Подменная невеста графа Мелихова - Лина Деева

— Не надо, поздно уже… Наверное. — Я поняла, что смутно ориентируюсь, какой сейчас час. А затем собралась с духом и выдала: — Знаете, Георгий, возможно, Аристарх прав. Конечно, подобное не принято, но ради вашей безопасности… Хотя на кушетке, наверное, будет неудобно…

Я окончательно растеряла слова и разозлилась на себя: ну что за тургеневская барышня!

— Не волнуйтесь. — На лицо Мелихова падала тень, но в голосе слышалось тепло. — Если мавка занята дождём и подтоплением дома, ей не до меня. К тому же Аристарх обещал следить, чтобы она больше никого не увела. У него, конечно, тоже забот сейчас хватает, но, думаю, в этом на него можно положиться.

Всё так. А ещё у Мелихова теперь есть ладанка-обрег, потому совершенно незачем себя накручивать.

— Сейчас около восьми, — между тем продолжил Мелихов. — И пожалуй, я всё же велю Даринке заглянуть к вам перед сном. Мало ли, вдруг понадобится что.

— Хорошо. — В душе, как змеи на кадуцее, сплетались нелепое разочарование от полученного отказа и радость от искренней заботы. — Доброй ночи, Георгий. По-настоящему доброй.

Мелихов хмыкнул. Ответил:

— И вам, Екатерина. — Направился к двери и вдруг остановился у самого порога. Обернулся ко мне: — Скажите, у вас есть платье?

— Что? — не сразу поняла я, и Мелихов любезно расшифровал:

— Свадебное платье. В чём вы будете выходить замуж?

О. О, блин!

— Нет. — Я подавила неуместный и, что скрывать, истеричный смешок. — Но ничего страшного. Найду, в чём венчаться.

На крайний случай, и домашнее платье сойдёт. Не выгонят же меня из церкви за несоблюдение дресс-кода?

В ответном кивке Мелихова чувствовалось сомнение. Однако он ограничился повторённым пожеланием спокойной ночи и оставил меня одну.

А я перевернулась на живот и с тихим стоном уткнулась лицом в подушку.

Ну как так? Как можно было забыть, что невесте нужно платье? Может, это оттого, что я не воспринимала предстоящее венчание как что-то серьёзное? И для меня важнее прочесть заранее брачный договор, чем до мелочей продумать свадебный наряд?

— Завтра, — невнятно сказала я в подушку. — Приходите завтра, а сегодня я болею и не хочу ни о чём думать.

Повернулась на бок, подгребла под щёку прохладную сторону подушки и закрыла глаза, отгораживаясь от всех «надо».

Однако нашлась мысль, что сумела проскользнуть через заграждение: интересно всё-таки, зачем мавке понадобился Мелихов? Перепутала с Анатолем (кто его знает, как мавки живых различают)? Мстит родственнику старой барыни? Или что-то ещё?

«Скоро узнаю. Вот только сначала разберусь с замужеством».

Глава 65

Как и обещал Мелихов, позже ко мне зашла Даринка. Проверила печку, принесла чаю, подала свежих носовых платков и только собралась уходить, как я остановила её неожиданным вопросом:

— Скажи, а где можно свадебное платье раздобыть? Мне к послезавтрашнему дню нужно.

Прислужница уставилась на меня, словно получила распоряжение «принести то, не знаю что», и стало очевидно: нигде не раздобыть. Раньше надо было думать.

— Н-не ведаю, барыня, — промямлила Даринка. — В деревне вам точно не сошьют, это, пожалуй, в Задонск ехать… Если тольк старой барыни сундуки посмотреть…

Что? Перед моим внутренним взором встал пресловутый портрет: это мне в таком платье замуж выходить предлагается?

Не говоря уже о том, что надевать вещи покойницы как-то… Кхм. Ещё бы Дунино платье предложила — из тех, что дарила ей покровительница.

— Ты, Катерина, сразу не отмахивайся, — вдруг произнёс у меня над ухом невидимый Аристарх, и я даже воздухом поперхнулась от неожиданности.

Вот же привычка пугать своими ценными замечаниями!

А домовой между тем продолжил:

— Посмотри завтра сундуки — глядишь и найдётся что.

Угу. Свадебное платье от нечистой силы — чтобы во время службы превратилось в рваньё. Гениальная идея.

Однако высказать едкое замечание вслух я не могла. А поскольку выбора особенно не имела, ответила Даринке:

— Хорошо, завтра взглянем на сундуки.

Как любил говорить мой отец: не можешь ехать, куда хочешь, езжай, куда можешь. А там разберёмся.

Для разнообразия ночь прошла спокойно. И поскольку прислужникам вновь был отдан приказ не тревожить барыню, моё «доброутро» началось ближе к обеду. Впрочем, мне это пошло на пользу: проснулась я, чувствуя себя почти здоровым человеком. К вечеру, разумеется, ситуация могла в корне измениться, но пока я бодро умылась, оделась и отправилась «решать вопросики».

— Свадьба! — Агафья как стояла, так и села — хорошо ещё, что на табурет, а не мимо. — Да как же… А гости? А кладовые? А готовить-то когда?..

— Гостей не будет, — успокоила я. — Приготовишь нам с барином ужин попраздничнее да остальным прислужникам что-нибудь этакое. Разрешаю не стесняться.

Кухарка собрала лоб морщинами и, уже явно составляя в уме будущее меню, с толикой рассеянности отозвалась:

— Поняла, барыня. Всё сделаю.

Я ободряюще кивнула ей, поставила галочку в мысленном списке и пошла на задний двор, рассчитывая застать там Тихона.

— Не извольте беспокоиться, — ответил прислужник сразу же, как я изложила дело. — Барин ещё вчера распорядился. Карету подготовим чин чином, дождь только этот… Ну, даст Бог, до завтрего закончится.

Дождь и впрямь продолжал идти: монотонный и осенний. Не знай я его причины, присоединила бы надежды к Тихоновым, а так лишь сказала:

— Всё-таки рассчитывай на самый дурной случай: если не прекратится.

— Понял, барышня.

На том мы разошлись, и у меня осталось только одно срочное дело: платье.

А, ну ещё завтрак (или обед, с какой стороны посмотреть), но его вряд ли можно было считать чем-то особенным. Насколько я знала, Мелихов вновь куда-то уехал, а значит, мне «грозил» исключительно быстрый перекус в своей комнате: не заставлять же прислугу накрывать стол ради меня одной?

Потому я собиралась быстренько осмотреть вещи прошлой владелицы, выяснить, что за наряд прочил мне Аристарх, а после уже подкрепить силы и заодно обдумать результаты осмотра.

Однако с этого момента всё начало идти не по плану.

Прежде всего, вернулся Мелихов. Изрядно (но хотя бы не насквозь) промокший, он разыскал меня возле кладовой, откуда прислужники под руководством Даринки вытаскивали два больших сундука. Их