1000 проклятий в Академии Магии - Нина Колыбельникова

- Только попробуй сказать, что он от Роззи, - рассмеялась я, и мы, не сговариваясь, повернулись и пошли прочь от шумящей толпы в большое и светлое будущее.

Эпилог

Коридоры Академии Магии, обычно наполненные гулом голосов, сегодня казались мне бесконечными. Каждый шаг отдавался тяжестью, и дело было вовсе не в магии, а в том, что «будущее», о котором мы с Эрдоганом мечтали в тот вечер после семейного скандала, решило постучаться в двери чуть раньше срока. Если быть точной - примерно на два года раньше и очень настойчиво.

- Вельвет, дыши, - раздался рядом спокойный, бархатистый голос, который теперь действовал на меня лучше любого успокоительного.

Эрдоган шел рядом, и, несмотря на его обычную невозмутимость, я видела, как побелели его пальцы, сжимающие папку с документами. Ректор великой Академии, перед которым трепетали магистры, сейчас выглядел так, будто сам готовился сдавать экзамен по высшей демонологии без страховки.

Наша жизнь за последние три года превратилась в вихрь. Сначала был переход на факультет некромантии. Эрдоган долго сопротивлялся, аргументируя это тем, что некроманты - народ хмурый, а их подвалы плохо проветриваются, но я была непреклонна. Мой истинный дар требовал костей, погостов и специфического юмора. Ланс, встретив меня на первой лекции, сиял как начищенный медный таз, пока не заметил на моем пальце кольцо с гербом ректора, я его должна была носить для защиты, после истории с магистром Фартэлл, Эрдоган больше никому не доверял. Разочарованный вздох Ланса, кажется, слышала вся аудитория, но парень быстро смирился, решив, что иметь в подругах будущую жену ректора - это стратегически выгодно.

Свадьба, вопреки ожиданиям света, была скромной. Я, насмотревшись на «театральные постановки» родителей, категорически отказалась от пышных торжеств. Эрдоган, который соглашался с каждым моим словом, лишь кротко кивнул. Он вообще не давил на меня. Хотела закончить учебу до брака? Пожалуйста. Хотела сначала карьеру? Он подождет. Но... он так целовался, и в его объятиях было столько нежности и скрытой страсти, что мои планы о «свадьбе после диплома» рассыпались в прах уже через полгода.

Сейчас, на третьем курсе, я стояла перед тяжелыми дубовыми дверями аудитории №13.

- Я должна сдать это сегодня, Эрдоган, - прошептала я, потирая округлившийся живот. - Потому что завтра я, скорее всего, буду занята более важным процессом. Например, знакомством твоего наследника с миром.

- Магистр Гросс ждет, - Эрдоган вздохнул, недовольный моим выбором несмотря ни на что, идти на экзамен и коснулся губами моего виска. - Я буду рядом.

В аудитории пахло сырой землей и старым пергаментом. По центру стоял «экзаменационный образец» - довольно потрепанный скелет по имени Арчибальд, который служил наглядным пособием уже лет сто.

Магистр Гросс, сухощавый старик, чей взгляд мог заморозить кипяток, нервно покосился на вошедшего ректора. Эрдоган молча сел в углу, скрестив руки на груди. Его присутствие не оставляло сомнений: если я расстроюсь, здание Академии может внезапно нуждаться в капитальном ремонте, а магистр Гросс в новой работе.

- Итак, адептка... кхм... леди Вельвет, - Гросс откашлялся. - Ваша задача проста: упокоить данный объект. Арчибальд нестабилен, верните его в состояние праха.

Я сосредоточилась, чувствовала, как внутри меня пульсирует не только моя магия, но и что-то ещё - яркое, хаотичное и очень веселое. Беременность странным образом изменила мои некромантские силы. Вместо холода внутри я чувствовала... искры, но тщательно это скрывала, потому что понимала, что Эрдоган начнет сильно беспокоиться.

Я сделала пасс рукой, шепча заклинание упокоения и надеясь на лучшее.

Раздался щелчок. Арчибальд вздрогнул. Его челюсть отвисла, но вместо того, чтобы рассыпаться, скелет вдруг выпрямился. Его кости начали ритмично постукивать друг о друга.

Раз-два, раз-два-три!

К ужасу магистра Гросса и моему немому восторгу, скелет лихо притопнул костяной ногой, схватил воображаемые поля шляпы и пустился в зажигательную чечетку прямо на столе.

- Что... что это такое?! - взвизгнул Гросс.

- Кажется, - я сдержала смешок, чувствуя очередной толчок изнутри, - мой сын считает, что Арчибальду еще рано на покой. Ему хочется танцев.

Скелет тем временем исполнил элегантное па и попытался пригласить магистра на вальс. Моя магия, смешанная с гормонами и силой сына, превратила суровый ритуал в комедийное шоу.

Гросс посмотрел на танцующие кости, затем на меня, когда я едва сдерживала хохот, и, наконец, на Эрдогана. Ректор бровью не повел, лишь едва заметно улыбнулся, глядя на меня с таким обожанием, что магистру стало не по себе.

- Высший балл! - выпалил Гросс, дрожащей рукой подписывая зачетку. - Только, ради богов, давайте вы вернетесь к учебе после родов…

Когда мы вышли в коридор, мы увидели Шерри. После того как выяснилось, что Роззи планомерно травила нашу дружбу лживыми слухами, Шерри долго извинялась. Сейчас она училась со мной на одном потоке, и наше общение вернулось в прежнее русло, став даже крепче. Сама же Роззи, узнав о моих «некромантских наклонностях», предпочла спешно переехать в другую комнату, заявив, что в спальне теперь превышен запах формалина, а он портит её цвет лица.

- Сдала? - Шерри восторженно округлила глаза.

- Арчибальд теперь звезда танцпола, - смущенно улыбнулась я, - так что удачи тебе на экзамене.

Шерри проскользнула в кабинет, а Эрдоган мягко взял меня под руку и повел к выходу из корпуса

- Знаешь, - тихо сказала я, когда мы оказались в тишине его кабинета, где на столе уже ждал тот самый легендарный ягодный пирог, который я теперь безумно любила, - раньше я смотрела на маму с папой и думала, что брак - это вечное поле боя. Что нужно всегда быть настороже, ждать нож в спину...

Эрдоган притянул мня к себе, бережно обнимая со спины и положив ладони на живот.

- А сейчас?

- А сейчас я понимаю, что это просто... дом. Где тебя не только любят, но и поддерживают в желании заставить скелета танцевать.

Эрдоган рассмеялся, целуя меня в макушку. Он баловал меня сверх всякой меры, доставал редкие магические фолианты и экзотические фрукты посреди зимы, но главное - он верил в меня.

- Идем есть пирог, любимая девочка, - прошептал он. - Нам нужны силы. Подозреваю, что наш сын будет еще более талантливым некромантом, чем его мама.

Я улыбнулась. Моя личная битва за счастье была не просто выиграна, она превратилась в