Обольстительный пират - Минерва Спенсер

люблю говорить плохо об усопших, — сказала леди Летиция, хоть и начала именно с этого, — но мой брат был еще меньше осведомлен о своем окружении, чем другие. По большей части он мечтал, чтобы все мы были орхидеями, которые можно питать навозом и держать в темноте.

Дафна прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Томас с удовольствием объяснил бы сестре разницу между грибами и орхидеями.

Анна подошла к своей бабушке с каким-то вопросом, и этот странный разговор оборвался.

Просторная гостиная, кремовые стены и черно-белый мрамор пола которой были скрыты акрами экзотических тропических цветов, быстро наполнилась тщательно отобранными представителями элиты лондонского общества, которые стеклись на назначенный перед балом обед для избранных. Дафна едва успевала отвечать на приветствия, и она понимала, что повинна в этом ее золовка.

С трудом отделавшись от леди Джерси и миссис Бенджамин Мортон, которые вылили на нее поток сплетен, она вдруг увидела, как в комнату вошла та самая рыжеволосая сирена, с которой сбежал Хью, в сопровождении двух мужчин — явно родственников, судя по характерному цвету волос. Леди Летиция поднялась со своего кресла и вместе с Хью сразу же направилась их приветствовать.

Анна подошла к Дафне.

— Это леди Юфимия Марлингтон.

Так значит, леди Амелия верно догадалась в то утро. Что ж, Дафна была не удивлена, учитывая сенсационные истории об этой даме, которые публиковались в газетах, хоть и не верила всему, что пишут.

— Это ее отец — герцог Карлайл и брат — маркиз Абермарл. Красивая семья, верно?

Дафна не видела лиц — только три рыжеволосых головы. Перед балом Ровена чуть ли не силой стащила с нее очки, а Дафне было не до того, чтобы протестовать: все мысли занимало предстоящее признание.

Теперь ее обрадовало, что нет очков и она плохо видит. По тому, как Хью заспешил к рыжеволосой красавице, было ясно, что та много для него значит. Быть может, он ждал, пока она вернется к семье, чтобы начать с ней отношения? Дафна отвернулась и обвела невидящим взглядом другую группу гостей, чувствуя, как внутри все скручивается жгутом от отчаяния.

Она ощутила чью-то руку у себя на плече и обернулась, изобразив на лице улыбку, решив, что это Анна.

Но это была не Анна.

— Позволите проводить вас к столу? — спросил Хью.

Дафна перевела взгляд с Юфимии Марлингтон на Хью.

— Зачем?

Он взял ее руку, положил себе на локоть, и Дафна содрогнулась всем телом от жара, который ощущался сквозь тонкую перчатку. Внутри разливалось жидкое пламя, отчего она едва не рухнула на колени.

— Зачем? — повторила Дафна.

— Вы же меня знаете. — Губы Хью изогнулись в чувственной усмешке. — Я раб своих желаний.

Дафна убрала руку с его локтя.

— Лучше проводите кого-нибудь еще, поважнее меня.

— Для меня нет никого важнее вас. — Легкое напряжение лицевых мышц превратило его из ироничного влюбленного в целеустремленного хищника. — Тетушка сказала, что этот бал устроен в честь меня, а значит, я могу потакать себе.

Дафна не могла разглядеть лица окружавших ее людей, но почувствовала, что их пара привлекает внимание. Она положила руку на локоть Хью, и тот в полном молчании проводил ее в столовую. Дафна широко распахнула глаза, глядя на длинный банкетный стол, и не только потому, что он ломился от такого количества фарфора и столового серебра, какого ей еще не доводилось видеть, но больше потому, что леди Летиция посадила ее рядом с Хью. Ни к чему было смотреть на него, чтобы догадаться, кто это устроил: она спиной чувствовала его самодовольную ухмылку.

У нее кольнуло в груди, когда она увидела, что с другой стороны от Хью сидит леди Юфимия.

— Дафна, — сказал Хью без привычного веселья, — это леди Юфимия Марлингтон. Мия, это графиня Дейвенпорт.

— Я прошу прощения за мое бесцеремонное появление в вашем доме, леди Дейвенпорт, и… поспешное бегство. — Мия прикусила губу и потупилась, причем ее глаза ничуть не стали менее выразительными без сурьмы. — Мне не терпелось воссоединиться с отцом и братом спустя столько лет.

Что Дафна могла на это ответить? Она кивнула и улыбнулась:

— Добро пожаловать домой, в Англию.

На лице леди Юфимии отразилось облегчение, словно она ожидала, что от нее потребуют объяснений. Но, по мнению Дафны, объясниться должен был Хью, а не эта дамочка.

Она повернулась к мужчине, сидевшему рядом с другой стороны, и обнаружила, что это брат леди Юфимии, маркиз Абермарл. С такого близкого расстояния было видно, что он, пожалуй, моложе ее на несколько лет. Сочетание алебастровой кожи, светло-зеленых глаз и орлиного носа делало его весьма привлекательным. Как и у его сестры, у него были ярко-рыжие волосы, рассыпавшиеся легкими упругими кудрями по гладкому белому лбу. Это был ничуть не менее привлекательный мужчина, чем Хью Редверс, — правда, ему недоставало мужественности и чувства юмора.

Губы Дафны изогнулись в мстительной улыбке, когда она поздоровалась со своим соседом: пора уже самоуверенному лорду Рамзи понять, что он не единственный привлекательный мужчина в Лондоне. Увы, даже чары красавца маркиза не могли отвлечь Дафну от разговора, который велся с другой стороны от нее.

Дафна смогла расслышать не так уж много, но то, что услышала, не наводило на мысли о счастливых влюбленных. Вообще говоря, создавалось ощущение, что Хью и леди Юфимия о чем-то яростно спорят, — правда непонятно, о чем именно, так как они говорили по-арабски.

Когда гостья, соседка маркиза с другой стороны, задала ему какой-то вопрос, Дафна повернулась к Хью, который уже ее ждал и был явно раздражен.

Юфимия Марлингтон разговаривала с пожилым джентльменом с другой стороны, и от того, что она говорила, его брови поползли вверх, к границе редеющих волос, а лицо залилось краской.

— Еще одно удачное завоевание, миледи? — Глаз Хью на мгновение поймал ее взгляд, прежде чем обратиться к ее непривычно глубокому декольте.

Шея и грудь Дафны вспыхнули от его пристального взгляда.

— Не могу сказать того же о вас, милорд. — Она многозначительно покосилась на Юфимию Марлингтон. — Кажется, она уже не настолько без ума от вас, как при нашей предыдущей встрече.

Хью ухмыльнулся, явно находя ее попытки его пристыдить пикантными и остроумными.

— Мия знает, что меня заботит на самом деле.

Огромная горячая рука легла Дафне на колено, и она аж подскочила. Лорд Абермарл обернулся, наморщив лоб.

— Что-то не так, миледи?

— Это все перец, — солгала она, делая глоток воды, чтобы показать, что с ней все в порядке, прежде чем вновь повернулась к Хью и прошипела сквозь стиснутые зубы:

— Вы с ума сошли?

— Нет. Всего лишь