Академия для дикой Розы - Керри Лемер

Она и впрямь была больна, помешана на Эйдене, как алкоголичка, не способная отказаться от бутылки спиртного.

— Я могу просто уехать, — в горле першило от волнения, — и не мешать твоему счастью.

Это была последняя вразумить ее, но она пошла прахом.

— Не люблю рисковать, — Рози скривила нос, — не переживай, больно не будет, никто и не поймет, что с тобой случилось.

Сказав это, она кинула в сторону купола какой-то порошок, который осел на его поверхности, а пространство внутри него, быстро стало наполняться едким дымом. Я разбила кристалл, но слишком поздно, сознание быстро померкло, а я провалилась в непроглядную тьму.

Глава 40

Это было странное состояние, неправильное, ощущала свое тело, но не могла пошевелиться. Была боль, был страх и полное непонимание происходящего. В голове роились десятки вопросов: сработал ли кристалл, получил ли Эйден сигнал и успел ли, а главное — что это был за порошок?

— Не хочу умирать. — Подумала, ощутив сильное жжение в области желудка. — Я ведь не жила совсем, — продолжала рассуждать, вспоминая свою жизнь, — и не любила, и любимой не была.

Образ Эйдена особенно ярко предстал перед внутренним взором. Красивый, сильный, умный, в нем было все, о чем можно только мечтать. Мужчина-мечта. Он понравился мне с первого взгляда, а позже, казался холодным, грубым, надменным. Каждая встреча дополняла его образ новыми характеристиками, позволяя лучше узнать загадочного графа.

— Если выживу, дам нашим отношениям шанс. — Мечтательно подумала, вспомнив предсказание оракула.

Вмешательство магии в судьбу Розали и Камелии изменило будущее и подарило мне шанс быть истиной парой дракона.

— Нужно было признаться. — Подумала с грустью.

Боль появлялась вспышками, сбивая меня с мыслей, а я не могла даже закричать, хотя пыталась и не раз. Смерть была так близко, что я ощущала, как костлявые руки тянутся к моей душе, даже ощутила холод и ни с чем не сравнимую вонь гниющей плоти. И вот в этот момент, когда мне стало по-настоящему страшно, сквозь толщу безоглядной тьмы, услышала его голос:

— Рози, — словно шелест листвы, моего слуха коснулся тихий голос Эйдена, — борись, ты сильная, ты должна жить, не смей сдаваться.

В его голосе было столько боли и отчаянья, словно он погибал вместе со мной, но в то же время в нем была сила, так необходимая мне.

— Ты не можешь просто оставить меня, — он продолжал говорить, и с каждым словом, его голос становился все громче, а слова отчетливее, словно расстояние между нами стремительно сокращалось.

Его голос словно маяк, освещал мне путь и не позволял сбиться с курса. Я так хотела снова увидеть его, что не поняла, в какой момент желание стало реальностью, а яркий дневной свет, больно ударил по глазам.

— Ты очнулась, — то ли радостно, то ли испуганно воскликнул Эйден, склоняясь надо мной.

Потребовалось несколько минут, прежде чем я снова открыла глаза и издала невнятный звук.

— Не шевелись, я позову лекаря. — Быстро выпалил он, уносясь прочь.

Проморгавшись, даже не успела издать протестующий звук, как оказалась совершенно одна в комнате стерильно-белого цвета и скромной обстановкой. По правде говоря, не знала, как выглядят лазареты в этом мире, но сразу определила, что это именно он. Палата чуть больше общажной комнаты, с одной кроватью, креслом, огромными окнами, и двумя шкафами со стеклянными дверцами.

Облокотившись о стену, сиротливо стояла полупрозрачная тканевая ширма, которая явно должна была скрывать меня от чужих любопытных взглядов. Мебель, в отличие от стен и полов, не была белой, но также напоминала, где именно я нахожусь. Все простенькое, без излишеств и помпезности, с которой обычно лечили аристократов.

А вот что действительно меня встревожило, так это наличие решеток на окне, которые ясно дали понять, о моем истинном положении.

В голове был сумбур, старалась не шевелиться, тело казалось тяжелым и не моим, голова раскалывалась от пронзительной боли, просто лежать и ничего не делать, я не могла. Попытка принять вертикальное положение, привела лишь к сильному приступу тошноты.

— О, наконец-то моя подопечная пришла в себя, — произнес седовласый мужчина, врываясь в палату.

Следом за ним вошел Эйден в компании… Императора.

Глазам своим не поверила, несколько раз моргнула, крепко зажмурив глаза, но император никуда не исчез.

— Вижу, дорогуша, вы еще не полностью пришли в себя. — Пока я переводила взгляд с одного мужчина на другого, лекарь уже успел приступить к своим манипуляциям, усердно водил руками над моей головой. — Мда, — сокрушенно покачал головой, — показатели еще далеки от идеальных, но этого и следовало ожидать в вашем случае.

Он еще что-то говорил, объяснял, а я не могла его слушать. По взгляду императора поняла, что он знает все, правитель так пристально смотрел на меня, что ощущала жжение на коже.

— Что ж, вам положен отдых, — лекарь всучил мне в стакан с мутной жижей, напоминающей столовский кисель, — это поможет вывести остатки яда из вашего организма.

— Яда? — Прохрипела, крепче сжимая холодный стакан в руке.

— Да, порошок белой бегонии смертельно опасен в сочетании с пустынным многолиствинником, но, как я уже сказал, ваш случай уникальный…

— Ландарио, — одернул его император на полуслове, — вам пора, как видите, девушка уже пришла в себя, остальное успеете обсудить позже.

Лекарь нервно икнул, пробормотал что-то виноватым голосом и быстро отправился по своим делам.

— Розали, — император нервно дернул уголком губ, — если ты не против, стану называть тебя так.

— Вы уже все знаете? — Спросила, хотя ответ и так был ясен.

— Знаю, граф Аддерли все рассказал, а благодаря его навыкам и знаниям, весь ваш разговор с настоящей леди Брэдфорд был записан и передан в тайную канцелярию в качестве улики.

Я об этом даже не догадывалась. Медленно закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. У меня даже мысли не возникло в тот момент спросить, что случилось с Камелией, вернее, с настоящей Розали и как я оказалась в палате с решетками на