Будешь моей, детка! - Елена Мартин

— Ну как?

— Пикантный вкус, — протянула шпажку ко рту Антонова, — За маму, Геныч.

Антонов хохотнул и проглотил весь ряд целиком.

Я сделала еще один глоток своего чудного «светофора» и поёжилась. Внутренняя дрожь пробежалась абсолютно по всему телу. Я повернула голову по зову внутреннего голоса, продиктованного интуицией, и у стойки бара натыкаюсь взглядом на фигуру мужчины. До боли знакомой… Очертания тела, за которым до нытья соскучилось всё моё нутро. Поднимая глаза, встречаюсь с тёмно-синей грозовой тучей. Нё меньше…

Охх…

Влад собственной персоной у стойки бара. Прожигает своим взглядом меня... Всё как в тот знаменательный вечер.

Дыхание тут же перехватило, и я, как полоумная уставилась в стол. Я вцепилась в стакан, чтобы не была так заметна дрожь, от которой подрагивали кончики пальцев.

Сколько же времени Влад рассматривает меня? Мои последние «па» со шпажками, наверное, не прошли мимо внимательного взгляда мужчины.

— Кира, ты чего? — Выдернул меня из прострации Антонов.

— Всё ок, — мой голос пытается что-то изобразить, но вместо резвого звучного я услышала тонкий писк.

Пипец… Ещё какой! Я чувствую себя героиней романа, в котором кисейная барышня, по задумке автора, вот-вот хлопнется перед объектом вожделения.

Я сделала глубокий вздох. Хотелось бы поскорей вернуть привычное состояние сдержанности и уравновешенности. И по скорее линять отсюда. Ни к чему хорошему это место не приводит.

— Давай за нас, Смирнова. Пусть завидуют те, кто нас не захотел, — Антонов приподнял свой бокал с янтарной жидкостью.

— Точно. Пусть завидуют, — я хмыкнула тосту, прозвучавшему так уместно.

Надеюсь, что завидует.

— Пошли потанцуем, — я встала с диванчика и потянула Генку за руку по направлению к танцполу.

— Ты хочешь, чтобы надо мной ржал весь зал? Медведь в неуклюжем танце, — Антонов слегка рассмеялся. — Максимум, что смогу, рельефами поиграть.

— Антонов! Мы приехали отдыхать, так ведь? — я не унималась.

— Ты танцуй, а я пока присмотрюсь. Может быть, какие движения смогу повторить.

— Антонов, ты ханжа. Непробиваемая, — уныло вздыхаю.

Я двинулась на танцпол, прекрасно чувствую обжигающий взгляд. Я обогнула публику так, чтобы быть максимально дальше от Богданова, и слилась с толпой танцующих.

Подняла руки и задвигалась под звуки, льющиеся из больших колонок.

Горячие ладони, которые легли мне на талию, не спутаешь ни с чьими другими. На несколько секунд я перестала дышать и, замерев, остановилась как вкопанная. Спиной чувствую фигуру мужчины, нависшую сзади надо мной.

— Продолжай, — бархатный голос, чуть перекрикивая музыку, раздался над моим ухом.

Я качнула бедрами в такт раздавшихся аккордов. Влад обхватил талию рукой и подтянул ближе к себе. От мягкого прикосновения к волнующему телу, от позвоночника, ко всем конечностям разом пробежались мурашки.

Хочу!

Затрубило всё мое тело, просто изнывающее от желания.

Хочу снова и снова чувствовать его внутри себя!

Даже остатки моей гордости растворились, так часто и густо выпирающие наружу в самый неподходящий момент.

Я невольно напряглась, шумно глотая воздух. Острая волна вожделения пронеслась по телу и тяжело осела внизу живота.

Я медленно покачиваю телом, которое плохо слушается меня, а ноги становятся совершенно ватными. И если бы Влад не держал крепко меня за талию, давно припала к его ногам. Влад откинул волосы с шеи на другой бок и легонько поцеловал мою шею.

— Только не останавливайся! — Мысленно кручусь вокруг одной и той же фразы.

Влад и не думал останавливаться. На мгновенье замерев, продолжил покрывать шею мелкими поцелуями.

— Кира, я не могу без тебя… Хочу... Просто разрывает от желания.

Богданов мягко поворачивает меня к себе лицом, проводит большим пальцем по нижней губе. Не было бы вокруг людей, я бы втянула его палец внутрь своего рта.

Влад слегка улыбается уголками губ и прочерчивает ладонью от шеи до выреза моего платья на груди. Соски тут же затвердели и неприятно уперлись в плотную ткань бюстгальтера. Сейчас бы спустить молнию на платье и откинуть белый кружевной бюстгальтер без бретелей, чтобы горячие ладони любимого мужчины легли на трепещущую грудь.

Богданов склоняется к моему уху и прожигает насквозь своим низким баритоном: «Я хочу тебя, Кир. Думаю, нам будет интереснее в другом месте».

Дурочка. Пожалеешь…

Но другое сказать не смогла… Послушно кивая головой, с трудом выдаю: «Я только сумочку свою заберу».

— Хорошо. Я жду тебя у входа.

Я прошлась до столика, где с озорной улыбкой меня встретил Антонов.

— Генка, не обидишься? Вопрос жизни и смерти, — Я плюхнулась напротив темноволосого красавца, на которого оборачивается половина танцующих прелестниц. Легкая небритость придают Антонову ошеломительной брутальности. Только сейчас подметила, что Генка чертовски привлекателен.

— Уже понял. Обижусь, если ты не поедешь с ним, — Гена сдерживается, чтобы не растянуться в тридцать два, наверное, заприметив меня с моим горячим мачо.

Я радостно подхватила сумочку и, чмокнув в щеку, направилась к выходу. Хмельную голову прожгла шальная мысль, и я вернулась обратно к столику.

— Это ведь ты руку приложил? — Я уперла руки в бока.

— К чему? — По озорным чертикам в глазах Антонова понимаю, что в точку.

— Топай, Смирнова, пока твой директор ждет на пороге.

— Мы еще с тобой поговорим!

— Обязательно! — отсалютовал бокалом Генка.

Такси приехало через пятнадцать минут. Всё это время Влад нежно целовал недалеко от входа в знаменательный бар и облизывал мои губы. Старательно выдерживал паузы, чтобы я сама жадно ловила его губы.

— Совсем скоро, девочка моя, — его хриплый баритон пробегался по телу, обжигая в местах, которые жаждут прикоснуться к нему.

Полчаса до квартиры Влада — просто пытка, от которой болезненно сводило между ног. Тоненькая ниточка моего белья вымокла от потока влаги, сочившегося из возбуждённого лона.

Я повела плечом и отбросила сумочку, висевшую у меня на плече. Даже с удовольствием втянула в себя запах этого дома. Соскучилась по бежевым стенам прихожей, гостиной в таких же светлых полутонах и большой кровати в спальне Влада.

Губы Влада тут же обхватили мои, заставляя дрожать. Выдыхаю ему в губы сдавленный стон и стягиваю его спортивную майку, которую Влад одним быстрым движением стащил через голову... Ладонями прочертила по гладкому торсу. Так соскучилась… Хочется бесконечно целовать его и ласкать подушечками пальцев, не отрываясь от его губ и языка.

Влад тут же нащупал застежку на боку моего коротенького платья, и я оказалась в одном белье, а небольшое женственное одеяние упало у дивана в гостиной. Спортивные штаны, боксеры, мой кружевные трусики и бюстгальтер полетели в разные стороны. Влад увлекает меня на кровать и накрывает своим тяжелым телом.

Его пальцы прошлись