Разрушитель проклятий - Эмма Райц

вид Островской было лет тридцать пять: пепельно-белое удлиненное у лица каре, идеальный телевизионный макияж, бордовый деловой костюм, цепкий взгляд голубых глаз. Ее улыбка казалась не столько доброжелательной, сколько хищной. Оценив внешность журналистки по-мужски, Андрей решил, что в целом не отказался бы оприходовать Ольгу, возможно даже, пару-тройку раз.

– Гримера, пожалуйста! – Островская махнула куда-то рукой и повернулась к Давыдову-младшему: – Волнуетесь?

– А должен? – Андрей расслабленно улыбнулся, откровенно раздевая собеседницу глазами.

Ольга сразу заметила его реакцию на свою внешность и, неосознанно поправив лацкан жакета, провела ладонью по шее.

– Если вы именно такой альфа-самец, каким вас выставляют в светской хронике, то вряд ли. Пойдемте, наша студия в конце коридора, – Островская задержала взгляд на глазах Фенрира дольше, чем того требовали приличия, а потом и вовсе уставилась на его рот, игриво прикусив губу. – Обычно интервьюируемые заранее уточняют список вопросов. А вы не стали. Любите неожиданности?

– Вся моя жизнь – сплошная неожиданность, – процедил Андрей.

– Вас сложно удивить? – Ольга улыбнулась, шагая чуть впереди.

– Крайне.

– Просто вы ни разу не давали мне, – голубые глаза заискрились опасной иронией, – интервью.

– Все так говорят.

– Кто – все? – Островская грациозно присела на место ведущей в просторной студии с ярко-зеленым хромакеем.

– Все, кто жаждет меня удивить.

Через секунду около Андрея возникла невысокая девушка, вооруженная спонжами и кисточками разнообразных форм и размеров:

– Пожалуйста, не дергайтесь, чтобы я не попала вам в глаз. Это займет всего пару минут.

Фенрир от неожиданности поперхнулся, но последовал рекомендации и постарался не шевелиться, насмешливо рассматривая юное личико визажистки. Та, к его мимолетному сожалению, не обращала внимания на его пристальный взгляд, концентрируясь на качестве и естественности мужского студийного грима.

– Готово! Постарайтесь не трогать лицо слишком часто. – Девушка ловко собрала свой арсенал и испарилась из студии так же стремительно, как и появилась.

Снова откашлявшись, Андрей выпрямился в кресле, расслабленно опустил руки на подлокотники и вернул фокус внимания на следившую за ним журналистку:

– Мы будем вдвоем?

– А вам меня одной мало? – Ольга изогнула брови и грациозно закинула ногу на ногу, демонстрируя Фенриру изящные икры и острые алые шпильки кожаных туфель.

Андрей намеренно откровенно проследил взглядом за движением ее ног и, плавно пройдясь по стройному телу журналистки, поднял глаза к ее лицу:

– Я рассчитывал на большее.

Островская поджала губы, а взгляд ее стал еще более хищным и колючим. Фенрир спокойно улыбнулся, скрестив пальцы чуть ниже солнечного сплетения.

– До начала эфира три минуты! – раздался голос администратора с другого конца студии. – Подправьте свет! Оля, на пятнадцать градусов вбок!

Журналистка, расправив плечи, сменила угол позы и уставилась в рабочий планшет. Перед ней и Андреем появились бокалы и стеклянные бутылки с питьевой водой, а технические работники ловко выправили положение световых коробов.

– Минута до начала эфира!

– Вы запомните это интервью, – процедила Ольга.

– Я для этого сюда и шел, – насмешливо оскалился Фенрир.

– Если ты не против, я бы расслабилась в горячей ванне с солью. – Отодвинув тарелку с недоеденным ужином, Лера растерла ладонью шею и мило улыбнулась Денису.

Тот опустил взгляд на наручные часы и вздохнул подозрительно напряженно:

– Боюсь, расслабиться пока не время.

– В смысле? – Бокал с прохладным белым вином замер в несколько сантиметрах от губ Леры.

Морок медленно повел широкими плечами, глянул в сторону, словно сомневаясь в необходимости посвящать Пики в авантюру Давыдова-младшего. Но прекрасно осознавая, что завтра об эфире не будет говорить только ленивый, все же нехотя ответил:

– Через десять минут Андрей дает интервью на «Объективе».

Лера, сделав неосторожный вдох, поперхнулась и выронила бокал, который с грохотом ударился о тарелку, прокатился по поверхности кухонного острова и звонко рассыпался на осколки по всему полу.

– Что?! Кто ему позволил? Вы с ума сошли?!

– Успокойся, – Денис зажмурил один глаз. – Мы были против. Андрей выслушал возражения, как обычно, подтерся ими и сделал по-своему. Я не стал заранее тебя расстраивать.

В широко распахнутых глазах Пики читалась резко накатившая нервозность:

– А что… что он там будет говорить?! О чем? О «Фениксе»?!

– Без понятия. Предлагаю подогреть пару пачек попкорна, откупорить еще одну бутылку вина и насладиться этим сомнительным зрелищем.

– Ты издеваешься? – Лера подалась вперед.

– Нет, милая. Я просто давно запретил себе заниматься воспитанием тридцатилетних мальчиков. Да и, в конце концов, – Денис аккуратно отодвинул от Пики столовый нож, – ты в свое время никаких интервью не давала. Мы полагались на незыблемую установку: игнорировать прессу или тащить ее в суд за клевету. Андрей выбрал другой путь. Возможно, он в чем-то прав?

Закатив глаза, Лера неразборчиво выругалась и встала, но тут же ойкнула и подпрыгнула, вспомнив об осколках.

– Подожди. – Морок аккуратно добрался до висевшего на стене беспроводного пылесоса, быстро избавил пол от стекла и, оглядев стопы Пики, потянулся к винному шкафу.

– Мне виски, – буркнула Лера.

– Будете Андрюху смотреть?

– Прикалываешься? Мы даже билеты поменяли на более поздний вылет.

Илья рассмеялся в трубку, подъезжая к дому:

– Делаем ставки?

– Зачем? И так понятно, что он всех переиграет. – Саид устало вздохнул, разминая шею в кресле бизнесзала в Пулково, пока Лина искала в планшете сайт с трансляцией эфира.

– Шоу года.

– О… И смотреть мы его будем на широком экране.

Администратор зала, к удивлению Трюкача, вышла с пультом к огромному телевизору, висевшему по центру одной из стен, и включила канал «Объектив».

– Серьезно?!

– Ага… Андрюха теперь точно станет звездой.

– Десять секунд до эфира!

Ольга, облизнув белоснежные зубы, расплылась в уверенной улыбке, вскинула подбородок и на звуках энергичной вступительной мелодии заговорила:

– Добрый вечер. В прямом эфире авторская программа «Объективное мнение» и я, ее ведущая, Ольга Островская. Сегодняшний выпуск, думаю, все ждали с особым нетерпением. И хотя моего гостя наверняка знает бóльшая часть аудитории, я с удовольствием его представлю, – Ольга повернула лицо к Фенриру и, уставившись в район его переносицы, продолжила: – Андрей Давыдов, самый молодой из четверых совладельцев ЧВК «Феникс» или, как они себя официально зовут, частного агентства безопасности. Крупнейшего в стране и в Восточной Европе. На данный момент Андрей занимает пост генерального директора «Феникса», а его личное состояние оценивается в пределах семисот пятидесяти миллионов рублей, не считая доли в компании. Все верно?

Андрей пожал плечами и лениво усмехнулся:

– Иногда кажется, что окружающие знают обо мне больше, чем я сам.

– Вам ли скромничать, Андрей? Тридцать лет, громадное состояние и должность генерального директора такой, будем откровенны, неоднозначной компании. Нет ли ощущения, будто старшие коллеги