Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки - Нина Новак

Руш. Запомни эту фамилию, Мари. Рейси не могут позволить, чтобы их уникальная кровь смешалась с кровью Рашборнов, таким образом усилив вражеский род, — женщина плачет и от ее всхлипываний ужасно больно. — Я опасаюсь, что они не довезут тебя до приюта. Если когда-нибудь прослушаешь запись, отомсти. Ты — Рейси”.

Я кладу кристалл на столик перед собой и замираю. Монолог матери Мари прозвучал как крик в пустоту. Неужели сама девушка не прослушивала кристалл?

Впрочем, даже если прослушивала, что она могла поделать? Возвращаться домой было опасно для жизни, оставалось служить Идалям.

Ни на минуту не сомневаюсь, что Мари была девушкой очень больной и отставшей в развитии из-за перекрытия каналов.

Наверное, бог всех Миров спас бы своего потомка, если бы мог? Но тело Мари и ее драконица возродились лишь с приходом попаданки.

Утираю невольные слезы и думаю, что этот кристалл может послужить доказательством против Руша. Он предал своего владыку.

А вот в доме Рейси наверняка спрятано еще больше улик.

Приближается последний конкурс, назначенный на вечер, и миссис Лойд поспешно рассказывает, что за прошлый баллов никому не начислили, поскольку произошла "диверсия".

— След артефактов, влияющих на животных, привел к леди Руш, — няня императора достает из комода мое новое белье, кладет его на кровать. Перейдя к манекену, разглаживает складки на шикарном платье, что прислал муженек.

— Я приму ванну, а потом вы поможете мне застегнуть пуговки? — я улыбаюсь, но не тороплюсь задавать миссис Лойд вопросы о Шарсо.

Этот род живет обособлено, если не считать Леона и Ви, а лорд Роберт и его супруга редко показываются в столице.

Надо будет выбрать для Ви и Анны подарки. Я безмерно благодарна им за помощь.

Через час выхожу из ванны и надеваю тончайшее белье. Эдриан расщедрился — такие чулки я не видела даже в своем мире. А кружева на нижней рубашке ручной работы, что ли?

Шелк приятно скользит по коже и я обдумываю засаду с диадемой. Черт, значит, вот как произойдет выбор на самом деле.

Получается, Клер была достойна семейной реликвии, а девица из Рейси — нет?

Смешно.

Непонятно на что рассчитывает Эдриан. Подозреваю, что он задумал сделать мне одолжение — магическая диадема не приняла Мари Идаль, но император снизошел до нее, так как бедняжка его истинная.

Эдриану выгодно заполучить наследников с кровью Рейси. Это бы многое решило и усилило Рашборнов еще больше.

Миссис Лойд заходит в спальню и заносит горячий чай, но при этом делает какие-то странные движения глазами.

— Что такое? — не понимаю я.

А потом как понимаю…

В дверях появляется Эдриан в парадном мундире, увешанный орденами.

— Ваше величество! — я хватаю со стула халат и пытаюсь накинуть его, но рука попадет не в тот рукав.

— Выйдите, миссис Лойд, — произносит он, не сводя тяжелого взгляда с меня. — Я сам помогу супруге одеться.

49.

Миссис Лойд бесшумно покидает комнату, ведь не станешь же спорить с владыкой. А Эдриан оглаживает взглядом мою фигуру, задерживается на колечке, висящем на груди.

В обществе идут споры и светская хроника каждый день печатает статьи, гадая, является ли Мари Идаль настоящей истинной. А двор держит интригу, секретари императора не дают ответов, советуя дождаться последнего этапа отбора.

Страшно представить, что сегодня будет твориться в зале.

— Зачем халат? Пора одеваться, — Эдриан стремительно приближается и отбирает тонкий халатик, которым я собиралась прикрыться.

Теперь я перед ним в нижней рубашке и чулках с подвязками. До чего же неприятно, учитывая, что он полностью одет.

Эдриан срывает с манекена платье и я невольно вскрикиваю — помнёт же!

А муж приподнимает брови и криво улыбается. Он что, действительно собирается меня одевать? Впрочем, на платье множество пуговок, я сама их год буду застегивать.

Недоверчиво кошусь на Эдриана, а он разворачивает меня к себе спиной. Ноздрей касается запах владыки — какой-то дорогой парфюм, смешанный с его собственным мужским ароматом.

— Подними руки.

Молча слушаюсь, раздумывая, стоит ли показывать кристалл. Увы, но он недостаточно веское доказательство, нужно дополнительное расследование. А император может просто отобрать у меня улику и потом жди, гадай, как распорядится ею лорд Турбиш. Скажет, что политические интересы страны требуют скрыть информацию, а с Рейси продолжат работать.

Эдриан накидывает на меня платье, но действует грубовато, явно привык раздевать, а не одевать. Кожу на плечах и шее раздражает его горячее дыхание, которое я ясно слышу.

Стараюсь абстрагироваться от двусмысленной ситуации и не концентрироваться на пальцах мужа, застегивающего бесконечный ряд пуговиц.

Конечно же, он не теряет возможности и касается меня, от чего становится душно и тревожно.

Очень опасная ситуация.

— Не снимай кольцо. Никогда, — шепчет он мне на ухо, а затем прикусывает мочку.

Я резко разворачиваюсь, но муж подхватывает меня за талию и я оказываюсь лежащей на столе. Платье, которое было так тщательно отутюжено, задирается.

Черт, он все спланировал заранее, да? Это он так подыскивает ко мне ключик?

— Скотина! — бью его ногами, попадаю, кажется в бедро, в живот, но супруг мой словно каменное изваяние — не прошибешь.

Он хватает меня за ступню и отводит ногу в сторону. Я дергаюсь, но Эдриан держит слишком крепко, вырваться нет шансов. А когда он закидывает мою ногу себе на плечо и одновременно подтягивает меня к себе, я уже готова сыпать самыми отборными проклятиями.

— Так ненавидишь меня? — он зло усмехается.

Мне все равно, — хочу крикнуть. Просто не желаю всю жизнь провести с мужчиной, считающим меня недостойной его семьи. Зачем мне это?

— Отпусти, Эдриан, — становится страшно, честно.

Он поджимает губы и растерянно смотрит на меня. Дышит рвано и глубоко и я в ужасе представляю, что будет, если дракон не сдержит свои звериные инстинкты.

А он поворачивает голову и целует меня в щиколотку.

Ох, чуть не задыхаюсь от совершенно внезапного возбуждения, потому что… нельзя же так.

Эдриан красивый мужчина, а я женщина.

Снова вырываюсь, а владыка проводит рукой вниз по моей ноге, одновременно давая возможность освободиться. Я хочу вскочить со стола, но он продолжает игру — склоняется, опять захватывая в ловушку. Мужской парфюм забивает ноздри и я отворачиваю голову, чтобы просто не видеть вышивку на его мундире, не смотреть на медали.

А я тут лежу почти голая, демонстрирую прелести.

— Точно не хочешь попробовать перед разводом, Мари? — тихо произносит муж и я поднимаю на него глаза. — Так, как с истинным, не будет ни с одним мужчиной.

Наши лица совсем рядом и я заглядываю в зеленые глаза. Ощущаю его каменное