Сойер - Джессика Питерсон

у нас просто нет выбора. Делать нужно многое. Но я понимаю, о чём ты. Легко потерять себя в бесконечной суете. Я довольно рано поняла, что если я всё время только делаю-делаю-делаю, то да, я ужасно продуктивна, но при этом раздражительная, озлобленная и просто... несчастная. Поэтому я стараюсь быть чуть менее продуктивной и чуть более спонтанной. Чуть более весёлой. Только так я сохраняю здравый рассудок.

— Вот, — я снова отпиваю вино. — Ты умеешь позволить себе получать удовольствие. Без терзаний.

— О, терзания были. Из-за этого я, собственно, и развелась.

У меня внутри что-то обрывается. По её рассказам я уже догадался, что её бывший сильно поспособствовал тому, что ей пришлось зарыть свою настоящую сущность.

— Мне жаль.

Ава смотрит на огонь и тяжело выдыхает.

— Долгая история. Я пойму, если ты не хочешь слушать, — она бросает на меня взгляд.

Я тщательно подбираю слова.

— Я хотел узнать её с самой первой нашей встречи. Я готов.

Её лицо смягчается.

— Почему ты такой хороший?

— Потому что ты учишь меня получать удовольствие от жизни. А это делает меня счастливым. А счастье делает меня отличным слушателем. Говори.

Она улыбается и слегка толкает меня в плечо.

— Не уверена, что вижу здесь логическую цепочку...

— Ну да, — я улыбаюсь, как идиот, и мне плевать. — Когда ты рядом, у меня мозги временами просто отказывают.

— Не знала, что у меня есть такая сила.

— О, красавица, ты прекрасно об этом знаешь.

В её глазах появляется какое-то странное выражение. Ей не нужно спрашивать, действительно ли я хочу услышать её историю. Она знает, что хочу.

Это простое, молчаливое понимание между нами — эта интимность — выбивает у меня почву из-под ног.

— Так с чего бы начать?.. — делает глоток вина Ава, ставит бокал на землю возле одеяла, подтягивает колени к груди и обхватывает их руками, откидывая волосы с лица. — Мы с Дэном... Мы познакомились ещё в школе, и поженились в двадцать два. Теперь я оглядываюсь назад и думаю: какого чёрта я тогда думала? — она фыркает и смотрит себе на ноги. — Мне так хотелось «играть в домик», понимаешь? Я пахала днём напролёт на тренировках, чтобы оставаться в туре, а ночью ходила в колледж, и в какой-то момент просто выгорела. Мне хотелось остановиться. Найти место, где можно перевести дух. Найти оправдание, чтобы притормозить.

Моё сердце гулко отзывается в груди. Мне неприятно слышать чужое имя из её уст. Но я восхищаюсь её прозорливостью. Видно, что она прокручивала эту историю в голове снова и снова, пока все острые углы не сточились.

— Я тебя понимаю, — говорю я. — Университет мне был не по карману, так что я тоже пахал с юности. За годы после окончания школы столько всего происходит. И вдруг осознаёшь, насколько быть взрослым — это тяжело. Насколько она однообразна. Думаешь: чёрт, я не выдержу так ещё двадцать, тридцать, сорок лет. Иногда кажется, что не выдержу даже ещё два.

— Вот именно, — она указывает на меня пальцем. — Мне нравились гонки, но я чувствовала, что топчусь на месте. Постоянные разъезды. Я пропускала всё, что происходило дома. Без понятия, как я вообще получила диплом — на парах почти не появлялась. И специальность свою я не любила — что я могла делать с дипломом по бизнесу? Замуж выйти и осесть казалось решением всех проблем. Мы с Дэном встречались всю школу, все были уверены, что мы поженимся. Вот мы и поженились. Да, ему не особо нравилось, что я временами бываю дикой, но я так его любила, что старалась быть менее... «буйной», как он меня называл. Более... правильной. Такой, какой, по его мнению, должна быть жена. Пару лет спустя я забеременела Джун. Мы оба хотели детей, мы были в восторге. — Её глаза наполняются слезами, и она отворачивается. — По-настоящему в восторге.

Я тянусь к ней и кладу руку ей на колено. Ничего не говорю. Не нужно. Ава знает, что я рядом. Знает, что я её слушаю.

— Всё было «нормально», — она делает в воздухе кавычки, — до рождения Джун. Я делала всё сама, но считала это нормой. Так поступала моя мама. И я очень старалась быть хорошей женой для Дэна. Готовила, убирала, оплачивала счета. Планировала наши свидания, поддерживала отношения с семьями. Меня это раздражало, но Дэн много работал, и я закрывала на это глаза. Хотя я тоже работала и по вечерам училась. А потом я забеременела, и тогда мне стало особенно заметно, насколько всё перекошено. Я до сих пор помню, как, будучи на восьмом месяце беременности, сама собирала кроватку для Джун.

— Что? — у меня сжимается горло от злости. — Ты вообще не должна была ничего тяжёлого поднимать. Где, чёрт побери, он был?

Ава пожимает плечами.

— Работал. Где же ещё. Мне надоело просить его собрать грёбаную кроватку, вот я и сделала всё сама.

— У меня нет слов.

— У меня тогда было много слов, и все начинались на букву «х», — смеётся она.

Только Ава могла найти юмор в такой тёмной истории.

— Он хоть извинился?

— Извинился. Пообещал исправиться, но — спойлер — ничего не изменилось. После рождения Джуни наша семья трещала по швам. Я всё ещё пыталась справляться в одиночку. Но не могла.

— Никто не может. С новорождённым это невозможно.

— Слава богу, что у меня были родители. Ну, мама, в основном. Я буквально тонула в обидах. Умоляла Дэна помогать больше. Мы ссорились до крика. После очередной ссоры он немного исправлялся, но потом всё снова возвращалось на круги своя. Я делала всё. Он зарабатывал деньги. Вот чего я точно не ожидала, выходя замуж и рожая ребёнка, — это всех тех негласных ожиданий, которые навешивают на женщину.

— Никогда об этом не задумывался...

— Брак — это своего рода ловушка для женщин. Клетка, которая не даёт тебе подняться слишком высоко или улететь слишком далеко. Честно? Для меня он стал смертью свободы.

Я моргаю.

— Вот почему я больше никогда не хочу выходить замуж, — продолжает Ава. — Мне пришлось пожертвовать своей свободой ради счастья мужа, а это паршивая сделка.

Её слова будто ударили меня в грудь.

— Подожди. Серьёзно? Ты совсем не хочешь больше замуж?

Она смотрит на меня, и в её глазах появляется осознание.

— Ого. А ты-то явно хочешь, да?

— Чёрт возьми, да. Я ведь никогда не был женат. Лиззи и я… Лиззи — это мама Эллы, мы даже толком не встречались.

— Вот это история, — Ава приподнимает брови. — Интересно послушать.

Я пытаюсь побороть подкрадывающееся разочарование. Я