Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

как враждебный. Под конвоем служителей порядка Дарен направился вслед за капитаном к нависающему над головой зданию. Вместо окон в тюремных камерах зияли узкие бойницы, и Дарен невольно подумал, что зимой заключённым приходится несладко.

Проследив за его взглядом, один из позади идущих стражей сообщил:

— Камеры для магов находятся в подземелье — в целях наибольшей безопасности. Вы ведь маг.

Дарен снова промолчал: будь он обычным целителем, его наверняка поместили бы наверху. Считается, что целительская магия не представляет угрозы, хотя на самом деле это не так. Лекарь с высоким потенциалом при желании вполне может навредить оппоненту: усыпить мозг, замедлить сердце, парализовать мышцы. И всё равно всё это не шло ни в какое сравнение с некромантией.

— Сюда, тьер Мортенс, — на миг обернулся капитан, когда они вошли внутрь.

Дарен выглядел спокойным — никто не догадался бы, какой шторм бушует у него внутри. Да, Тесса согласилась присмотреть за Миленой и пожить у него в доме, но что, если ей станут угрожать? Как выяснилось, от фрея Альтаэра можно ожидать каких угодно подлостей.

Представив, что эльф способен заявиться в его дом и навредить его девочкам, Мортенс невольно скрипнул зубами. Может быть, бравые санитары Орби и Гарр догадаются, что Терезу с малышкой лучше провожать до дома после работы? Теперь Дарен знал, что у него настоящая сплочённая команда.

Они прошли по угрюмому коридору с кирпичными стенами и спустились по широкой винтовой лестнице на два подземных этажа. В нос Дарену ударил запах сырости и нечистот — видно, здесь давно никто не заботился о прочистке канализации. Вдоль стены тянулась толстая проржавевшая труба, по ней с вязким бульканьем двигалась грязная вода, собираемая со всей тюрьмы.

Навстречу стражам вышли трое тюремщиков, и капитан передал старшему из них подписанный документ. Начальник тюрьмы, которого Дарен вычислил по начищенной бляхе на груди, нахмурился и махнул рукой, приглашая следовать за ним.

— Вас вызовут на допрос, а пока будете находиться здесь, — сухо сообщил капитан стражи Дарену перед приглашающе открытой дверью камеры.

Первое, что отметил про себя Мортенс, — антимагические кристаллы пустотного шпата, торчащие из потолка. Тёмно-бордовые, словно запёкшаяся кровь, добытые в ином измерении, они нервно запульсировали, едва он переступил порог. В тот же миг Дарен почувствовал, что магия больше не подчиняется ему.

Движение дара, которое, подобно кровотоку, всегда сопровождало организм некроманта, прекратилось. Можно было сколько угодно выкрикивать заклинания или размахивать руками — никакого эффекта эти действия произвести здесь не могли.

Окованная железом дверь камеры захлопнулась, щёлкнул замок. Оставалось лишь гадать, сколько времени придётся провести взаперти. Дарен, горько усмехнувшись, отцепил от кармана часы и положил их на грубо сколоченный стол. Во всяком случае, он всегда будет знать, который час, хотя окон здесь нет.

Обстановка была скудной: на каменном выступе, который служил заключённому кроватью, лежали соломенный тюфяк и сложенное вчетверо шерстяное одеяло. На столе, придвинутом к дальней стене, стоял жестяной кувшин с водой, рядом — погнутая кружка. В углу виднелось отхожее ведро, к счастью, пустое. Что ж, могло быть и хуже, подумал Мортенс.

Походив по камере взад и вперёд, пытаясь унять беспокойство, Дарен устроился на тюфяке сидя и прислонился спиной к стене. В его ушах всё ещё стоял отчаянный крик дочери: «Папуля, не оставляй меня!» Никогда он не покинул бы Милену по собственной воле.

Адвокат, предоставленный королевской медицинской комиссией, появился в тюрьме Лорна только на следующий день. Он не счёл нужным спускаться в подземелье и дожидался Мортенса в допросной комнате вместе со следователем. Прежде чем вывести Дарена из камеры, на его правой руке замкнули антимагический наручник — видно, кристаллы пустотного шпата были слишком вредны, чтобы их можно было использовать повсеместно.

— Вы и есть некромант Мортенс? — сдвинув круглые очки на кончик носа, поинтересовался мужчина средних лет, одетый в серый пиджак и тёмные брюки.

Он был ниже Дарена почти на целую голову и на вид не внушал никакого доверия.

— Начальник отделения скорой целительской помощи, тьер Дарен Мортенс, — холодно представился Дарен. — С кем имею честь разговаривать?

— Я ваш адвокат, тьер Льюис Спеллман. Да, я происхожу из знаменитого магического рода. Мои предки имеют множество заслуг перед короной, они были боевыми магами.

— В отличие от вас, вы ведь и вовсе не маг, — неслышно заметил Дарен, усаживаясь на предложенный стул. — Вас нанял главный целитель больницы святой Агаты, тьер Кастен?

— Многоуважаемый фрей Альтаэр, — с гордостью произнёс адвокат и продемонстрировал Мортенсу картонную папку с делом. — Он же передал мне ваше досье и первые показания свидетелей. Надо сказать, ваш обвинитель настаивает на том, чтобы суд свершился в самое ближайшее время. Я же делаю всё возможное для того, чтобы дело двигалось в штатном режиме.

— Вы готовы тягаться с самим королевским советником, тьер Спеллман?

— Я подготовлю вашу защиту, но в любом случае исход дела решит суд и присяжные заседатели.

Тьер Мортенс уже представлял себе этих заседателей — аристократов, отобранных под строгим руководством советника Флоренса и фрея Альтаэра.

— Могу я потребовать замену адвоката? — поинтересовался Дарен, когда в допросную вошёл следователь.

— Не можете, тьер Мортенс. Обвинения, предъявляемые вам, крайне серьёзны. К ведению дела допущены только лица, одобренные королевским советом.

В груди тьера Мортенса заледенело — он не давал беспокойству вырваться наружу, хотя с каждой минутой становилось всё понятнее, что несколькими днями за решёткой он не отделается. Отец умершего Лорана вместе с фреем Альтаэром будут добиваться для некроманта самого сурового наказания. А адвокат, который бросал на Дарена неприязненные взгляды, вызван сюда лишь для галочки — этот человек сделает всё, что от него потребует королевская медицинская комиссия.

Следователь, высокий, сухой, с поблескивающими сединой висками, и то показался тьеру Мортенсу человеком куда более здравомыслящим. Судя по неброским, но всё же зачарованным аксессуарам — перстню на пальце, булавке в лацкане пиджака, — он имел дело с магией. Не будь на Дарене проклятого браслета, он наверняка понял бы, какой именно разновидностью магии владеет следователь, а так приходилось только гадать. Единственное, что было понятно сразу, — это не его коллега, не некромант.

Допрос начался с общих фраз, предваряющих основную суть.

— Тьер Мортенс, подтверждаете ли вы, что при поступлении в отделение скорой целительской помощи юный тьер Флоренс находился без сознания?

— Да, — коротко ответил Дарен.

— У него определялся пульс и прослушивалось дыхание, верно?

— Да.

—