Меня повело - Царина Вереск

— Алин? — садится, быстро проводит рукой по лицу. — Я… не слышал, как ты зашла.

— Дверь была открыта, — тихо отвечаю я, кивая в сторону двери.

Он кивает.

— Наверное, мама уже ушла, — говорит он задумчиво, — дверь оставила открытой, а я не услышал ее...

Повисает пауза.

Я остаюсь у двери, не решаясь пройти дальше.

Макс смотрит на меня внимательно. Уже без злости. Без вспышек. Просто устало.

— Ты в порядке? — спрашивает он.

— Да. Ты? — отвечаю сразу.

Он усмехается коротко.

— Живой.

Я делаю несколько шагов и останавливаюсь у кровати.

Солнце из окна ложится полосой на пол. В комнате пахнет его шампунем и чем-то ещё — знакомым, родным. От этого запаха становится немного легче.

— Вчера было плохо, — говорю я первой.

— Прости, я немного... сорвался.

Он не оправдывается. Просто признаёт.

— Я не хотел на тебя давить, — добавляет тихо.

Макс опускает взгляд на свои руки.

— Я когда тебя увидел с ним… у меня будто что-то переклинило. — Он смотрит прямо — Это не оправдание. Просто… факт.

Я сажусь на край кровати, оставляя между нами расстояние.

— Я тоже была не права, — признаю. — Я поехала назло.

Он поднимает глаза.

— Зачем?

Я нервно переплетаю пальцы.

— Потому что устала чувствовать себя неопределённой.

Он долго смотрит на меня.

— Ты не неопределённая, — говорит наконец. — Я просто идиот иногда.

Я невольно улыбаюсь.

— Иногда?

— Ладно. Часто.

В комнате становится чуть легче.

— Я не хочу с тобой воевать, — произношу тихо.

— Я тоже.

Он двигается ближе.

Теперь расстояние между нами меньше ладони.

— Когда ты сказала остановить машину… — он делает паузу. — Ты была права. Я был на взводе.

— Я испугалась, — честно говорю.

Он замирает.

— За себя?

— За тебя. Ты был такой агрессивный, я испугалась.

Это повисает между нами.

Макс медленно выдыхает.

— Я не хочу, чтобы ты меня боялась.

— Я не боюсь тебя, — качаю головой. — Я боюсь, когда ты перестаёшь себя контролировать.

Он кивает. Принимает. И это важно.

— Я не умею спокойно, — говорит он чуть тише. — точнее… с тобой всё слишком… живое.

— Это не значит, что должно быть больно.

Он смотрит на меня так, будто пытается запомнить каждое слово.

— Я не хочу тебя отдавать, — произносит он.

Я поднимаю брови.

— Я не вещь.

— Знаю. — Он усмехается. — Просто формулирую криво.

Пауза. Тихая. Не тяжёлая.

— Когда ты рядом с ним… мне неприятно, — говорит он честно. — Но это не повод устраивать цирк.

— А мне неприятно чувствовать, что я в подвешенном состоянии, — отвечаю.

Он кивает.

— Я пришла поговорить о нас. Мне хотелось бы ясности. — Я продолжаю чувствуя, как начинает дрожать голос — я не хочу больше этих качелей. Когда ты смотришь на меня так, будто я для тебя весь мир... а через день делаешь вид, что все это ничего не значит.

Я нервно улыбаюсь.

— Я вчера сидела там и думала: если ему все равно — значит, пора это признать.

Макс хмурится.

— А если не все равно?

— Тогда... - слова сбивают меня с толку. Как и всегда рядом с Максом. Я пожимаю плечами — тогда почему ты ведешь себя так, будто боишся сделать шаг?

Пауза. Длинная. Я смотрю на свои руки.

— Ты мне нравишся, Макс. Очень. И именно поэтому мне больно от этих метаний.

Макс тихо выдыхает. Проводит ладонью по затылку.

— Черт… - говорит он тихо.

Я поднимаю глаза. Макс смотрит на меня прямо.

— Эти слова должен был сказать я.

Я молчу. Он некоторое время сидит, собираясь с мыслями.

— Я сегодня всю ночь прокручивал этот вечер, — говорит он, — Алин… я не отстраняюсь, потому что мне не все равно.

Он делает паузу

— Я отстраняюсь, потому что если впущу тебя полностью — назад уже не смогу.

Я хмурюсь

— Это звучит как будто я опасность.

— Ты и есть, — спокойно отвечает он. — Для моей головы.

В лицо сразу ударяет жар. Ладони потеют. Бедное сердце и так мучительно бившееся до этого, набирает еще больший темп.

— Я привык все держать под контролем. — Макс смотрит на меня внимательно — С тобой рядом не получается

— И без «не более»? — спрашиваю тихо.

Он морщится.

— Забудь эту фразу. Я сам бы себе за неё врезал.

Я невольно улыбаюсь.

Он осторожно касается моей руки. Не резко. Не требовательно. Просто кладёт ладонь поверх моей.

— Я не идеальный, — говорит спокойно. — И я иногда туплю. Но я не играю в тебя.

Я смотрю на наши руки. Тепло. Ровно.

— Я тоже не хочу больше провоцировать, — признаюсь.

— Договорились.

Мы не произносим громких слов. Но что-то меняется.

Он притягивает меня ближе — медленно, давая возможность отстраниться. Я не отстраняюсь. Сажусь к нему ближе, плечо к плечу.

Он обнимает меня — не резко, не с огнём, как раньше. Спокойно. Надёжно. Я чувствую его дыхание у виска.

— Ты останешься? — спрашивает он тихо.

— Немного.

Он улыбается едва заметно.

Я кладу голову ему на грудь. Слышу его сердце. Ровное. Без адреналина. Без крика. И понимаю — вот это и есть то, чего я хотела. Не вспышку. А ощущение, что мы — вместе.

Он проводит ладонью по моим волосам.

— Больше так не будем, — говорит тихо.

— Не будем, — отвечаю.

Макс смотрит на меня так, будто проверяет — можно ли. Я чувствую его ладонь на своей талии. Тепло разливается медленно, без той резкости, что была раньше.

Он наклоняется и целует. Не жадно. Не резко. Медленно. Его губы тёплые, осторожные. Он будто запоминает меня заново.

Я отвечаю неуверенно, пальцы сами сжимаются в его футболке.

Он отстраняется на секунду, смотрит в глаза. Я сглатываю.

— Макс… — шепчу, чувствуя, как щеки начинают гореть. — У меня ещё никого не было.

Он улыбается — не насмешливо. Мягко.

— Я знаю.

И смотрит так, что мне становится стыдно. Я сморозила такую глупость и теперь заливаюсь краской.

Макс снова целует. Чуть глубже. Чуть увереннее. Но всё равно бережно.

Его ладонь скользит по моей спине, не переходя границ. Он не торопится. Не требует. И это успокаивает.

Мы устраиваемся на кровати, он включает ноутбук. Какой-то фильм — я даже не запоминаю название.

Я лежу у него под боком, его рука на моём плече. Он иногда целует меня в макушку, как будто это самое естественное в мире.

Мы вместе идём на кухню. Макс ставит чайник, я достаю кружки. Всё так спокойно, будто мы давно так живём.

Мы возвращаемся в комнату с кружками, снова устраиваемся на кровати. Фильм идёт фоном.

А я думаю только о том, как тихо и правильно сейчас рядом