Сойтись с герцогом - Белла Джеймс

последний взгляд на свое отражение в огромном старинном зеркале у подножия лестницы, с пятнами от времени. Анна наверху, делает финальную правку образа — подозреваю, она рассчитывает на эффектное появление. Я бы предпочла прийти до того, как соберутся все, чтобы тихо притаиться в уголке и наблюдать. Писательский подход к вечеринкам. Если этого было достаточно для Джейн Остин, мне тоже сойдет.

Платье сидит хорошо. Открытые плечи, глубокий вырез, выгодно подчеркивающий достоинства, талия перехвачена и дальше юбка мягко расходится по бедрам. Волосы я заколола небрежно — скорее всего, вид будет держаться ровно полчаса, прежде чем все начнет распадаться, но, подозреваю, к тому времени все будут слишком пьяны от шампанского и фруктового пунша Грегора, чтобы это заметить.

— Эди!

Из-за края тяжелой старой деревянной двери выглядывает лицо, и сердце облегченно подпрыгивает. Кейт. В платье.

— Ты потрясающе выглядишь. — Она целует меня в щеку и тут же смеется, смахивая что-то с моего лица. — Прости, я, наверное, губной помадой тебя задела. — Она дергает ворот своего платья цвета хвойного леса и корчит гримасу. — Я в парадном виде. Всегда чувствую себя полнейшей самозванкой, когда так наряжаюсь.

— Ты очень красивая, — говорю я искренне.

Ее волосы убраны наверх, открывая светлую кожу плеч и шеи, длинное стройное тело словно влито в бархат. Я замечаю, как она на секунду переводит взгляд мне за плечо, оборачиваюсь — там никого.

— Джейми, — объясняет она. — Наверняка опять где-то пакостит.

— Пойдем? — Кейт предлагает мне руку. — Я ненавижу входить на такие мероприятия одна.

Большой зал уже полон. Глянцевоволосые женщины в платьях в пол и туфлях, похожих на арт-объекты. Стайка стройных блондинок лет двадцати — из тех, что, вероятно, учились в пансионах и уж точно имеют трастовый фонд, — хихикают в углу. А вон там, у камина, опершись локтем о каминную полку и с знакомой ухмылкой на лице, стоит Брайан, почтальон. На нем слегка тесный черный костюм и галстук-бабочка из тартана. Джинни из кофейни держит бокал шампанского обеими руками, подмигивает и широко улыбается в знак приветствия. Я замечаю Тома, садовника, — он разговаривает с кем-то знакомым из телевизора, одним из тех знаменитых садоводов, высоким, с растрепанной копной темных кудрей.

Сверху, с галереи для музыкантов над бальным залом, разогревается кейлид-оркестр, и все пространство превращается в хаотичную смесь тартана, твида и тафты. Грегор кивает мне, быстрым шагом огибая край танцпола с огромным серебряным подносом в руках. Куда ни глянь — шампанское, гирлянды из огоньков в каждом углу зала и ребенок в носках, скользящий по середине танцпола.

Я позволяю себе впитать все это, поворачиваясь к окнам, где огни светятся на фоне бледного, розовыми полосами неба. Теперь я понимаю, почему все так любят бал в Лох-Морвене — кажется, на замок снизошла какая-то странная магия.

Я снова поворачиваюсь к залу, и с сердцем происходит что-то странное. Рори теперь стоит у камина в хайлендском костюме, и, боже мой. Это не традиционный наряд, как у некоторых других мужчин, а современная версия — темный килт с ботинками, черная рубашка и жилет, которые подчеркивают все идеально: мускулистые икры, широкие плечи, грудь — безупречно.

Он слушает Брайана, в руке у него стакан с виски, но на мгновение он смотрит на меня. Взгляд ровный, оценивающий. Я не могу понять, что мне делать — махнуть рукой, подойти или сделать реверанс. Все-таки бал, он герцог, и сегодня вечером он почему-то кажется фигурой особого масштаба. Поэтому я делаю единственно разумное — направляюсь в угол зала, где Кейт разговаривает с Джейни.

Джейни тихо присвистывает.

— Ну ты посмотри на себя, — говорит она, сияя. — Разве она не красавица?

— Ага, — Грегор появляется из-за бархатной портьеры. — Надо признать, ты умеешь привести себя в порядок, Эди.

— Спасибо. — Я качаю головой. — Ты тоже. И, Джейни, ты выглядишь потрясающе.

Грегор в черном смокинге с фартуком поверх и постригся еще короче, чем обычно. Джейни в стально-сером платье, усыпанном мелкими пайетками, волосы собраны в свободный шиньон. Я так привыкла видеть ее в любимой бретонской тельняшке и джинсах, что ее гламурный вид становится неожиданностью.

— А где твоя гостья?

Я не упускаю тот мимолетный миг, когда взгляды Джейни и Грегора встречаются, пока она это спрашивает.

— Думаю, она рассчитывает эффектно появиться.

— У нас тут есть Ее Королевское Высочество, — говорит Грегор, делая быстрый глоток из бокала Джейни. — Переплюнуть это будет непросто. — Он кивает в сторону дверей, где блондинки переминаются с ноги на ногу, как рощица серебристых берез. — А еще там паренек Манро, который унаследует все поместье Гленбраннах. Вот ради него эти девчонки и ждут.

— Говорят, Финн приедет, — говорит Кейт, снова появляясь рядом.

— В тот день, когда Финн явится на бал, я буду ждать стаю летающих свиней над головой, — усмехается Грегор. — Так, грешным покоя нет. Эти канапе сами себя не сделают.

Джейни качает головой, глядя ему вслед.

— Он, знаешь ли, полностью все контролирует. Кухня работает как военная операция, но он такой маньяк контроля, что не снимет этот чертов фартук и не позволит себе насладиться выходным.

Кейт на секунду приподнимает бровь, глядя на меня.

— Может, тебе стоит выманить его обещанием танца?

Джейни фыркает.

— Сомневаюсь.

— Еще успеется, — говорит Кейт, подхватывая меня под руку. — Коктейли. Пойдем.

Мы уже выпили по два «Хайленд Миста», а Анны все нет. Оркестр играет что-то знакомое — из обязательных уроков шотландских танцев в школе. Джейми по другую сторону танцпола, в клетчатом костюме, который вроде бы не должен работать, но почему-то сидит на нем идеально. Он кружит миссис Маккей, восьмидесятилетнюю бодрую старушку из домика старого садовника в конце аллеи, и она заливается смехом. Зал заполняется, гул разговоров растет в геометрической прогрессии по мере того, как пустеют бутылки шампанского.

Рори, похоже, прижат к стене коренастым стариком с усами и в жилете из тартана. Тот тычет в него пальцем с легкой агрессией, а в другой руке держит бокал под лихим углом.

— Пойдем, — говорит Кейт, дергая меня за локоть, когда музыка на мгновение стихает. — Спасем Рори, пока этот старый хрыч не замучил его до смерти.

Живот у меня неприятно сводит. Мысль оказаться рядом с Рори в полном, чертовски горячем хайлендском наряде слегка пугает. Я тяну за вырез платья, который, кажется, живет своей жизнью и уверенно ползет вниз. В сочетании с бюстгальтером-балконетом, который я ношу, я ощущаю явную округлость груди и слегка опасаюсь, что, если кто-нибудь пригласит