Бьющееся сердце - Лора Павлов

— Нет. Я просто пытаюсь вернуть женщину, которую люблю. Я борюсь за тебя.

— Это у тебя система такая. Когда ты не захотел жить вместе до свадьбы, я подумала, что это бред. Мы встречались годами. Были помолвлены. Платили за две квартиры в городе. Но ты настаивал — мол, правильно будет подождать. Удобно, да? Учитывая, что ты полгода трахал мою лучшую подругу, — пожала я плечами. Теперь все падало на свои места.

— Я хотел уважать тебя, не жить вместе до свадьбы, — пробормотал он.

Я рассмеялась — горько, резко. Он вздрогнул.

— Уважать меня? Ты себя вообще слышишь? После всего, что ты сделал, у тебя ноль уважения ко мне. Коллин, нас больше нет. Все. Конец. И, честно, часть меня хочет тебя простить, потому что сейчас я счастлива. Наверное, по-настоящему счастлива впервые за долгие годы. И мне хочется, чтобы мы оба отпустили всю эту злость. Но предательство… И то, что ты разрушил мою дружбу с лучшей подругой… Я не знаю, как простить тебя за это. Ты мог выбрать кого угодно.

Он замер, глаза распахнулись:

— То есть дело не в том, что я изменил… А в том, с кем?

— В этот момент — да. Потому что между нами все равно бы все закончилось. Неважно, с кем ты это сделал — я бы ушла в любом случае. Между нами не осталось ничего, за что стоило бы бороться. Я ни разу даже не подумала, что хочу все вернуть, с того самого момента, как узнала, что ты сделал.

Слова были жесткими, но правдивыми. Ком подступил к горлу.

— Мне просто жаль, что все закончилось вот так.

— То есть ты не хочешь попробовать терапию для пар? — спросил он.

— Нет. Здесь нечего чинить. Мы лучше друг без друга. Я это знаю. Ты — тоже. — Я встретилась с ним взглядом. — Ради чего ты вообще борешься, Коллин? Нам не было хорошо вместе. Или ты бы не изменил. Это просто очередная попытка победить. А выигрыша нет.

— Ты не права, Эм. Ты лучшее, что было в моей жизни, — он сложил ладони вместе.

— Если это так, мне тебя жаль. Потому что назад пути нет. А для меня ты — далеко не лучшее, что случалось. Даже близко. И ты должен поверить, когда я говорю: все кончено. Мне больше нечего тебе сказать.

— Ты совсем по мне не скучаешь? По нам? — он все еще не сдавался, и это раздражало.

— Нет, — ответила я. Его взгляд впился в мой, и наконец он кивнул.

Я увидела это в его голубых глазах. Он понял. По-настоящему понял, что все.

— Ты никогда не смотрела на меня так, как на него, Эм, — прошептал он.

— Что?

— Твой сосед. Я понял это сразу, как только он сорвался с места и понесся к тебе. Я все равно надеялся, что смогу за тебя побороться. Заставить тебя понять мою точку зрения. Но я проиграл еще до того, как сюда приехал.

— Коллин, ты проиграл в ту секунду, когда я узнала о тебе и Фаре. Наш разрыв никак не связан с Нэшем, — я прочистила горло. — Но я бы соврала, если бы не признала, что он показал мне, каким может быть настоящее. Каким должно быть. Мы с тобой давно этого не знали.

— Чего именно?

— Верности. Страсти. Дружбы. Любви. Всего этого. Мы с тобой хорошо смотрелись только на бумаге.

— Не говори так. Я наконец-то смирился, что все кончено. Но не говори, что между нами никогда ничего не было, — он смахнул слезу с щеки. — Прости меня, Эм. Прости за все, что я сделал. Надеюсь, однажды ты сможешь меня простить.

— Надеюсь, когда-нибудь мы действительно простим и забудем. Но пока я не готова. А ты должен перестать названивать и давить. Хорошо?

Он кивнул:

— Хорошо.

— Коллин, — сказала я, собираясь с силами произнести то, что давно крутила в голове.

— Да?

— У тебя ведь были какие-то чувства к Фаре, раз это длилось столько времени, — я сцепила руки. Мне не хотелось о ней думать, но я все еще… заботилась.

— Это была ошибка. Этого не должно было случиться.

— Но случилось, — напомнила я. — И я знаю, у нее сейчас непростой период. Я не могу быть рядом, но ты можешь. Вы оба в это влезли. Твоя семья тебя поддерживает, а у нее никого нет и ты это знаешь. Так что если там действительно были какие-то чувства, тебе стоит с этим разобраться. Мы с тобой уже не исправим, но, может, между вами с ней есть что-то настоящее, просто ты боишься это признать.

— Вот значит как. Ты действительно все… окончательно, — его взгляд был изучающим. — Ты влюблена в него, да?

Я не ответила.

Мне не нужно было отвечать.

Тем более, я не собиралась говорить об этом Коллину — это должен услышать Нэш.

— Просто помни, ты продолжал с ней встречаться месяцами. Она сейчас одна, Коллин. И если ты избегаешь ее только потому, что думаешь, будто мне будет не все равно — ты ошибаешься.

— Я тебя понял, Эмерсон. Только, может, ты попросишь своих братьев и кузенов угомониться? Я обещаю оставить тебя в покое, но хочется иметь возможность приехать в Роузвуд-Ривер, не опасаясь за свою жизнь.

Я закатила глаза, хотя он был прав. Моя семья могла быть устрашающей и не колебалась бы в способах показать это.

— Если это поможет нам двигаться дальше — да. Никаких звонков. Никаких сообщений с чужих телефонов. Я попрошу свою семью вести себя спокойно, когда они тебя увидят.

Он кивнул и поднялся:

— Спасибо. Я хотел предложить тебе билеты на наше свадебное путешествие. Не могу их отменить, оно уже оплачено. Можешь поехать и немного развеяться. Это самое малое, что я могу сделать.

— Спасибо, но оставь их себе. Мой побег — это приезд сюда, в Магнолия-Фоллс. И он оказался именно тем, что мне было нужно.

— Я это вижу, — он хрустнул пальцами — привычка, которую я знала наизусть. Пошел к двери. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, Эм. Ты этого заслуживаешь.

— Я действительно счастлива, Коллин. Мне жаль, что все закончилось так, как закончилось. Но думаю, нам обоим это пошло на пользу, — я распахнула дверь и на мгновение задержалась. — Хочу, чтобы ты знал: я не желаю тебе зла. Возможно, я не смогу быть тебе другом сейчас или вообще когда-либо. Но я действительно желаю тебе всего наилучшего.

Его глаза увлажнились, он выдавил из себя улыбку:

— Я тоже хочу тебе только счастья. И мне нужно,