Коснуться души - Опал Рейн

— Нет? — рассмеялась она, и её глаза сузились от веселья. — Ты что, только что указал мне, что делать?

— Ты не позволишь другому самцу коснуться тебя.

Её брови подскочили почти до линии волос. Маюми шагнула в сторону, чтобы обойти его, но он мгновенно последовал за ней.

— Ты не имеешь права указывать мне, Фавн, — она демонстративно нырнула под одну из его рук, благо он был чертовски высоким. Это было легко — зазор между его телом и деревом слева был широким. — Это так не работает. Я буду делать то, что хочу, как делала всю свою жизнь.

Маюми не успела и глазом моргнуть, как оказалась лицом в снегу, выронив лук от неожиданности. Он схватил её за лодыжку и подсек! Затем она была перевернута, и на этот раз он схватил её за предплечье. Она вскрикнула, когда он закинул её на плечо; её ноги беспомощно заболтались в воздухе.

Он зашагал прочь от Аванпоста Кольта в сторону её дома. Она заметила, что на нижней части его тела появились штаны — значит, он вернулся в более гуманоидную форму, чтобы ему было удобнее её нести.

— А ну поставь меня! — потребовала она с криком. Первым порывом было дотянуться до кинжала, но Фавн мудро — случайно или нет — прикрыл своей рукой её пояс с оружием.

Маюми принялась молотить его по спине кулаками, в то же время пиная коленями в грудь. Ничто не могло остановить большого Сумеречного Странника.

— Если таковы твои намерения на сегодня в этом жалком человеческом городишке, то тебе не позволено туда идти, — прорычал он; его голос всё еще оставался звериным от ярости, несмотря на смену формы.

Тот факт, что его голос вибрировал низким басом, заставил дрожь пробежать по её позвоночнику — ту самую, от которой внутри всё сжалось от жара. Она даже чувствовала эту вибрацию животом, прижатым к его плечу.

Фавн был зол. По-настоящему зол.

Глава 19

Маюми продолжала изо всех сил колотить его по спине, пока он тащил её к дому. Казалось, он вообще не ощущал силы её ударов… словно они для него ничего не значили. Она чувствовала, как его острые когти впиваются в её бок там, где он держал её за бедра, и в боковую часть ляжки, где он сжимал её ноги. Из его груди вырывалось непрерывное рычание.

— Я сказала, поставь меня! — завизжала она, отбиваясь от него.

Тяжелые шаги Фавна прогрохотали по ступеням крыльца, и он отпрянул на шаг, когда, должно быть, ударился о барьер её оберегов. Она думала, это остановит его, но нет. Вместо этого его рычание стало глубже, и он прорвался сквозь барьер, принимая любую боль, которую тот причинял, лишь бы добраться до другой стороны.

Маюми никогда не запирала дом, в этом не было смысла. Если бы кто-то захотел войти, пока её нет, он бы всё равно нашел способ. Это значило, что Фавну нужно было просто открыть дверь. Он поставил её на ноги и втолкнул в дом прямо через дверной проем, а затем преградил выход собой.

Его сферы светились еще более ярким зеленым, чем обычно, но всё остальное в нем излучало угрозу. Его мех и даже шипы ящерицы стояли дыбом. Он распушился, став похожим на огромный, грозный комок шерсти. Он также заметно дрожал.

— Ты останешься, — потребовал он.

Как только Маюми скрестила руки и открыла рот, чтобы возразить, Фавн схватился за дверную ручку и с силой захлопнул дверь. Она поморщилась, услышав треск самой двери или, возможно, косяка.

— Ты не можешь держать меня здесь! — прошипела она сквозь дверь.

Маюми подпрыгнула от неожиданности, когда он один раз ударил по двери основанием своего огромного кулака.

— Ты ОСТАНЕШЬСЯ, Маюми! — взревел он. — Ты не будешь брать другого самца, пока я здесь!

Ее руки начали расслабляться. Он ревнует?

От одной только этой мысли у неё снова пробежали мурашки, на этот раз заставив прикусить нижнюю губу. Если да, то ей даже нравилась его собственническая натура. Она была не против этой пещерной темы «женщина моя, только моя». Вообще-то, от этого у неё внутри всё затрепетало в знак приветствия, а покалывающая боль в сосках стала острее.

Тогда не стоило бросать меня здесь на полторы недели после того, как не дал мне того, что я хотела. К тому же она ненавидела, когда ей указывали, что делать.

Маюми сделала единственное, что могла. Она пошла в кладовую, опустила люк на чердак и поднялась по лестнице. Затем толкнула дверь на крышу и выбралась наверх коттеджа. Она знала, что её услышали, когда нарочно съехала по скату крыши на бедрах. Ухватившись за перила, когда перевалилась через край, она увидела, что Фавн отстранился от двери, чтобы посмотреть ровно туда, где она висела. Он казался громадным и звероподобным на её крыльце. Слишком большим для него — пугающая масса тьмы, мышц и тела.

Маюми одарила его яростным взглядом, разжала руки и свободно упала в мягкий снег внизу. Он смягчил падение. Она вскочила на ноги, услышав на этот раз настоящий рев.

Блять. Почему это меня так заводит?!

Она попыталась бежать, но густой рыхлый снег мешал. Она сделала всего три шага, прежде чем её сбили с ног, повалив на живот. У неё не было ни малейшего шанса пошевелиться, когда он лег на неё сверху и обвил её руками. Он запер её в клетку из собственного тела, прижал её руки к бокам и оставил ногам лишь крошечную свободу для брыкания. Она заметила, что он горячий, почти, как если бы его тело было наполнено лавой. Его дрожь, казалось, усилилась до такой степени, что трясло и её.

— Никогда не убегай от меня, — предупредил он медленно, чеканя каждое слово.

Вздох вырвался у неё, когда он рывком поднял её и поставил на ноги. Он снова преодолел барьер, намереваясь вернуть её внутрь. Как только он открыл дверь, Маюми уперлась ногами в косяк, чтобы не дать себя затащить. Не сработало. Ей пришлось убрать ноги, иначе он сломал бы ей колени своим напором.

— Мне нужно в город!

Ей нужны были еда и припасы! Плевать на то, что она говорила раньше. У неё действительно были там дела сегодня.

Звуки, которые начали исходить от него, были абсолютно и совершенно нечеловеческими. Были ли это рычание, рокот, лай? Или, может, смесь звуков всех хищников, о которых она когда-либо слышала? Не обращая внимания, Фавн втолкнул их обоих в дверной проем. Не успела