Скандал - Пайпер Стоун

один из нанятых экспертов не смог в этом разобраться. Итак, он вышел на свободу, без того чтобы сообщить мне, что уезжает из города, но вернется. В записке спрашивалось, помню ли я его. А может, и не его. Я больше не уверена. Но те, кто меня знал, понимают, насколько меня выбило из колеи это дело.

Что означало, что это было бы идеально использовать против нее.

— Эта записка была подписана?

— Нет, но она была очень похожа на записки, оставленные много лет назад.

— О которых знают люди в твоем офисе. — Я закончил со стейками, сняв их с огня.

В том, как Седона смотрела на меня, была печаль и смирение, но я чувствовал, что ее мысли уже некоторое время вертелись в этом направлении.

— Да.

— Как босс угрожал тебе?

— Это было странно, как будто она знала, что я забочусь о тебе, но не говорила об этом открыто. Она влиятельная женщина, на которую люди равняются. Ее подталкивали к выдвижению своей кандидатуры, но она всегда говорила, что не хочет этого делать. Думаю, она этого хочет. На самом деле, предположу, что она вовлечена в какую-то странную игру за власть, используя твое дело для усиления политического влияния в преддверии осенних выборов. Кристин была той, на кого я равнялась. Она вела себя так, как будто увидела во мне что-то особенное, наставляла меня с первого дня стажировки.

— Интересно.

— Неинтересно. Тошнотворно. Пока ничего не объявлено о дополнительных кандидатурах на предстоящие выборы, но уверена, что скоро у нас на всех руководящих должностях будут женщины, учитывая их методы манипулирования. Это вызывает у меня отвращение. Поскольку я баллотируюсь на пост окружного прокурора, женщины будут контролировать почти все аспекты правоохранительной деятельности, все высшие политические посты, включая сенатора и даже судмедэксперта.

— Это сильное влияние на город.

— Да, больше, чем кто-либо мог иметь, мир, частью которого я не хочу быть, это правда. Нет, если они собираются погубить тебя. Нет, если ты невиновен.

— Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, Седона.

— Если только ты не приказал своим солдатам убить их.

— Тебе нужно задать себе важный вопрос. Если бы я выбрал тебя своей мишенью, откуда мог знать наверняка, что тебе поручат это дело?

Она отвела взгляд, обдумывая мой вопрос, и кивнула несколько секунд спустя.

— Ты прав. Если только у тебя не было связи с Кристиной, которую я не обнаружила. Правда в том, что меня используют как марионетку. Человек, оставляющий записки, использует против меня страх, который почти искалечил меня много лет назад, поскольку я отреагировала не так, как они ожидали.

— Это вполне возможно, но я узнаю, вернулся ли Дэмиен в город. Как уже сказал, за нужную сумму денег можно найти кого угодно, и все зависит от людей, которых ты знаешь.

— Я дам тебе все, что у меня есть на этого монстра. Что произойдет, если он здесь? — Седона сжала руку в кулак, ее решимость снова возросла.

— Тогда я разберусь с ситуацией по мере необходимости.

Я заметил, что выражение ее глаз изменилось, как будто она более чем смирилась с тем фактом, что, вполне возможно, ее начальница не была тем наставником, каким она считала эту женщину. Но это было еще не все. Меня беспокоило совсем другое смирение.

— Ты знаешь, я видела ужасные вещи в своей жизни из-за своей работы. Всегда верила, что помогаю людям, защищаю невинных и осуждаю тех, кто не заслуживает спасения. Я гордилась тем, что была одной из хороших ребят, чемпионкой. Видела кровавые, жестокие картины, которые преследуют меня по сей день, лишая сна и, в некотором смысле, рассудка. Но поскольку у меня были на то веские причины, я продолжала пробиваться сквозь грязь и кровь, чтобы что-то изменить. Когда проиграла то дело с Дэмиеном, была уверена, что больше так не смогу. Если Кристина использует тот ужас, через который прошло столько людей, я не остановлюсь ни перед чем, чтобы уничтожить ее. И ее друзей. Если она осмелилась воспользоваться моей добротой, моим обещанием, данным этому сообществу, чтобы набить свои карманы, она заплатит самую высокую цену. И если она посмела поставить между ними тебя, мужчину, который мне дорог, то не уверена, что буду делать.

— Я буду счастлив помочь тебе в этом, cherie. А что, если Дэмиен сейчас разгуливает по улицам Луисвилля?

Седона снова медленно подняла взгляд, и на ее прекрасном лице появилось странное и очень красноречивое выражение.

— Тогда делай то, что тебе нужно. Делай то, что, по моему мнению, у тебя очень хорошо получается. Устрани проблему.

* * *

— Позволь мне еще раз сказать, что мне совершенно не нравится это дерьмо.

— Принято к сведению, Майкл. Я тоже не люблю, когда меня ложно обвиняют в преступлении, которого я не совершал, но мы все должны научиться работать с теми картами, которые были вскрыты.

Выбравшись из арендованного внедорожника, я сразу же застегнул куртку. Как и в любом другом городе Соединенных Штатов, здесь были районы с более высокой концентрацией национальностей. Русские. Итальянцы. Китайцы. Мексиканцы. Все зависело от того, кто где поселится.

Это была ирландская мекка, расположенная на нескольких улицах Луисвилля, где ирландских пабов и пекарен было больше, чем где бы то ни было еще. В одном из заведений уже звучала необычная ирландская музыка, хотя было только начало второго. От аромата свежеиспеченного глазированного хлеба у меня сразу потекли слюнки. Но я пришел сюда не для того, чтобы развлекаться или вкусно поесть.

У меня была одна цель — заключить союз с Лиамом О'Коннором. Учитывая все, что узнал от милого создания, которое всю ночь прижималось ко мне, мне нужно было убедиться, что кто-то в этом городе прикроет мне спину. Хотя кому-то эта концепция может показаться чуждой, даже диковинной, это было правильное решение. До тех пор, пока Лиам понимал, что я не имею никакого отношения к убийствам его брата и невестки.

На тот момент я находил всю ситуацию захватывающей, включая возможность того, что несколько весьма уважаемых женщин могли бы создать нечто подобное тому, что описала Седона. Было ли это возможно? Абсолютно. И при этом они могли бы править совершенно другим железным кулаком. Не мог не восхититься их наглостью, но они не понимали, что Лиам никогда бы не позволил этому случиться прямо у него под носом.

Это был мой козырь, то, чего я еще не делал в своей карьере. Тем не менее, я позволил себе оказаться в эпицентре кошмара. Сообщая новому ирландскому лидеру подробности ситуации,