Я тебя нагадала - Татьяна Ма

Вадим вцепился в бумажный стаканчик с кофе, поджал губы и молча вышел. Соня стояла к нему спиной, возле рожковой кофеварки, и делала очередную порцию кофе. Она не видела, как вышел Вадим, но почувствовала — будто дышать легче стало.

После работы Соня шла по темным переулкам, все ускоряя и ускоряя шаг. Теперь ей не чудилось — за ней точно кто-то следил. «Но почему ты не поехала на машине, идиотка?» — бранила себя Соня. Прогуляться она решила. По темноте. И Миша, как назло, задержался в автосервисе. Он вообще в последние дни часто задерживался. Может, это Миша за ней идет по пятам? Крадется, примеряет шаг, двигается нога в ногу. А стоит Соне обернутся, и он прячется в какой-нибудь темный угол, откуда смотрит на нее черными глазами-угольками, в которых горит адский огонь. «Зачем Мише за мной следить? — тут же спрашивала саму себя Соня. — Он же меня любит». Любит, как же. Вадим тебя тоже любил. Соня, Соня! Не живешь, а будто спишь. Ничегошеньки вокруг себя не замечаешь. Не видишь, какие гнилые люди тебя окружают. Доверчивая глупышка. Ну, люби тебя Миша по-настоящему, разве позволил бы одной в ночи возвращаться домой? Вот! Опять кто-то шуршит сзади. Соня обернулась. Это всего лишь ветер гонит по асфальту целлофановый пакет. Никто тебя не преследует. Напридумывала ерунды, накрутила саму себя, а теперь боишься. Приблизившись к подъезду, Соня порылась в сумочке в поисках ключей. Достала связку. В царившей вокруг темноте, звук позвякивающего металла показался ей тревожным набатом, который бил по нервным окончаниям. Соня вздрогнула, и ключи с лязгом упали на землю.

— Черт, — пробормотала Соня и нагнулась, чтобы их найти.

Фонари вокруг не горели. Соня сунула руку в сумку, чтобы включить мобильник и посветить им, но его нигде не было. «Я же его на стойке в кофейне забыла». Соня вспомнила, как, переговорив с Мишей, положила телефон на барную стойку и пошла на кухню, чтобы еще раз проверить, что там выключена плита и духовой шкаф. Так телефон и остался там лежать.

Соня наклонилась и попыталась нащупать ключи в кромешной тьме. Они же ей прямо под ноги упали. Почему так темно-то вокруг? Дверь подъезда скрипнула, и Соня отпрянула. В разверзшемся, словно пасть чудовища, дверном проеме виднелась фигура какого-то человека. Как в такой темноте Соня разглядела ее, она не знала. Знала другое: она уже где-то видела этого человека. Точно видела.

— Вадим? — почему-то вырвалось имя бывшего мужа.

— Нет, ошиблась, — раздался знакомый голос.

В темноте блеснула молния, и что-то ледяное и острое впилось в горло Сони. Она хотела закричать, но из горла лишь раздалось бульканье. Соня захлебывалась собственной кровью.

Глава 38

— Соф, милая, с тобой все в порядке? — Миша постучался в дверь ванной, где заперлась Соня.

— Да… Почти. Я сейчас.

Пока она принимала душ и приходила в себя после ночного кошмара, из которого ее вырвал голос Миши, он успел приготовить завтрак и сварить кофе.

— Ну, ты как? — Миша обеспокоенно взглянул на Соню, когда она села на высокий стул за кухонный остров.

— Голова раскалывается. Как же я устала от этих видений, — с отчаянием произнесла Соня. — Может, я и правда сумасшедшая?

— Будто одним сумасшедшим снятся кошмары. Просто ты зацикливаешься, и тебе все меньше удается расслабиться, — сказал Миша.

Он был прав. В последние месяцы кошмары повторялись чуть ли не каждую ночь, и всякий раз, ложась спать, Соня с содроганием ждала возвращения сновидений, в которых за ней кто-то шел, высматривал ее в темноте, нападал и убивал. Наверное, пора начать пить успокоительные?

— Может, не пойдешь сегодня в кофейню? Отдохнешь? — хмурясь, спросил Миша.

— Ну как же я не пойду? — улыбнулась она, стараясь взбодриться.

— Не нравится мне, как ты выглядишь. Бледная, круги под глазами.

— Ничего. Схожу в кофейню, развеюсь, но обещаю, что в обед вернусь домой и как следует высплюсь.

— Надеюсь, так и сделаешь. — Миша погладил ее ладонь. — А я съезжу за город, посмотрю, как там дела с ремонтом продвигаются.

Миша наконец-то решил переоборудовать дом и как следует благоустроить его, чтобы они с Соней могли обитать не только в ее хоть и красивой, но маленькой квартирке.

— Давай, — кивнула ему Соня. — Вечером увидимся.

— Если что, звони мне. — Михаил поцеловал ее в нос.

Когда за ним закрылась дверь, Соня вздохнула. Миша прав — ей нужен отдых. Она не только выглядела усталой, но и чувствовала себя совершенно обессиленной, словно эти проклятые сны вытягивали из нее всю энергию. Даже завтрак, приготовленный Михаилом, не лез в горло. От запаха еды воротило. Да что ж такое-то?

Допив кофе, Соня встала со стула, чтобы сполоснуть чашку, и почувствовала головокружение. Она ухватилась за край стола и закрыла глаза. Сердце бешено колотилось, кровь прилила к голове. Нет, нужно что-то съесть, а то так и до обморока недалеко.

Совладав с собой и дождавшись, пока головокружение отпустит, Соня брызнула в лицо холодной водой из-под крана и промокнула его чистым полотенцем.

На улице ей стало гораздо лучше. Утренний ветерок еще был прохладен, и Соня вдохнула полной грудью. Она решила прогуляться до кофейни пешком — здесь было недалеко. Однако уже через пять минут неспешного шага Соня пожалела, что не поехала на машине. Ее снова начала бить тревога. По коже полз озноб, заставляя ежиться от неприятного чувства, будто за ней кто-то наблюдает. Может, у нее паранойя? Мания преследования? Ну кому нужно за ней наблюдать? Утро. Кругом люди, спешащие по своим делам. Ни одного темного закоулка. Лето, в конце концов! Зелень вон какая! А цветы! Неужели Соня разучилась радоваться простым вещам? Почему она так зациклилась на своих ощущениях? Почему ей снятся кошмары о собственной смерти? Наверное, Миша все-таки прав — слишком сильно на нее повлияло нападение на Милу, тревога за подругу, а потом и неожиданные убийства: сначала бывшего мужа Милы, а потом неизвестной девушки в отеле. Ее сны — вовсе не предчувствие, не ясновидение, а отражение снедающего ее беспокойства.

В кофейню уже пришел Сережа и замешивал тесто для булочек, которые они обычно пекли для тех клиентов, кто забегал к ним за утренним кофе и завтраком.

Поздоровавшись с Сергеем, Соня водрузила турку на конфорку. Она решила погадать себе, пока не началась утренняя суета.

Дав кофе настояться, Соня медленно выпила его, обдумывая вопрос, на который хотела получить ответ, а потом совершила уже привычный ритуал: опрокинула чашку на блюдце и