После шторма - Лора Павлов

Что, черт побери, она несет?

— Ты изучала ворон?

— Конечно. Он был твоим первым парнем, и вы были вместе так долго. Он всегда называл тебя Вороной, и я была уверена, что это неспроста. А потом ты еще и татуировку сделала. Так что я прочла практически все, что есть об этой чертовой птице.

Я покачала головой в недоумении:

— Ты делаешь вид, будто не помнишь, как его зовут, а сама годами изучала значение прозвища, которым он меня звал?

— У каждого свой способ делать вещи, Пресли.

— Это точно. Ну что, раз уж ты теперь эксперт, расскажи мне, что еще ты узнала о воронах? — Я скрестила руки на груди.

— Ну, ненавижу быть вестником, но вороны, как правило, выбирают себе пару на всю жизнь, — сказала мама. — Полагаю, именно поэтому ты изобразила второго ворона на заднем плане. Они предпочитают одного партнера и остаются с ним до конца. Так что смею предположить, что этот второй ворон — это точно не Уэс.

Я тяжело вздохнула. Ну конечно. Не могла не уколоть по поводу развода.

— К счастью, я не настоящая ворона. Я человек. С живыми чувствами. И я была несчастна в браке, поэтому решила что-то изменить.

Она сузила глаза, а потом — к моему полному шоку — протянула руку и взяла мою ладонь в свою.

— Думаю, ты ворона в душе. Просто выбрала не того партнера. А может, это значит, что где-то твоя настоящая половинка все еще ждет тебя. Ты ведь еще молода, Пресли. У тебя есть время быть счастливой.

У меня отвисла челюсть, и я уставилась на нее, не в силах вымолвить ни слова.

Кто эта женщина и что она сделала с моей матерью?

В этот момент в комнату вернулась Лола и окинула нас удивленным взглядом.

— Что я пропустила?

— Ничего. И закрой рот, Пресли. Не подобает так глазеть на людей, — фыркнула мама.

А вот и она. Узнаю.

Но это уже не имело значения. Потому что в тот момент, когда мне так нужна была поддержка, она все-таки ее проявила.

Я подалась вперед и обняла ее.

Она застыла, как статуя, но потом ее тело расслабилось, и она похлопала меня по плечу.

Объятие получилось неловким, далеко не идеальным.

Но, может быть… это был первый шаг.

22

Кейдж

— Я сто лет не видела твоих кузенов, — сказала Пресли, когда мы ехали в сторону города.

Я специально освободил себе вторую половину дня, чтобы съездить к Диллан и Вульфу, у которых, судя по всему, возник спор из-за собаки — ни больше ни меньше. Диллан звучала довольно панично по телефону, и, разумеется, я пообещал быть как можно скорее. Грейси была в школе, а я предложил Пресли поехать со мной — время, что у нас оставалось, стремительно сокращалось, и я подумал, что ей, может, захочется развеяться.

— Она будет рада тебя видеть. У нее теперь сын, так что познакомишься с малышом. А еще ты помнишь дядю Джека. Он сейчас живет у них, так что и он там будет.

— Не терпится познакомиться с мужчиной, который сумел усмирить Дилли, — с усмешкой сказала Пресли. — Она всегда была огонь.

Следующие сорок минут я рассказывал ей, кто из родственников где, кто с кем, у кого дети. Пресли провела с ними немало времени, когда те приезжали летом.

Мы припарковались в подземном паркинге элитной высотки — Вульф скинул мне номер их места. Пока мы поднимались в пентхаус, я вдруг осознал, что это, скорее всего, очень похоже на то, где жила Пресли в Нью-Йорке.

— У тебя там тоже так?

— Да, почти один в один. Последний этаж. Подземная парковка. Вид на город. — Она посмотрела на меня. — Тебе и Грейси стоит как-нибудь прилететь ко мне в гости.

Мы не обсуждали, увидимся ли после ее отъезда. Но я-то знал: обманывать себя не стоило. Я не смогу встречаться с ней раз в год, когда она будет прилетать погостить. У меня работа, у Грейси — школа. Летать через всю страну на выходные? Бред.

— Мы уже пробовали это, помнишь? Все закончилось полным бардаком, — ответил я, давая ей шанс сказать, почему в этот раз всё будет иначе.

— Да. Но мы ведь можем поддерживать связь, правда?

Поддерживать связь, мать его. Как это должно работать? Я не могу быть ей просто другом на расстоянии. Посмотрите, во что вылилась наша «дружба» здесь.

Мы либо все, либо ничего — так было всегда.

Я не хочу слушать, как она будет рассказывать мне о своих новых свиданиях.

Я — эгоист.

Я хочу ее всю. Только для себя.

— Разберемся, когда придет время, — сказал я, и по тому, как она чуть напряглась, было ясно, что ей не понравился такой ответ. Но я больше не собирался раздавать обещания, которые мы не сможем сдержать. Ее жизнь — на другом конце страны, в пентхаусе.

А моя — в маленьком городке, на ранчо, где я воспитываю дочь и живу среди полудиких животных. И, черт возьми, я люблю эту жизнь. Я не мог — и не хотел — это менять.

Даже ради нее.

Впрочем, я знал Пресли достаточно хорошо, чтобы понимать — она бы и не позволила мне это сделать.

Двери лифта открылись прямо в пентхаус — у них был личный подъём.

— Эй, Дилли? Вульф? Дядя Джек? — позвал я, и тут же услышал топот и увидел, как кузина вылетает из-за угла и бросается ко мне.

— Слава Богу, что ты приехал. Спасибо. — Она поцеловала меня в щеку, а потом посмотрела на Пресли. — Нет, ну только не это! Пресли Дункан? Вот это сюрприз!

Диллан обняла Пресли, и тут в комнату вошли дядя Джек и Вульф — начался круг взаимных объятий.

Мы прошли в просторную гостиную, и Диллан предложила нам холодного чая. Я хмыкнул — было непривычно видеть её вот так, в роли жены и матери, и явно довольной этим. Поболтали о жизни. Диллан и Вульф засыпали Пресли вопросами о Нью-Йорке, а потом кузина повернулась ко мне.

— Спасибо, что все бросил и приехал. У нас тут маленькое ЧП, и я надеюсь, ты вразумишь моего чрезмерно заботливого, властного, командующего мужа. — Она метнула взгляд в сторону Вульфа, а потом снова уставилась на меня.

Я расхохотался, как и все остальные — кроме