер Маркуса в черный список в WhatsApp, то он связался со мной уже через другой. А потом через еще один, когда я заблокировал и тот. После этого он вообще начал написывать мне по два-три раза в день и присылать все те откровенные фотографии и видео, из-за которых я уже реально хочу швырнуть телефон в стенку.

— Ты открываешь те сообщения с надеждой, что Маркус все-таки захочет предпринять какие-то более решительные шаги и требовать встречи с тобой? — осторожно спрашивает Анна.

— Да… Каждый раз я надеюсь, что дело сдвинется с мертвой точки. Но это оказывается очередной провокацией, которая сводит меня с ума.

— Самое главное – не вини Хелен, — настаивает Эдвард, вместе с Даниэлем облокачиваясь спиной на одну из стен. — Потому что она ни в чем не виновата.

— Я знаю, Эдвард. Вся моя злость направлена не на нее, а на Маркуса и всю его шайку. Которую уже давно пора переехать какому-нибудь поезду.

— Кстати, народ, а вы в курсе, что полиция недавно допрашивала соседей Маркуса и его коллег по работе? — интересуется Даниэль, скрестив руки на груди.

— Да, мистер Джонсон говорил, — кивает Ракель. — Только те не рассказали полиции ничего интересного. Для них Маркус – порядочный, тихий и скромный работяга, который не требует к себе особого отношения и делает все, о чем ему говорят.

— Да уж, притворяться этот урод научился хорошо, — хмуро бросает Эдвард.

— Ага, так хорошо, что он не ответил ни за одно свое преступление! — восклицает Наталия.

— Мало того, что не оставил никаких следов, так еще и строит из себя хорошего, — добавляет Анна.

— Мистер Джонсон сказал, что только один человек считал Маркуса подозрительным, — подмечает Терренс. — Какой-то его сосед… Но остальные начали возражать и сказали, что у него типа что-то не так с головой. И вообще, он на чем-то плотно сидит и всегда несет такой бред, что диву даешься.

— Может, этот человек что-то знает о его планах? — слегка хмурится Питер.

— Нет, ему ничего неизвестно, но он сказал, что нисколько не удивился бы, если бы Маркус и правда был в чем-то замешан, — отвечает Даниэль.

— О, знал бы тот мужик, что натворил этот типа невинный и святой, — скрещивает руки на груди Наталия.

— Плохо, что самого Маркуса полиция так и не застала. В тот момент его не было дома. Да и владелец машины, на которой увезли Хелен, также продолжает трусливо скрываться.

— Кстати, а помните, мы с вами задавались вопросом, что произошло с его женой и куда она делась? — напоминает Анна. — Как оказалось, она очень давно умерла, а Маркус регулярно проверяет ее могилу на кладбище.

— Да-да, об этом говорила какая-то старушка, которая ходит проверять могилу своего покойного мужа, — кивает Терренс. — По ее словам, она часто видит Маркуса там. Он всегда приносит на могилу Джулии огромные букеты хризантем и подолгу с ней разговаривает.

— М-м-м, как это трогательно… — иронично подмечает Питер. — Так трогательно, что вообще не хочется плакать.

— А еще Маркус категорически отказывается говорить, от чего умерла та самая Джулия, — добавляет Эдвард. — Хотя известно, что женщина умерла примерно в тридцать лет. Очень рано, как вы понимайте.

— Ясное дело, что он убил ее! А чтобы никто не подумал на него, этот ублюдок притворяется безутешным вдовцом и вынужден тратить денежки на букеты цветов, чтобы