Требуется ходячее бедствие - Александра Логинова

– Кто твоя няня?

– Няня, – бездумно повторил Карл, забыв про кораблики. Он почти разорвал мой подол правой рукой, боясь выпустить, левой же чиркал карандашом по столу. – Няня ушла вчера. Я вел себя хорошо, не ругай. Не ругай меня!

– Не буду, не буду. Почему бы тебе не отпустить меня?

– Уходишь? – две крупные слезы покатились по его щекам.

Вид взрослого мужчины, натурально рыдающего от грусти, полностью меня деморализовал до горестных душевных стонов. Остается надеяться, ему принесут ужин, и я смогу улизнуть, пусть даже подравшись с неизвестной нянькой.

– Нет, еще посижу, – прошептала я, чувствуя себя разбитой.

Теперь понятно, почему он достал шкатулку при мне – я не носила форму служанок, поэтому рыцарь не смог идентифицировать меня как слугу. Но Франц предупредил всех о моем прибытии и особом статусе – и не чужая, если рассуждать формально.

– Что в шкатулке, которую ты забрал?

Надеюсь, он сможет объяснить хотя бы на пальцах. Для Карла, сидевшего передо мной, сказать несколько сложных осмысленных слов – невозможно, поэтому очень интересно, как он общается с людьми.

– Я хочу играть в маму и папу, – рыцарь поднял на меня чистый наивный взгляд, напрочь игнорируя вопрос.

– У тебя есть куклы?

– Есть, – указательный палец грубо показал на меня. – Ты кукла.

– Что? – осеклась я.

– Кукла, – повторил он, заблажив, точно сумасшедший. – Папа-мама-кукла! Кукла-мама! Кукла-жена!

От избытка эмоций по подбородку рыцаря снова потекла слюна, которую он яростно размазал кулаком, и принялся подвывать на одной ноте, раскачиваясь из стороны в сторону. Я замерла, вновь ощущая предательскую панику, – лорд де Йонг стремительно становился неуправляемым. Щетина на его подбородке ясно говорила, что у мужчины все в порядке с организмом, в особенности с тестостероном, и физически он развит на зависть любому атлету. Не знаю, допускались ли к нему молодые женщины раньше, но я точно не хочу быть подопытным кроликом для проверки его зрелости!

Рыцарь схватил меня за талию, готовясь немедленно показать правила игры.

– Стой! Немедленно остановись! – гаркнула я, желая замахнуться, и тут же мысленно дала себе пощечину.

Нельзя бить детей, и это полбеды. Ребенок передо мной – полноценный воин, как сказали бы в Азии, настоящий бог войны. Он не только чудовищно силен, но и инстинктивно склонен сначала избивать, а потом разбираться. Вряд ли я переживу его попытку защититься от шлепка по попе.

– Будем играть в кораблики. Торговые. Давай сюда одеяло, наволочку и кубики.

Карл резко пришел в себя, радостно засуетившись вокруг шерстяного моря, накинутого мной на стулья. Рифы-кубики то и дело скользили по складкам, грозя потопить флот, и рыцарь умело маневрировал между ними, буквально перелетая пороги. Я машинально толкала свой кораблик, чувствуя как кишки скручиваются в тугой узел, – стальная хватка мужчины сжимала мое запястье.

Если он сдавит чуть сильнее, кость сломается. Немыслимо изворачиваясь, Йонг играл одной рукой, второй подтаскивая меня ближе.

– А теперь я буду пиратом, а ты – торговцем. У тебя есть серебряный сундук с сокровищами, и моя команда высадится на сушу, чтобы его отыскать.

– Не получишь! – возликовал лорд, рывком топя мой корабль.

От быстрого движения выбитая деревяшка прочертила глубокую царапину на пальце, я вскрикнула, и капелька крови пометила одеяло багровым пятном. Карл завороженно уставился на мой палец, где скапливалась новая кровь, и без раздумий поднес его ко рту.

– Что ты делаешь?! – взвизгнула я, ощущая, как влажный язык облизывает ноготь.

Рыцарь испуганно отстранился, слизав кровь, и растерянно заморгал, как детсадовец, которого несправедливо отругали. Из породистого носа Карла тонкой струйкой потекли прозрачные сопли.

– У котика боли, у собаки боли, – сказал он, гладя мою руку. – У Кати не боли.

Озарение, словно вспышка, прочертило мой перепуганный разум.

– Твоя няня – Ирина Семеновна? Бабушка в платке с седыми волосами и бровями?

К нему ходит женщина… Разумеется, это няня. Кто более опытен в воспитании особенных детей, закономерно становящихся взрослыми, нежели кормилица-иномирянка?

Карл закрутил головой, предпочтя проигнорировать слишком сложный вопрос, и с детской непосредственностью устроил шторм. Пух и перья взлетели к потолку! От взмахов рыцарской руки мои волосы слегка затрепетали – столь рьяно он сотрясал воздух.

– Мы – гадкие пираты, найдем и заберем ваши сокровища. Маленький серебряный сундучок с богатством будет наш.

– Не будет! – засмеялся лорд Йонг, размазывая сопли рукавом. – Я его разломал!

– Фу, какая гадость. Сэр, ваш нос бьет промышленные рекорды по слизи. Быстро высморкайтесь. Ты разломал серебряный сундук с сокровищами? Наверное, оттуда выпало много золота и драгоценных камней?

– А вот и нет, – разулыбался Карл, ожесточенно ломая мой маленький кораблик. – Там скучная книжка. Даже картинок нет!

– Книжка? Покажи мне ее.

– А ты мне что?

– Настоящий конструктор, – порывисто предложила я. – Когда лорд Франц очнется и вернет меня домой, я дам ему конструктор для тебя. В сто раз лучше кубиков.

– Железный? – восторженно уточнил Карл.

– Круче, – экспертным тоном заверила я. – Готова спорить, о таком конструкторе не знает даже Ирина Семеновна… То есть няня Эриш. Только отдай мне книжку из сундучка.

Взволнованно подпрыгнув, лорд Йонг стремительно кинулся к разворошенной постели, достав из-под матраса серебряные обломки и маленькую книгу в черном кожаном переплете. Я с огромным удивлением взяла в руки современный ежедневник, отмечая, как бережно с ним обращались – на обложке ни царапины.

– Это почерк лорда Эшфорта?

– А? – пространно откликнулся Карл, впав в мечтательность. – Все умеют писать, кроме меня.

Франц наверняка лелеял этот блокнот снаружи и не щадил внутри – судя по толщине, книга распухла от записей.

– Кто же пишет за тебя?

– Питер, – простодушно ответил рыцарь.

– Твой паж?

Пока лорд де Йонг сбивчиво объяснял, кем является его паж и надзиратель в одном лице, дверь тихонько скрипнула. Я быстро сунула книгу под шаль, чувствуя адреналин, вскипевший в крови. В комнату заглянуло маленькое курносое лицо.

– Мисс Екарина? – воскликнула Мио, открыв пошире дверь.

Мы уставились друг на друга, одинаково ошарашенные встречей. Девочка держала кувшин, издающий булькающие звуки; на моем рукаве снова повис рыцарь, хныкая от того, что отсидел ногу.

– Что вы тут делаете? – опомнилась лекарка. – Посторонним нельзя беспокоить лорда Йонга.

– Иначе он