Генерал черных драконов. Попаданка с довеском для Хозяина Запределья - Любовь Сергеевна Черникова

Нам выделили двухкомнатные покои с симпатичным провинциальным интерьером и отдельной ванной. Здесь было все, что необходимо, и тоже хорошо пахло травами. 

Быстро объяснив, что и как у них устроено, слуга нас покинул, а я бегло осмотрелась и оказалась приятно удивлена. Особенно меня обрадовали удобства, инкрустированные какими-то камнями — такие же, как и в доме Элении. Не ожидала я такого роскошества в подобном месте, но вот ведь!

Устроив Сашку на просторной кровати, повернулась к генералу.

— Данте…

— Эления…

Начали мы одновременно и замолчали.

Дракон вдруг шагнул ближе и, притянув меня к себе за талию, накрыл мои губы своими!

Не помню, когда целовалась в последний раз вот так: по-настоящему, взасос. Потому растерялась в первый миг от такого напора. Генерал был большой и сильный. Его запах, тепло его тела обволакивали меня, сводя с ума и порождая неуместные фантазии. Я как будто переступила незримую границу и оказалась где-то не здесь, а в другом месте. Там, где можно себя не сдерживать и признать, что он мне нравится. И все, что происходит — тоже. Даже голова закружилась, а в ногах образовалась приятная слабость. Осознав это, я вдруг запаниковала и подалась назад, отталкивая мужчину. Тот отпустил меня сразу и посмотрел вопросительно.

От возмущения мое лицо пылало, но я не позволила словам отповеди сорваться с губ. Ведь сама виновата в том, что произошло. Забыла, в каком мире нахожусь. Забыла, что нужно «фильтровать базар», как выразился бы Хомка.

Причина такого внезапного поведения генерала была ясна, как белый день. Вряд ли обращение «любимый» здесь было настолько в ходу, что использовалось на улице, да еще и прилюдно! Немудрено, что генерал отреагировал именно так. Похоже, он обалдел и решил, что я его откровенно соблазняю! А если ему еще и Офелия напела о том, какая я падшая, то он и не сомневался в собственных выводах даже… Кошмар!

Нужно было срочно исправлять ситуацию.

— Данте… Лэрд генерал… Считаю, что должна объясниться. Просто обязана! — начала я едва ли не панически.

— Эления, вы ничего не должны...

— Нет, должна! — перебила его я. — Иначе вы все не так подумаете. Я… То, как я вас назвала на улице. Там были люди, а вы сказали, что нужно сделать вид… Я и сделала, как это себе представляла, но не слишком удачно подобрала слова… У меня ведь нет опыта… — мямлила я, с каждым словом чувствуя себя все глупее и глупее.

Почему же объясняться с ним так сложно, что даже нечем дышать? Я замолчала, зажмурившись и пытаясь собраться с духом, чтобы сформулировать все заново.

— Это вы меня простите, лейра дан Анатур, — заговорил Данте официально. — Я возомнил себе невесть что, но… Обещаю, это больше не повторится.

— Не повторится? — эхом отозвалась я, не сдержав ноток разочарования в голосе.

Похоже, генерал это заметил, потому что добавил: 

— Если, конечно, вы сами не подадите мне однозначный сигнал. Однозначнее, чем тот, который я истолковал неверно, — закончил все-таки он.

Резко втянув в грудь воздух, генерал прижал ладонь ко лбу и, виновато стрельнув глазами из-под руки и упавшей на глаза челки, снова как-то по-мальчишески мне улыбнулся. Эта его улыбка была просто волшебной! Серьезного и собранного мужчину она меняла до неузнаваемости и так, что хотелось улыбаться в ответ. Я снова не совладала с собой и тоже просияла. А затем не выдержала и уточнила:

— То есть, я правильно понимаю, что если подам вам сигнал, вы меня снова поцелуете?

Удивительно, как резко меняется женское настроение! Честное слово, сама в шоке!

— Непременно! — как-то охотно пообещал генерал, убрав руку от лица.

Неужели я ему нравлюсь? Точно, нравлюсь! Что за глупый вопрос? Уж это я способна распознать. Вот только что стоит за его симпатией? Какие у него намерения?

— Вы меня смущаете, — заметила сдавленно.

— Я не нарочно, просто так получается, — ответил он и добавил поспешно: — Но вы не переживайте, Эления. Я больше не буду вас смущать какое-то время. Мне нужно отлучиться по делам. Отдыхайте спокойно, только никуда не выходите ради вашей безопасности и безопасности нашего ребенка. Если что-то понадобится, просите служанок, они принесут. Еду вам подадут прямо в покои. Перекусите и ложитесь, меня не ждите. Путь продолжим с утра, и вам обоим стоит отдохнуть как следует перед новым участком дороги, иначе с непривычки можете заболеть.

Говоря это, Данте потихоньку сдвигался к двери. Не знаю, как у него получалось делать это естественно, прямо как это делают кошки. Раз! И он уже немного в другом месте.

Осознав, что он вот-вот уйдет, я крикнула:

— Стойте!

— Стою, — откликнулся генерал и замер, вопросительно уставившись на меня.

— Нужно придумать пароль, чтобы вы не перепутали, — заявила я твердо.

— Какой пароль? Вроде как у ночного караула?

— Угу.

— Зачем?

— На случай, чтобы вы снова ничего не перепутали, — ехидно повторила я.

— Поверьте, я не перепутаю, — принялся убеждать меня он.

Ну-ну. Мужчины такие самодовольные болваны, порой. Не думаю, что генерал-дракон исключение.

— А вдруг перепутаете?

— Эления, вы намекаете, что я могу неверно расценить ваши сигналы и снова вас поцеловать? — вкрадчиво поинтересовался генерал.

— А вдруг наоборот?

— Наоборот?

— Ну да. Я подам вам знак, что пора целовать, а вы ничего не поймете, и я тогда расстроюсь? — заявила раньше, чем успела подумать.

Конечно же, я просто желала сбить с него спесь. Правда-правда!

Брови генерала взлетели, но тут же опустились, а глаза коварно сузились. И я осознала, что попала в собственную ловушку.

— Ну что ж, Эления. Тогда вот вам пароль, который я ни с чем не перепутаю. Скажите: «Драконий хвост тебе в глотку, Данте!», и я вас тут же поцелую. Немедленно поцелую, что бы ни происходило, и где бы мы ни были! Договорились?

Офигев от такого заявления, я только захлопала ресницами, а Данте, отсалютовав мне на прощание, покинул комнату.

Глава 18

Данте ар Шахгар

Разговор с Эленией выбил меня из колеи. Я ведь решил, что она меня вспомнила. Обрадовался так сильно, что не сдержался и поцеловал ее. А, оказалось, не вспомнила… Давно я так глупо себя не чувствовал. Будто безусый юнец, впервые пригласивший на сеновал девку лет на пять себя