Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

дон Иверс — дежурный ночной врач. Он с удивлением обшарил взглядом собравшуюся в зале компанию, потом обратил внимание на пустые койки: старых пациентов выписали или перевели в другие отделения, а новые пока не поступили. Тело Лорана Флоренса увезли в больничный морг.

— Что у вас тут происходит? — с недоумением поинтересовался Иверс.

— Ты ведь наверняка слышал о молодом Флоренсе, — ответил за всех Найт. — Ждем его отца. Он сейчас в кабинете тьера Кастена…

— Он уже уехал, — не дал договорить Саймон. — Десять минут назад отбыл в экипаже, я своими глазами видел.

Дарен нахмурился. У Тессы задрожало сердце от нехорошего предчувствия, но вслух она произнесла другое:

— Наверное, утром вернется. Ему нелегко сейчас приходится… Снова выслушивать, как умер Лоран. Не каждому такое под силу…

Марта кивнула. Найт принялся собирать документы в стопку. Санитары поднялись, серебряная монетка перекочевала из зеленой лапищи Орби в волосатую ладонь Гарра: все-таки парни не упустили возможность сделать ставку в игре, но Дарен предпочел это не заметить.

— Так и не успела все записать, — проворчала фельдшерица, будто ее действительно занимали бинты. — Завтра продолжу. Время позднее, пора домой. Вон уже Милена носом клюет!

— Не клюю! — встрепенулась Милена, которая на самом деле сонно свесила голову. — Клюют птички!

Дарен подошел к дочери и взял ее на руки. Малышка охотно обхватила отца за шею и прижалась к нему изо всех сил. У Тесса потеплело на душе. Сегодня тяжелый день, но есть в нем и светлые моменты: Дарен почти победил свой страх перед прикосновениями.

— Пойдем домой, моя птичка, — улыбнулся Дарен. — Пора в гнездышко.

— Я вас провожу немножко, — выпалила Тесса и тут же смутилась: она не хотела навязывать свою компанию, но и расстаться так сразу не могла.

— Уже поздно, Тесса, это мы тебя проводим, — сказал Дарен. — А завтра, если ты не против, позовем тебя в гости. Ты ведь у нас еще не была.

— Приготовим ужин! — встрепенулась Милена и задумалась. — Кашу, папуля?

Дарен, Тесса и даже Найт с Мартой рассмеялись.

— Лучше закажем ужин в «Сытом свине» у дядюшки Эгла, — сказал Дарен.

Всю дорогу до дома Тессы Дарен нес дочь на руках, а она сонно сопела, пристроившись щекой на его плечо.

— До завтра, — прошептал Дарен тихонько, чтобы не разбудить дочь, и наклонился, чтобы поцеловать Тессу.

Их губы встретились в осторожном, нежном поцелуе. Тесса давно мечтала о большем, она была готова, но, видимо, придется еще подождать. Может, завтра… Не стоит торопить события. Все обязательно случится в свое время.

Утром в отделение вернулся привычный порядок вещей. Когда Тесса вошла в зал, Найт громко спорил с пожилой гномихой, убеждая ее, что приправа из сушеных мучных червяков не лучшее средство от насморка. Марта продолжала проверять расходные материалы, а Милена ей помогала, расставляя баночки по размеру и форме.

Тесса увидела Дарена — такого уверенного, спокойного, самого красивого мужчину на свете — и улыбка невольно тронула ее губы. Он самый лучший!

С утра тьер Флоренс так и не появился, а к обеду о печальной судьбе молодого Лорана почти не заговаривали. Разговоры о ней постепенно вытесняли другие насущные дела.

Поэтому, когда в отделение стремительным шагом вошли трое городских стражей, никто сначала не понял, что происходит.

— Мне нужен тьер Мортенс, — отчеканил мужчина в темно-синей форме с нашивками капитана.

— Слушаю вас. — Тьер Мортенс очистил руки заклятием стерильности и подошел ближе.

Тесса напряженно застыла, так же как и Марта, и Найт, и медсестры — все лица повернулись к стражам.

— Вы должны пройти с нами, — сурово сказал капитан.

— В чем дело?

— Вы обвиняетесь в преступной халатности, в применении запрещенных методов некромантской магии, приведшему к гибели человека.

— Что? — крикнула Тесса, не выдержав.

Она кинулась вперед и встала перед Дареном, заслонив его собой, хотя и понимала, как это глупо выглядит со стороны. Не будет ведь она бороться с представителями закона? Ее мало того что скрутят в два счета, так еще и арестуют вместе с Дареном.

— Это неправда! Тьер Мортенс приложил все силы, чтобы спасти паренька! Это… Это гнусная ложь!

— Суд разберется, — бросил стражник.

— Папуля! — Милена, замершая со стеклянной баночкой в руках, только сейчас отмерла и подбежала к отцу. — Папуля, не оставляй меня!

Дарен побледнел и наклонился к дочери, на мгновение стиснул ее в объятиях.

— Я очень скоро вернусь. Тесса… — Он поглядел на нее снизу вверх отчаянными глазами. — Знаю, что прошу о многом… Не могла бы ты присмотреть за Миленой те несколько дней, что меня не будет? Живи в нашем доме.

Тесса принялась энергично кивать уже на словах «присмотреть за Миленой».

— Ключ… Милена тебе покажет, где мы его прячем. Там в шкатулке деньги…

Дарен провел ладонью по лбу, пытаясь собраться с мыслями. Все произошло так быстро, так внезапно, он боялся упустить что-то важное.

— Ни о чем не волнуйся! — воскликнула Тесса. — Я справлюсь.

Она взяла Милену за руку и осторожно притянула к себе, обняла всхлипывающую малышку за поникшие плечики.

Дарен кинул последний пристальный взгляд на Тессу, ласково дотронулся до макушки Милены и кивнул стражникам: я готов.

Тесса смотрела, как его уводят: впереди капитан, в центре Дарен с прямой спиной, сзади двое стражей — и не могла поверить, что это происходит на самом деле.

— Несколько дней… — прошептала она. — Во всем разберутся и его отпустят!

Глава 38

Дарен

Городская тюрьма располагалась на западе Лорна. Мрачное массивное здание из тёмного камня лепилось к древней крепостной стене. Когда зарешечённая повозка, в которой, как опасного преступника, везли Дарена, остановилась и стражи распахнули дверцу, солнце уже заходило за покатую крышу тюрьмы. Последний тёплый луч скользнул по щеке тьера Мортенса и исчез.

— Вы имеете право хранить молчание до начала допроса, на котором будет присутствовать ваш адвокат. Всё, что вы скажете, может быть использовано в суде против вас. — Капитан стражи произнёс дежурную фразу, не сводя с Дарена внимательных глаз. — Если попытаетесь применить магию, будете обезврежены. Держите руки на виду.

Тьер Мортенс кивнул и поборол желание стиснуть пальцы в кулаки. Любой жест некроманта мог быть воспринят стражами