Двойня для чайлдфри - Ольга Кобзева

Ардашев прилетел в среду, как и собирался. Забрал у меня ключи от квартиры, безапелляционно заявив, что поживет у меня. С родителями он спелся. Потому как и папа, и мама о нем теперь отзывались только хорошо. Отец и вовсе едва ли не дифирамбы Вадиму пел. Не стала разочаровывать и сообщать, что Вадим практически женат. Ко мне он приходил каждый день, чаще всего вечером. Приносил кучу вкусностей, задабривал врачей и медсестер, так что с меня в отделении пылинки сдували и выписывать не торопились.

В гимназии мой больничный восторга, конечно, не вызвал. Дмитрий Степанович в то субботнее утро звонил, как выяснилось не потому, что видел плакат, а узнать, не смогу ли я на неделе заменить преподавателя одного из факультативов, так что я совершенно зря переживала насчет работы. Но в итоге больничный так или иначе плавно перетек в декрет.

Из отделения я выходила в вещах, впопыхах купленных мамой, потому что никакие из моих вместить внезапно выросший до гигантских размеров живот не могли. Чувствовала я себя по этой причине отвратительно. Казалась сама себе колобком, гимнастическим шаром, самкой бегемота…

Вадим все это время провел в К-не. Почти месяц. Жил в моей квартире, ключи ему предательски выдала родная мама. Из отделения забрал меня сам, помог дойти до машины, смотрел восхищенно.

Дома я расплакалась. Прямо возле большущего зеркала, стоило себя увидеть и понять, что никакая одежда, даже купленная специально для беременных мне больше не подходит.

— Вик, ты чего? — без спроса заглянул в спальню Ардашев. — Живот болит? — испугался он, опускаясь возле меня на пол.

Замотала головой, рыдая еще более отчаянно.

— Вик, ты меня пугаешь, — поднимая меня с пола, Вадим и правда выглядел растерянным и напуганным.

— Я похожа на бегемота, — все же вырвалось невольно. — Мне больше нечего надеть! — спрятала лицо у парня на груди и продолжила отчаянно рыдать.

Услышала, как Ардашев глубоко вдохнул-выдохнул.

— Господи, Вика, как же ты меня напугала, — попенял он, неловко прижимая меня к себе еще ближе.

По-моему, парня нисколько не смущали мои слезы, он не особо пытался меня успокоить. Напротив, поглаживал по спине, по волосам, а после и вовсе принялся покрывать легкими поцелуями все свободные участки кожи. Наконец до меня дошло, что происходит. Встрепенулась, но Вадим не пустил.

— Вик, — прошептал Вадим, пытаясь поймать мои губы. — Я так соскучился. — Он все же поймал мои губы в плен. Это был первый поцелуй за очень долгое время. Последний раз мы целовались в сентябре, а сейчас уже февраль. Меня будто током прошило от нахлынувших ощущений. Угасшее было либидо дало о себе знать. Из головы вдруг выветрились все обиды и прочие препятствия. Просто забыла обо всем. — Викуль, — ненадолго оторвавшись, прошептал Вадим, — я знаю занятие, для которого одежда вообще не нужна…

Он был нежен, бесконечно нежен и осторожен. А я так истосковалась, что даже мельчайшие прикосновения и ласки отдавались электрическими разрядами. Вадим не просто не замечал моего изменившегося тела, оно ему как будто нравилось.

Очнулись нескоро. Вадим выглядел довольным жизнью, счастливым, на лице мужчины сияла залихватская улыбка. Не стесняясь наготы, он встал с кровати и ушел в прихожую, пошурудил там чем-то, но вскоре вернулся. Ардашев, полностью голый, взлохмаченный опустился перед кроватью на одно колено и протянул вперед руку с зажатой коробочкой. Медленно открыл и я увидела изящное золотое колечко в форме бантика с тремя камушками в центре.

— Виктория Сергеевна Стужина, — серьезно смотрел на меня Вадим. — Я натворил немало дел, знаю. Но не так уж я и плох, раз Господь решил наградить меня, подарив шанс на счастье. Вик, я был уверен, что не хочу семью и детей, но я ошибался. Мне не нужна была другая семья и дети от другой женщины. Когда я встретил тебя, понял, что моя жизнь уже не будет прежней. Уверен, я влюбился в тебя с первого взгляда, с первой секунды знакомства. Вика, я тебя люблю и умоляю дать мне шанс стать счастливым. Умоляю подарить мне возможность засыпать и просыпаться рядом с тобой каждый день, возможность называть тебя своей женой. Милая, подари мне шанс на счастье. Вика, выходи за меня!

Еще в начале его речи села на кровати, подтянув покрывало к груди и с трепетом и волнением слушала. В какой-то момент поняла, что вот-вот заплачу, но сумела сдержаться.

— А как же Вероника? — слова вырвались прежде, чем успела прикусить язык.

— Вика, клянусь тебе, мне нужна только ты. Ни одна другая женщина не имеет для меня никакого значения. Игры родителей тоже не имеют значения. Я не стану жить по указке. Я хочу связать жизнь с той единственной, что олицетворяет собой мой мир. Ты так и не ответила, — напомнил Вадим. — Ты выйдешь за меня?

Ардашев поднялся с пола и шагнул ближе, присел на край кровати, достал из коробочки кольцо и взял мою ладонь в свою руку. Притянул меня к себе, поцеловал.

— Ведь выйдешь? — шепотом спросил в третий раз.

— Да, — выдохнула ему в губы.

В ту же секунду кольцо оказалось на моем пальце, а Вадим так жадно меня поцеловал, что в какой-то момент даже перестало хватать воздуха.

— Люблю тебя. Вика, как же я тебя люблю!

Глава 43

На следующий день будущий муж заставил заказать с доставкой на дом целую кучу вещей для беременных. Самолично контролировал процесс примерки и откровенно восхищался любым образом. В итоге я немного меньше стала считать себя самкой бегемота, ладно, вовсе перестала. А потом в гости приехали родители. Папа с Вадимом все же выпили тот самый коньяк. Вадим едва ли не с порога рассказал, что я согласилась выйти за него замуж, при этом Ардашев так очевидно гордился собой, что это невольно вызывало смех.

— Свадьба после родов? — только и спросила мама.

— Нет! — категорично выпалил Вадим. — Вика беременна, нас распишут в любой день. Предлагаю на следующих выходных.

— Через неделю? — повернулась к нему.

— Тянуть ни к чему, — чмокнул меня в нос Вадим, он вообще не стесняясь обнимал меня постоянно, поглаживал живот и то и дело целовал. Мама смотрела на нас с умилением, отец поначалу слегка хмурился, а потом притянул маму ближе и стал проделывать ровно тоже самое.

— А твои родные?

— Я им сообщу. Остальное решат сами, не маленькие.

— Вадим, вы в К-не уже почти месяц, а как же работа?

— Я работаю, — спокойно кивнул Вадим. — Проект