Искушение Озеда - Виктория Эвелин

Наконец, он высвободил руку из-под ее пальцев и поднял голову. В глубине его холодных зеленых глаз бушевало страстное желание, но его челюсть была крепко сжата, а выражение лица решительным. Он прижался губами к тыльной стороне ладони, прикрывавшей ее рот, как будто не доверял себе, чтобы на самом деле поцеловать ее. Затем пророкотал:

— А теперь иди спать, Александра.

Ей хотелось поспорить, остаться и заставить его чувствовать себя так же хорошо, как и он ее, но она также чувствовала себя обязанной сделать так, как он сказал. Он только что заставил ее увидеть звезды одними пальцами и обжигающим языком. В кои-то веки он заслужил немного уступчивости.

Поэтому, прижавшись к его ладони, она кивнула. Он издал низкий одобрительный возглас, прежде чем отойти. Не дожидаясь, пока она уйдет, он направился в ванную.

Она остановилась на мгновение, чтобы унять дрожь в ногах. Оказавшись за пределами его комнаты, она снова остановилась и стала обмахиваться веером. Она оглядела коридор, не зная, что, черт возьми, теперь делать. Как она могла просто пойти прилечь и заснуть после всего этого? Волоча ноги, она прошаркала через свою комнату в ванную, где приняла душ с пеной.

Она уставилась в окно на тёмный город Совен, её мысли всё ещё были заняты её фиктивным женихом. Захочет ли он проводить с ней время, когда они доберутся до Треманты?

Молча, она легла в постель рядом с Мег и уставилась в потолок. Боль в груди усиливалась, чем больше она думала о том, что не будет видеть его каждый день. Что если… Нет. Она не могла думать о «что, если». Самое важное для него, то, ради чего он трудился всю жизнь, это его карьера. Она не собиралась ничего делать, чтобы угрожать этому.

— Эй, — сонно пробормотала Мег. — Я заснула.

Александра хихикнула и повернулась на бок, чтобы взглянуть на неё.

— Да, я заметила.

Глаза всё ещё закрыты, Мег пошевелила бровями.

— Вы с Озедом проводили время вместе после моего ухода?

— Чёрт возьми, да. — Она не могла сдержать глупую улыбку.

— Это хорошо. — Мег слабо хихикнула. — Это так странно, потому что в Храме он всегда был таким… профессиональным. Постоянно командовал всеми и был таким бесчувственным. Как робот. Я никогда не видела, чтобы он так улыбался.

Ком встал в горле у Алекс, но она его проглотила. Ей только сейчас пришло в голову, как давно Мег знала Озеда. В конце концов, она жила в Жемчужном Храме в Треманте уже несколько месяцев.

Бесчувственный. Так ли он будет относиться к ней, когда они приедут в Треманту? Она предположила, что это логично, если его работа требует защищать и заботиться обо всех. Ему нужно будет немного отстраниться, чтобы делать это правильно. Как грустно. Хотя всё ещё редко, Алекс каждый раз получала удовольствие, когда он хотя бы чуть-чуть улыбался ей.

— Расскажи мне, как там, — сказала Алекс, меняя тему разговора с Озеда. — Как женщины там справляются? Все ли они это приняли?

Мег приоткрыла глаза и перевернулась на спину.

— В основном да. Есть несколько женщин, которые находятся в отчаянии. Наоми, например. Она постоянно злая. Ханна не переставала плакать целых три месяца, но теперь она прошла этот этап. Сейчас она на стадии борьбы. Она и ещё несколько человек создали что-то вроде движения за права человека. Они работают с королевой, чтобы изменить законы и так далее, чтобы вернуться домой.

— Что? — Алекс села. Кровь зашумела в её ушах. Домой? Они пытаются вернуться домой?

— Ой, — пробормотала Мег, схватившись за голову. — Не делай резких движений, ладно?

— Думаешь, у них получится?

— Эх. — Она пожала плечами. — Может, со временем. Насколько я знаю, изменение законов занимает много времени, особенно когда дело касается такого вопроса. Все планеты в рамках Межгалактического Альянса должны собраться и договориться о том, что они должны раскрыть большую вселенную людям. Затем они должны будут согласовать, как это сделать. Бла-бла-бла. Это звучало так, будто это может произойти, но я не особо обращала внимание. Я не хочу уезжать.

В конце её голоса звучало что-то. Это не было счастьем. Скорее, страхом. Мег рассказывала, что её жизнь на Земле была не самой лучшей. Теперь Алекс задумалась, что же именно произошло.

— У тебя нет семьи, которую ты хотела бы увидеть снова?

Её полные губы сжались, а веки закрылись.

— Думаю, это плюс, когда ты асоциальная сирота. Никого, по кому скучать. — Она застонала и приложила руку к лбу. — Комната кружится.

Алекс поморщилась. Бедняжка будет страдать завтра.

— Нужен тазик? — хихикнула она.

— Дай… — Мег вскочила на ноги и бросилась в ванную, не успев закончить предложение.

Алекс уставилась перед собой, ничего не видя. Были женщины и целая королева, борющиеся за право вернуться на Землю. Надежда, которую она не позволяла себе почувствовать, разгорелась в её груди. Что если однажды, в конце концов, она сможет вернуться домой?

Глава 19

Никакие потрясения или уговоры не могли заставить Мег встать с постели на следующее утро. Александра и Озед поели, оделись и приготовились ко второму раунду брачных игр, пока Мег лечила похмелье, а Даунет, которая пришла готовой ко второму дню игр, устроилась в гостиной с книгой.

То ли Алекс пила слишком часто, то ли Мег оказалась легковесом, потому что через пару часов, после завтрака и нескольких стаканов воды, её мини-похмелье почти прошло. Игры не будут такими веселыми без Мег и Даунет, но радость от проведенного времени наедине с Озедом смягчала её разочарование. Даже если он выглядел так, словно провёл ночь, ворочаясь в постели.

— Как спалось? — спросила она, когда они поднялись на платформу и направились к арене.

— С трудом, — проворчал он позади неё.

Отступив назад к его груди, она посмотрела на него снизу вверх и сделала преувеличенно грустное лицо.

— Бедняжка, — она нежно протянула. — Может, тебе стоило позволить мне остаться, а?

Его губы дрогнули, и он тихо прорычал.

— Осторожнее, женщина, или я заставлю тебя пропустить игру целиком.

— Может, мне бы это и понравилось, — она обернулась в его руках, чувствуя себя увереннее в своей способности удерживать равновесие на транспортной платформе в эти дни.

Озед поднял бровь и подарил ей кривую улыбку.

— Хм. Мы должны появиться на публике, но, возможно, сможем ускользнуть раньше. Второй день не так увлекателен, как первый или третий.

— Правда? А что сегодня будет? — она провела руками