Двойня для чайлдфри - Ольга Кобзева

— Лучше медсестру, — кивнула, подумав. — Ты точно хочешь быть там со мной?

— Всегда, — наклонился к губам, глядя при этом в глаза. — Хочу быть с тобой всегда.

О чем мы оба спорили до хрипоты — это имена наших сыновей. С самого детства я знала, что моего сына будут звать Максим. Ну вот такая прихоть, даже не знаю, откуда она взялась. А Вадиму это имя категорически не нравится. Я предложила выбрать одно имя ему, а во втором дать свободу выбора мне. Но выбранное Вадимом — Евгений, уже не устроило меня. Что это за Женя? Который может быть и мальчиком, и девочкой! В итоге, выписываясь из роддома, наши сыновья все еще оставались безымянными.

В близком кругу все их называли сладенькими, малышами, зайчиками и прочими ласковыми эпитетами. Но свидетельства о рождении получить-то нужно!

Через неделю после выписки из роддома у родителей дома собралась целая толпа. Конечно же, пришли Марина с Кириллом, а еще прилетел Ардашев старший и Рита с Гришей. Хоть тут мои желания исполнились. После того случая, когда Рита вытащила братца из КПЗ, они стали больше общаться, что не могло меня не радовать. А однажды Рита сама рассказала, что стало причиной их охлаждения с братом.

Практически сразу после свадьбы Марго забеременела. Григорий, очевидно, оказался не готов к таким переменам в жизни и ушел в загул. Алкоголь, женщины, — Рита вспоминала без удовольствия, но видно было, что женщина уже пережила эту ситуацию, сумела простить.

— Я была на четвертом месяце, уже знала, что будет девочка, — отвернув глаза, рассказывала Маргарита. — Гриша пришел домой пьяный, от него разило женскими духами. И прямо при мне позвонила какая-то курица. Я возмутилась, пошла собирать чемодан…. — Рита закусила губу. — Он меня толкнул. Думаю, все могло обойтись, только вот я упала на журнальный столик. Металлический со стеклянной столешницей. Прямо на угол животом. Вадим его не простил, — после минутной паузы продолжила она. — А я смогла. Гриша изменился. После того случая не было ни одного раза, когда я бы расстраивалась из-за него.

— Боже, Рита, мне так жаль, — только и смогла выдавить из себя, слезы мешали говорить.

— Мне тоже жаль, — невесело хмыкнула женщина. — И ему жаль тоже. Только ничего уже не вернешь, и мы научились жить с этим. Я могу быть крестной хоть одному? — перевела она тему, украдкой смахивая слезы.

— Конечно, — потянулась обнять. — Я буду очень рада. Как думаешь, ваша мама меня когда-нибудь примет?

— А тебе оно надо? — рассмеялась Маргарита. — Мама сложная женщина, она хорошая, добрая к тем, кого любит. Но характер непростой. Любит, чтобы все по ее было, шаг влево, шаг вправо — расстрел. Со временем, думаю, углы сгладятся, но не скоро. Очень уж она хотела, чтобы Вероничка с Вадиком поженились. Ты мне лучше расскажи, что за кошка между Вадей и Денчиком пробежала? Понятно, что в тебе дело, но я жажду подробностей.

— Денис — непорядочный человек, — нахмурилась я. А потом выложила всю неприятную историю. И про то, как он меня опоил, и про плакаты по городу, и про полицию. Не умолчала ни о чем.

— Ничего себе история! — присвистнула Маргарита. — Тогда понятно, за что Вадим его отметелил. Вероника с парнем встречалась, его потом за наркотики едва не посадили, уверена, Денис постарался. Но та история как-то мимо прошла, напрямую не зацепила. Так что мне нетрудно тебе поверить.

— Они с Вадимом много лет дружили, мне неприятно быть причиной их размолвки. Как думаешь, может попытаться наладить отношения? Можно Дениса крестным позвать…

— И ты готова его простить? — округлила глаза Марго.

— Кто бы говорил! Да ты сама такое простила, что кажется просто непрощаемым!

— С Вадимом обсуди. Но он без Дениса мается, это заметно. Они всегда вместе, сколько помню. Только… не боишься, что Денчик снова что-то отмочит?

— Боюсь, — честно призналась я. — Потому и сомневаюсь.

Как ни странно, дом родителей смог вместить всех собравшихся, застолье вышло на славу. А на ночь гости разъехались по гостиницам и домам. Мальчишки почти все время спали, давая нам с Вадимом возможность побыть со всеми. Папа и Ардашев старший быстро нашли общие темы для разговора, даже нашлись какие-то общие знакомые. А мне было легко и непринужденно в компании Риты и Григория. Вадим поначалу говорил с зятем неохотно, но постепенно лед трогался, отношения налаживались.

Марина с Кириллом оставили Никитку с бабушкой на ночь, так что вскоре засобирались, чтобы успеть провести время вдвоем. А вскоре и Вадим потянул меня на выход. Ночевать сегодня мы останемся здесь, у родителей. Нам выделили самую большую спальню, мелких покормила, пока молока хватало обоим, но еще в роддоме неонатолог предупредила, что нужно быть готовой прикармливать.

Как ни странно, сыновья, поев, не уснули тут же, а завозились. Мы их не пеленали, давая возможность двигать ручками, ножками. Оба уже вовсю пытались издавать смешные кряхтящие звуки, тянули ручки в рот. Забавно было за ними наблюдать.

— Станислав и Сергей! — выпалила я, глядя на сыновей.

— Что? — не понял муж.

— Имена нашим сыновьям, — пояснила. — Станислав и Сергей, в честь наших отцов. Оба они достойны того, чтобы в их честь назвали внуков.

Вадим задумчиво улыбнулся.

— А мне нравится! — неожиданно согласился он. — Стасик и Сережка! Викуль, мне нравится! Однозначно. Смотри, это точно Стасик, — поднял он на руки первенца. — Такой серьезный, собранный. А Сережа как твой папа — добродушный, уже улыбается даже.

— Согласна, — кивнула с улыбкой, прижимаясь к своим мужчинам.

— Наконец-то. Завтра тогда пойду свидетельства о рождении оформлю. Стыдоба! Две недели детям, а до сих пор безымянные.

— Уже нет.

— Уже нет, — эхом повторил за мной Вадим, привлекая еще ближе.

Квартиру продавать Вадим передумал, Ардашев старший на свадьбу подарил нам дом недалеко от центра К-ана. Старый, под снос, зато с хорошим участком правильной формы и старым садом. Дом мы решили снести и на его месте запланировали возвести большой, такой, в каком хватит места нашей уже немаленькой семье и частым гостям. У Вадима есть сбережения, на которые и начнем работы. Мои родители тоже внесли свою лепту в наше будущее жилище, пусть их вклад был не столь значительным, как Станислава Львовича.

— Ты передумала выходить на работу так скоро? — подтрунивал надо мной Вадим.

— Передумала. Хочу как можно больше времени проводить со своими мужчинами. Я вас очень люблю!

Глава 46

Прошло полгода.

Стасик с Сережей растут не по дням, а по часам, радуя нас всех. Вадим много времени проводит на работе,