Арлекин - Анна Есина

— Хорошая девочка. Мама будет довольна.

Но в его прикосновении было что-то такое, от чего малютка долго не могла согреться, даже укрывшись одеялом в своей комнате.

— Саш, скажи мне, что он не прикасался к этой девочке, — Алина едва не рычала от злости, когда они удалялись от жилища монстра.

— Если ты имеешь в виду половой акт, то нет, его не было, — он говорил сухо, но голос дребезжал от плохо сдерживаемой ярости. — Но какие-то поползновения с его стороны точно были. Поглаживания, просьбы... что-то в этом духе.

— И мы вот так просто уйдём? Оставим его наедине с маленькой беззащитной девочкой?

— А ты предлагаешь вломиться в квартиру средь бела дня, скрутить отморозка и прикончить на глазах у сестры?

— Нет, но... Можно же выманить его!

— Алин, — он развернул её лицом к себе и заставил смотреть в глаза, — мы разберёмся с ним, обещаю. Но на свежую голову. И вернёмся только с тщательно продуманным планом.

— Как ты не понимаешь, Саш, он ведь может...

— Не может, — жёстко перебил Демон. — Это самое трусливое пресмыкающееся. За свою шкуру он боится гораздо сильнее, чем ты можешь вообразить. Сестру насиловать он не станет.

— Ты в этом так уверен?

— Видела его рожу? — он намекнул на свежий шрам на левой щеке. — Это либо мать постаралась, либо отец, если он есть, конечно. Подозреваю, что картина в целом такая: он ущербный неудачник, вынужденный жить с матерью. Достаток в семье ниже среднего, — они вышли на оживленную улицу и двинулись к автобусной остановке, разговаривая на ходу.

Алина отчётливо представила то, о чём повествовал Саша.

В серых стенах старого барака жила семья, скованная страхом и ненавистью. Возможно, врождённый недуг или тяжёлые обстоятельства детства искалечили нрав парнишки. Он находил извращённое удовольствие в том, чтобы мучить тех, кто слабее.

Восьмилетняя сестра смотрела на него с недетской ненавистью, её душа была полна отвращения к брату, но она не могла противостоять его угрозам.

Дни Андрея — назовём его так — проходили в бесцельном блуждании по улицам, где он находил «утешение» в компании таких же потерянных душ. Криминальные наклонности расцвели в нём буйным цветом: мелкие кражи, драки, запугивания — всё это стало его второй натурой. Он не видел другого пути, кроме как доказывать свою значимость через насилие.

Внутренний конфликт разрывал его на части. С одной стороны — желание быть признанным, с другой — неспособность найти законный путь к этому. Мать, поглощённая заботами о выживании, не замечала, как её отпрыск катится в пропасть. А может, замечала, но была слишком слаба, чтобы что-то изменить.

В его глазах читалась безысходность. Он понимал, что идёт по неверному пути, но остановиться уже не мог. Каждый день приносил новые доказательства его неудачливости: работа не задерживала, друзья предавали, сверстницы брезгливо воротили носы, а мечты о лучшей жизни растворялись в алкогольном тумане.

Маленькая сестра... Она ненавидела его всем сердцем, боялась до дрожи, но продолжала молчать. Её душа была слишком хрупкой, чтобы противостоять тьме, окутавшей его сердце, но достаточно сильной, чтобы сохранить в себе эту жгучую ненависть как защиту от его жестокости.

— Мы вернёмся сюда завтра? — с надеждой спросила Лиса. Её снедало беспокойство за девочку.

— Мы вернёмся уже этой ночью, — клятвенно заверил Демон и ободряюще сдавил её ладонь. — Понаблюдаем.

Алина выдохнула с облегчением. Тогда она ещё не знала, что вернуться получится лишь через неделю.

Глава 19

Алине никак не удавалось сосредоточиться хоть на чём-либо. Тревога поселилась на сердце и отравляла всякую мысль. Как там поживает девчушка? Не посмел ли обидеть бедняжку старший брат? То и дело из глубин памяти поднимались слова Саши: «Но какие-то поползновения с его стороны точно были. Поглаживания, просьбы...» С души воротило от подобных откровений. Неужели она все эти годы жила в столь грязном мире и даже не замечала его черноты?

Ужин в её исполнении получился отвратительным. Салат из овощей она пересолила, мясо передержала на сковороде, а картофельное пюре напоминало по вкусу кусок моченой ваты.

Саша храбро осилил четверть своей порции, взглянул на её тарелку, которая так и осталась нетронутой, и нарочито бодро предложил:

— Может, закажем пиццу?

Алина молча кивнула и ушла в спальню, чтобы в тишине поддаться унынию и переварить всё случившееся за день.

— Одну куриную и одну мясную, сойдёт? — Демон просунул голову в комнату, держа телефон у уха.

— Я не голодна, спасибо, — тихо отозвалась она, продолжив пялиться в пустоту.

— Да, это всё, — согласился Саша с собеседником и убрал мобильный.

Прошёл в спальню, сел на пол рядом с кроватью, нарочно прижался боком к Алине и пихнул её плечом.

— Тебе надо научиться отпускать негатив, — дал он дельный совет. — Если будешь так убиваться по каждому делу — свихнешься.

— Я не знаю, как перестать думать, — она откинула голову назад и упёрлась затылком в матрас. Закрыла глаза и вновь увидела перед собой сгорбленную фигурку маленькой девочки.

— Отвлекись, найди другое занятие. Можем съездить в спортзал, я из тебя живо всю хандру выбью.

— Тебе лишь бы меня шпынять, — грустно усмехнулась Лиса.

— Почему сразу шпынять? Я ведь даю тебе шанс дать отпор.

Она повернула голову в его сторону, рассматривая хищный профиль.

— Ты никому не даёшь шанса, я уже свыклась с этой аксиомой.

— Есть и другой способ отвлечься, — как бы невзначай добавил он. — Если уж в зал ехать не хочется.

Алина смотрела на него неотрывно, забывая дышать и моргать. Спросить, что же он имеет в виду — язык не поворачивался. Боялась, что не совладает с разочарованием, если услышит об очередной тренировке по метанию ножей или предложению закрепить навыки ориентирования на открытой местности.

— Сыграем на раздевание? — предложил Саша.

— Тебе пятнадцать что ли? — она засмеялась помимо воли. — Что за детские игры в карты?

— Я разве упоминал карты? — его рука легла на её колено и кончиками пальцев очертила несколько волнующих линий до середины бедра. Даже сквозь ткань спортивных штанов Алина ощутила, как под кожей промчались бешеные стада мурашек. — Ты раздеваешь меня, я — тебя, — добавил он, поворачиваясь к ней лицом.

— И в чем смысл игры? — она тянула время, спрашивая саму себя, хочет ли добавить их странным отношениям ещё больший оттенок запутанности.

— Хочешь, можем посоревноваться на время, кто быстрее справится, — Демон улыбнулся и с недвусмысленным намёком уставился на её губы.

Рука его высекла на ноге новый затейливый узор и замерла в опасной близости от резинки спортивных