Запахи и отвары. Дом на Медовой улице - Олария Скай

Он всегда возвращается сюда на зиму, — сказала она. — Говорит, что Фальден летом живёт, а зимой спит. А здесь — дом. Уезжает, как только дороги высохнут… и каждый раз повторяет одно и то же.

Я едва заметно улыбнулась.

Ага. Конечно. Как перелётная ласточка, только наоборот: не улетает, а прилетает зимовать.

Графиня заметила мою улыбку.

— Он много тебе рассказывал?

— Немного, — ответила я честно. — Но достаточно, чтобы понять, что он… хороший.

Она кивнула, и уголок её губ приподнялся чуть мягче обычного.

— Встретить тебя в Фальдене было для него удачей. В той ситуации… — она посмотрела прямо, — я не сомневаюсь, что нам тебя послали сверху.

При этих словах я сжала пальцы под столом.

Если бы она знала насколько буквально… но это был разговор не для сегодняшнего чая.

Мы сидели почти час. Чай остывал, печенье исчезало с тарелки, а разговор не иссякал. За этот час я увидела графиню не как строгую хозяйку замка, а как женщину, на плечах которой лежит слишком многое, но которая всё равно держится — и держит остальных.

Когда я вышла из её гостиной, казалось, будто коридор стал светлее и глубже дышит. Замок и правда вздохнул. И я тоже.

Её «просИ, что хочешь» ещё долго звучало у меня в голове.

Я не знала, чего хочу сейчас. Но за всё время, что я здесь, я наконец поняла одно простое: я имею право хотеть.

Глава 32. Булочки с древесником.

Когда дверь её гостиной закрылась за мной, я несколько секунд просто стояла в коридоре, прислушиваясь к своим ощущениям. В груди было странное, ровное тепло, как после долгой прогулки по морозу, когда входишь в дом, где печь топят весь день. Дом действительно словно вздохнул глубже — и я вместе с ним.

Идти никуда не хотелось. Точнее — хотелось, но не в срочные дела и не к настоем. Хотелось чего-то очень простого: кусочка уюта, обычного человеческого тепла, сладкого запаха… булочек с древесником. Это желание было настолько неожиданным и таким домашним, что я сама над этим тихо улыбнулась. Если дом принял меня, почему бы мне не ответить ему тем же?

На этой мысли я и повернула к лестнице, ведущей вниз в главный коридор. Настроение было слишком хорошим, чтобы просто вернуться к травам или отчётам Маркена. Хотелось сделать что-то простое, но очень тёплое. И возможно — слегка удивить кое-кого.

Что ж… час после тёплого чая — идеальное время для кулинарных порывов.

На повороте я едва не врезалась в Адриана. Он остановился мгновенно, взглядом отмечая моё слишком хорошее настроение так внимательно, будто проверял, не припрятала ли я за спиной что-то подозрительное.

— Ты выглядишь так, будто совершила подвиг. Или собираешься, — заметил он.

— Никакого подвига, — улыбнулась я. — Мне просто нужно одно разрешение.

Он скрестил руки, чуть наклонив голову. Почти расслабленно, но с той внимательной искрой, которая у него появляется, когда он понимает: от меня сейчас последует что-то неожиданное.

— Разрешение? На что ты опять замахнулась? Или ты так улыбаешься, потому что придумала что-то необычное?

— Никакого «необычного». Хочу булочек, — честно ответила я.

Он моргнул, и уголок губ дрогнул, будто он заранее знал, что это закончится чем-то подобным.

— Булочек… — протянул он. — С древесником?

— Да, — кивнула я. — И для этого мне нужна кухня.

Он чуть выдохнул, как человек, который очень старается не смеяться вслух.

— София, ты понимаешь, что большинство людей идут за разрешением на кухню, когда им нужно сменить рацион, а не когда у них внезапно улучшилось настроение?

— У большинства людей не такие булочки, — сказала я. — Мне просто хочется выпечь. Настроение просит.

— Ну конечно, — пробормотал он, но тёпло. — Настроение просит. Логика выживает как может.

Он обернулся и махнул ближайшему слуге.

— Позови Эрвина. Быстро.

Управляющий появился через минуту — худощавый, прямой, внимательный, как и всегда. Он умел появляться так, будто его вызвали по делу государственного масштаба.

— Господин Адриан?

— Эрвин, травнице Софии сегодня требуется место на кухне, — сказал Адриан спокойно. — Небольшое, но с доступом к большой печи. Кухарку предупредить. Мешать ей никто не должен.

— Будет сделано, — кивнул управляющий и исчез так же быстро, как появился.

Адриан посмотрел на меня чуть сбоку, будто оценивая, несло ли это решение возможные последствия, взрывы или новую разновидность хаоса.

— Скажи честно, — сказал он. — Это твой способ отметить что-то? Или это просто «утреннее вдохновение»?

— И то, и другое, — улыбнулась я. — И ещё — погода хорошая. И настроение правильное. А булочки всегда правильные.

— Если это те, что ты пекла в Фальдене, — заметил он, на секунду прикрыв глаза, будто вспоминая, — мне нужен приоритет. Первая булочка — моя.

— Ты уже сказал это, — намекнула я.

— И буду повторять, — парировал он. — Я знаю тебя. Ещё миг — и ты отдашь первую булочку Мие. Или Маркену. Или Рейнару. Или первой попавшейся душевной кухарке. А я останусь в углу, делая вид, что мне всё равно.

— Хорошо, — сдалась я. — Первая — твоя.

Он кивнул так серьёзно, будто я пообещала не булочку, а редкий артефакт.

— Так бы сразу и сказала. А то «разрешение» — я уж подумал, что что-то случилось.

— Это важно! — возмутилась я. — Кулинарные порывы серьёзнее, чем ты думаешь. Это почти магия.

— Главное, чтобы замок не взлетел от твоей магии, — сказал он, но улыбнулся. — Иди. Эрвин всё организует.

Я хотела шагнуть прочь, но он ровно, спокойно, без привычной строгости остановил:

— София?

— Да?

— Если запах древесника доберётся до меня раньше, чем ты сама… — он чуть наклонил голову, — я приду. И заберу свою булочку лично.

— Это угроза?

— Это обещание.

Я рассмеялась, развернулась к лестнице, ведущей вниз — туда, где шумела кухня.

— Возьми себя в руки, Адриан. За булочками гоняются не так отчаянно.

— За твоими — можно, — сказал он в спину, как ни в чём не бывало.

Я сделала вид, что не услышала.

Хотя услышала.

И улыбнулась ещё шире.

Глава 33. Обычный разговор.

Кухня встретила меня привычным шумом: стук ножей, звон посуды, приглушённый