Слепой отбор. Тень для Лунного дракона - Елена Соловьева

— Что?.. — одновременно охнула я и тот, кого назвали моим отцом.

Рашель дернулась, хотела что-то сказать, но Михаэль запечатал ее рот заклинанием, не дав права голоса.

— Благодаря появлению Зиллы в моем замке под видом сестры, я и мой советник Ярон провели собственное расследование и узнали массу интересного, — спокойно и величаво добавил Михаэль. — В день родов супруги вы, Ваше Величество, были в отъезде, а, вернувшись, узнали, что Иоланда умерла в родах. Узнали от Рашель, разумеется. Вот только ваша советница ни словом не обмолвилась о том, что ваша королева родила близнецов. Одна девочка была слепа с рождения, и Рашель приказала подбросить малышку в приют, еще не зная, что она метаморф. Не подозревая, что принцесса выживет и однажды вернется во дворец.

— Ты действительно это сделала, Рашель? — не смог сразу поверить Иоард. — Но как, почему? Зачем тебе это?

— Чтобы скрыть собственное преступление, — сказал Михаэль обличающее. — Королева Иоланда ослепла в тот день, когда застала Рашель подделывающей почерк короля. Советница не придумала ничего лучше, как ослепить беременную Иоланду, потратив столько своих сил, что сама едва не скончалась.

— Так вот почему она тогда так долго болела… — вспомнил Иоард. Осознание произошедшего заставило его ауру поалеть и покрыться темными пятнами гнева. — Если ты не пожалела ни Иоланду, ни Зиллу, Рашель, может быть, и болезнь Илоны ― твоих рук дело?

— Именно так, к сожалению, — подтвердил Ярон. — Принцесса Илона отыскала повитуху, принимавшую роды у королевы. И та рассказала ей о сестре. Узнав об этом, Рашель немедленно казнила повитуху, как ведьму, и наслала проклятие на Илону. Но принцесса оказалась намного сильнее, она выжила, пусть и долгое время пробыла без сознания. А теперь, когда у нас, Лунных драконов, есть новая повелительница, Илона получит долгожданное исцеление. Ее родная сестра Зилла с помощью Лунного камня сможет разрушить любое проклятие.

— Дочка?! — неверяще произнес Иоард, протянув ко мне руки.

— Отец?.. — тихо шепнула я, чувствуя, как по щекам катятся слезы счастья.

Стражники вывели сопротивляющуюся Рашель из зала под возмущенный ропот толпы. А я упала в объятия отца, не веря собственному счастью.

Глава 58

«Ты настоящая принцесса?» — радостно и взволнованно спросил Стинки.

«Выходит, так», — подтвердила я, чувствуя, как от обилия новостей кружится голова.

«А этот Ярон, который на самом деле Михаэль, неплох, — заметил Стинки. — Очень неплох. Заметила, он всегда звал тебя принцессой, но имя Илона произносил лишь вынужденно, когда рядом были другие принцессы. Или те, кому лишнего знать не полагалось. А он сам?.. Все это время ему было известно больше, чем тебе самой?.. За время отбора этот повелитель разобрался не только с Амосом Зелтоном, но и с Рашель… Какая же она тварь… А Михаэль молодец. Я им восхищен. Можешь так ему и передать!»

«Обязательно передам», — мысленно ответила донельзя растроганная я.

Кто бы мог подумать, чем обернется отбор, на котором я ощущала себя чужой и лишней. Рассуждения Стинки только подтверждали мои собственные выводы. Отбор с самого начала был не тем, чем мы его представляли. И Михаэль был не тем…

— Как вы узнали о Рашель? — поинтересовался Иоард у Михаэля, когда немного пришел в себя. — Я проводил с ней так много времени и ни разу не заподозрил ни в чем подобном… Наверное, потому что был слеп и оглушен тоской по погибшей жене, а потом болезнью Илоны…

— Ваша бывшая советница многих ввела в заблуждение, вам не за что себя корить, — отозвался мой будущий муж. — Мы бы тоже не догадались, если бы не Леа.

— Леа?.. — охнула я, вспомнив о той, которую считала чуть ли не подругой. Но тоже ошиблась. — Причем здесь она?

— В одиночку Леа не смогла бы устроить нападение на вас, принцесса Зилла, — охотно разъяснил настоящий Ярон, произнеся мое имя так почтительно, что я снова расчувствовалась. — Несколько раз эта девушка покушалась на вашу жизнь, но в итоге погибла сама. А нам удалось найти ее сообщника.

— Вернее, сообщницу, — дополнил рассказ Михаэль. — Рашель пообещала помочь Леа избавиться от главной фаворитки отбора. Бывшая советница не могла допустить, чтобы Илона поправилась, а вы остались в живых.

В этот момент я вспомнила тот момент, когда Рашель впервые увидела меня. Меня настоящую. Она не могла не понять, насколько я похожа на погибшую королеву. Думаю, именно тогда Рашель вынесла мне смертный приговор. Снова. Попытка отравить Стинки, вероятнее всего, тоже ее рук дело.

«Надеюсь, Лунные придумают ей достойное наказание, — не сдержался Стинки. — Этой гадине Рашель. И чего ей не жилось спокойно на теплой должности? К чему все эти убийства,заговоры, интриги?»

Ответ на мысли Стинки, увы, был очевиден.

«Рашель всегда была второй после короля, — пояснила я. — А мечтала быть первой. Убитый горем король стал марионеткой в ее руках. Ей оставалось лишь дергать за веревочки и заставлять моего отца исполнять ее волю как свою».

Отец…

Я не могла поверить, что все это не сон. Мечты о настоящей семье воплотились с переизбытком. Жаль, я не знала матери, но теперь у меня был отец. И сестра, которая отчаянно нуждалась в помощи.

Эта свадьба была самой быстрой и максимально короткой. Но никто не роптал. После того как Михаэль Авертон объяснил приглашенным ситуацию, решение поскорее короновать повелительницу было принято безоговорочно. Не успела я вслед за мужем произнести обет верности, как на мою голову опустилась корона. Та самая, которую я уже держала в руках. Притронувшись к ней впервые, ощутила тепло. Но теперь это тепло было совсем другим: живительным, благодатным и ласковым. Оно бережно окутало меня с ног до головы, проникло внутрь тонкими магическими потоками. Вслед за этим я узрела необычайно яркий свет.

А когда открыла глаза…

— Не может быть, — прошептала изумленно.

Потерла глаза кулаками, но картинка не исчезла. Я видела, впервые видела мир вокруг себя. Не только ауры людей и предметов, но и их внешность, улавливая малейшие оттенки внешности.

Михаэль Авертон был прекрасен. Сияющая светлая кожа, точно осыпанная блестками, приковывала взгляд. Но еще ярче, двумя лазурными морями сверкали глаза. Сейчас, когда он смотрел на меня, в его взгляде было столько любви