Исцеление любовью - Снеталия Морозова

прошлое. Я смотрела в зеркало, в свои глаза, видя в них красоту. Я выбрала жить в счастье, несмотря на трудности. Я не стала проваливаться в боль, в страдания, я стала говорить с Богом простыми словами, и поняла, что мы все дети Создателя, а, как родителю, ему тяжело смотреть на наши страдания, мы рождены для счастья, Стеша, и мы все дети Божии, все. А счастье и истина в любви, ты знаешь. Бог нас любит, дает нам время на осознание, на исправление своей жизни.

- Ты простила отца?

- Да, более того, я поблагодарила его. Он дал мне жизнь, Стеша, дал возможности.

- Аглая, мне так жаль, что тебе прошлось столько пережить.

- Нет, Стешенька, это дар. Я так благодарна Богу за шанс жить в любви. Благодарна.

- Как тебе Даркаф и Гор? Они ждали тебя, ведьма…

- Я люблю их, всем сердцем. Я их тоже ждала, Стеша…очень ждала…

Она подняла лицо к небу. Слезы лились потоком по прекрасному красивому лицу молодой женщины.

- Ты такая красивая, Аглая! И мы стольких излечили. И мы здесь встретили своих мужчин. И мы здесь станем мамами.

- Ты сильная ведунья, Стеша. Ты любовью и добротой спасла владыку, вытащила его из плена, спасла Осию. Сурия слушалась мужа, ты же слушаешь мужей и слушаешь себя, а потом просишь, решаешь сама, слушая себя прежде всего. В этом сила настоящей ведьмы. В любви! В тебе! В нашей сути!

Мы еще посидели в травке, нас подкармливали зверюшки, а птицы, как обычно, украшали волосы, поднялись, пошли к мужьям, метки покалывали уже, они волновались.

Я ночью рассказывала мужьям историю Аглаи. Они чуть не плакали, говоря, что на долю женщин непосильно много иногда сваливается испытаний…

На следующий день мы пировали. Влад еле высидел посиделки. А мы с женщинами танцевали, хохотали, отрывались, одним словом. Потом мы захотели с Аглаей голышом в Сурии искупаться, ведь ночью никто не видит, на что Гарма сказала, что оборотни видят всегда, но попросилась с нами. Мужчины нам не разрешили.

Гарма обзавелась еще двумя мужьями, братья Кирка тоже оказались истинными её.

42.

Кузнец Гор построил кузню в стае, вернее не так, мой демон с орками перенес дома из двора владыки в стаю, кузню в том числе. Мы стали жить своей семьей. Я часто встречалась с Аглаей и Гармой. Однажды я рассказала ведьме, что Гарма была любовницей Белогора.

Аглая уставилась на меня.

- Стеша, спасибо тебе.

- За что?

- За твою мудрость, за твое ведьмовское чутьё.

- Аглая, истина в настоящем ведь. А что было до - это пшик…

- Я учусь у тебя, Стеша.

Я положила руки на круглый животик, мальчики мои уже пинались во всю. Папы с ними разговаривали, просили быть поаккуратнее, потерпеть чуть-чуть. Я не спрашивала Аглаю о зачатии, она сама сказала:

- У меня будет три мужа. Как только мы закрепим союз на всех, я забеременею.

- Ну, девки, вы даёте!? С тремя… Ты уже знаешь, кто будет?

- Нет. Мужьям сказала, они были «очень рады».

Мы захохотали, вспоминая пошлые анекдоты с Земли:

"Женщины и мужчины нередко думают тем, что у них между ног, поэтому у первых мысли - глубокие, а у вторых - выдающиеся".

На этом и решили остановиться.

Я много гуляла, Блэк был всегда со мной. Часто бродила у реки, виделась с эльфом Лисом. Он когда понял, кто с ним говорит, стоял несколько секунд, как статуя.

Влад много работал, оборотни, драконы, орки, эльфы записывались к демону, прося помощи в трудных делах бизнеса, обращались за помощью в раскрытии преступлений и так далее. Мой демон был на своем месте. Белогор – владыка Осии, этим всё сказано, все оборотни под ним.

Мы достроили дом, он стал огромным, на первом этаже так же жили Сарп и Ханна, Мариша. У Сарпа и Ханны, как оказалось, уже шестеро внуков, причем взрослых. Удивительно: продолжительность жизни в Велионии у всех живущих была нескромной, еще и старели все медленно. Мне это особенно нравилось.

Всю беременность я дико хотела секса. Однажды даже попросила у Влада - сделать вибратор мне. Когда он побратиму рассказал, что это такое, они меня трахали всю ночь.

Пять месяцев пролетели очень быстро, на последних неделях мой живот стал огромным. Я знала в теории, что такое роды двоих малышей, это не просто, но еще я знала, что я ведьма. Мои руки исцеляющие – руки мамы утихомиривали сыновей-проказников. Им уже было тесно, в последние дни беременности особенно.

В полнолуние, ночью у меня отошли воды. Я растолкала мужей.

- Мальчики, мы сегодня родимся.

Сползла с кровати, встала, прогибаясь в пояснице, растираяя её ладонями. Я спала голышом, груди просто лежали на пузе огромном, вздохнула.

Белогор и Владислав стали зачем-то бегать по комнате взад и вперед.

- Так! Слушать меня!

Они остановились.

- Вон сорочка – одеть, на меня, желательно…позвать Маришу, вон стопка белья, её сюда принести.

Схватка! и я присела резко, простонав.

- Бляяяять…больно как!

Белогор рванул за Маришей, растянулся у двери, да с таким грохотом шмякнулся.

- Суки, не смешите!

Я начала хохотать.

Влад смотрел на меня с таким выражением лица, будто я теряю рассудок, вот прям сейчас мозги мои утекают…

- Влад, не смеши, прошу.

Он вообще растерялся…

Мариша забежала, их вытолкала.

Первым родился наш Бьорн, голубоглазый крепыш-медвежонок, вторым - красавец с карими глазами, демонёнок Асмуд. Сыновей назвали папы.

Когда они взяли детей на руки, уткнули в них носы, мы все расплакались.

Я стала мамой.

Взяла сыновей, приложила к груди, они тут же начали сосать. Миллионами иголочек счастья я ощутила блаженство. Дети пахли мной и жизнью. Мой мир схлопнулся в эти две жизни. Я трогала их ручки, пяточки, понимая, что они – моя плоть, но в каждом - отдельная вселенная. Во мне разлилась дикая животная нежность, смешанная с леденящим ужасом ответственности. Я смотрела на детей, млея от счастья.

Мужья с умилением и тихим трепетом смотрели, как стараются мальчики, как вспотели, причмокивая. Поев, они сладко уснули на мне. Папы забрали их, соски стояли острыми пиками. Я улыбалась блаженной улыбкой.

Через месяц я была в прежней форме. Мариша с рождением малышей словно обрела крылья, порхала как девочка, мне помогала с детьми. Мужья по очереди оставались со мной на день, а в выходные мы освобождали