Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда - Яна Сандерс

Глава 35

Если до этого я боялась шелохнуться и вздохнуть лишний раз, то теперь меня предательски и очень не вовремя разобрала икота. Я осознала услышанное. Только что при мне Клара Верди призналась в любви некоему Герхарду и при всех совпадениях сомнений не оставалось. Это был он, Герхард Хальт. Но как? Ведь мне рассказывали совсем другое. И совершенно иную женщину выставляли разлучницей.

Размышляя обо всём этом, я старалась не сильно содрогаться от икоты. И на моё счастье, со стороны кабинета послышался шум, который привлёк внимание директрисы и заставил её подняться.

— Эни, это ты? — позвала она.

Но ответила ей вовсе не Эни, а озадаченная внеплановым возвращением начальницы Ники.

— Мисс Верди? — услышала я голос подруги.

— А вы кого-то другого ожидали здесь увидеть, Николетта? Скажите на милость, почему вы имеете наглость входить ко мне без стука?

— Простите, мисс. Просто я хотела спросить кое-что у Эни. Смотрю, открыто. Вот и вошла.

— Её здесь нет.

— А, ну значит, она вышла по делам. Скоро обязательно вернётся. Что ж. Не стану отнимать ваше время.

— Стойте! — директриса не дала ей уйти и, пройдя к выходу из комнаты, совсем исчезла из поля моего зрения. — Сейчас мы вместе пойдём и отыщем её.

Следом дверь комнаты с хлопком закрылась. И хоть ничего радужного сложившаяся ситуация не предвещала, я всё же облегчённо вздохнула и с полминуты ещё продолжала лежать, желая усмирить дыхание и успокоить нервы.

Герхард Хальт был в связи с этой женщиной. Но ведь Клара и Эни приехали в Арденхилл не так давно, и тогда Верди было не меньше сорока лет. А Герхарду и того больше. Но что, если в жизни Хальта старшего имелась не одна, а две яркие романтические истории любви? Седина в бороду и всё такое?

Выбравшись из-под кровати, я поправила платье, потревоженное покрывало и покинула комнату Клары. На моё счастье, дверь кабинета оказалась не заперта. И с предельной осторожностью я вышла в надежде, что никто меня не заметит.

Глянув на настенные часы в коридоре, поняла, что очень вовремя вырвалась на свободу. Совсем немного оставалось до начала моего урока.

Я уже спустилась и готовилась бежать к кабинету, как вдруг шум, доносившийся из холла, заставил остановиться. Говорил мужчина и довольно громко, и эхо этого голоса наполняло коридор.

Приблизившись, я увидела детей, столпившихся в проёме, а когда глянула поверх их голов, невольно прикрыла рот рукой.

В самом центре развернувшегося драматического действия находились трое. И среди них помимо Клары Верди и её верной Эни был молодой мужчина. Незнакомый мне тип, видимо, тот самый Том, бывший в полтора раза шире самой крупной из присутствующих женщин, одетый в простую рубаху и льняные брюки, прикрывал собой Эни. Та испуганно выглядывала из-за его плеча. Тогда как разъярённая Клара была сама на себя непохожа.

— Вон! — рявкнула она, сжимая кулаки и сотрясаясь всем телом, отчего дрожала тонкая и лишённая влаги кожа на щеках и шее женщины. — Убирайся вон! Эни, немедленно иди ко мне!

— Прекратите её неволить! — отвечал мужчина. — Эни уже взрослая женщина и вправе решать, как ей жить.

В подтверждение его слов девушка сильнее вцепилась тоненькой ручкой в плечо Тома.

— Если ты сейчас же не уйдёшь, Томас Ренфил, я за себя не отвечаю! Я позову констебля! Скажу, что ты пытался взять её силой! Проваливай, если не хочешь проблем!

Кто-то из детей рассмеялся.

— Мисс Эни была не против, когда Том её целовал. Я своими глазами видел.

— Замолчи, негодник! — Клара теряла уже не только лицо, но и голос. На неё жалко было смотреть, и я, хоть убей, не понимала, почему она с таким фанатизмом удерживала девушку рядом с собой.

— Она вам не дочь! — озвучил Том главный аргумент.

Клара после его слов замерла, перестала дрожать, пальцы прекратили впиваться ногтями в ладони и расслабленно обвисли. Как и руки. А на лице расцвела улыбка. Так мог бы улыбаться маньяк, прежде чем начать истязать жертву. Даже дети, которые тихонько гомонили и перешёптывались, умолкли и стали испуганно переглядываться.

— Ты прав, — сказала Верди, расправляя плечи и сцепляя на животе пальцы. — Эни уже взрослая девочка. Так пусть сама сделает выбор.

Верди глянула на помощницу так, что каждому стало ясно: Эни пожалеет, если выбор её окажется неправильным с точки зрения начальницы.

Том обернулся и взял свою подругу за руки, заглядывая с нежностью в испуганные глаза.

— Пора освободиться, Эни, — сказал он. — Доверься мне. Мы ведь оба так этого хотим.

— Да, Эни, доверься Тому, — передразнила мужчину Клара. — Вот только потом, когда ты надоешь ему, я буду единственной, кто примет тебя. Подумай хорошенько. Мир жесток и опасен. А ты добрая девочка. Слишком добрая для этого городишки и для этих людей.

Том не выдержал.

— Довольно, мисс Верди! — рявкнул он. — Я знаю Эни с детства. Мы вместе учились и росли. Она давно нравится мне, и я готов жениться на ней. И уж поверьте, при всём уважении, сумею защитить свою жену от опасностей лучше вашего.

— Ты не знаешь её. Эни особенная. Не такая, как вы все. И только мне известно, что для неё лучше. Ты ведь понимаешь это, моя дорогая.

Девушка, которая готовилась было оказать сопротивление тирании, сникла. Её руки в руках мужчины ослабли, взгляд потух и опустился.

— Я обещаю быть рядом, — сказал Том, пытаясь вернуть ускользающую надежду. — Мне уже не раз предлагали в жёны местных девиц. Но я не соглашался. И теперь понимаю почему. Я люблю тебя.

— Нет! — подала голос девушка. — Это неправильно, Том. Мы совершили ошибку. Я не могу. Я не должна. Прости.

Она отступила и, бросив на парня полный отчаяния взгляд, сделала ещё пару шагов, а потом бросилась бежать со всех ног к лестнице и скрылась на площадке второго этажа.

Том с потерянным видом так и остался недоумевать, пока не заговорила Клара:

— Я не сомневалась, что так будет. А теперь иди, Том. И больше сюда не возвращайся.

Отчаяние, исказившее лицо мужчины, передалось мне. Словно в кинофильме или захватывающей книге мне хотелось