Дикие края - Линетт Нони

Он благодарит меня, и между нами снова вспыхивает то самое напряжение, которое мы оба боимся признать. Но время не ждет.

Мы срываемся на бег. Лес, камни, кустарники пролетают мимо. Мы бежим в гору, пока земля не выравнивается. Впереди слышен рев воды.

— Река! — задыхаясь, кричу я. — Мы почти на месте!

Деревья расступаются, и мы замираем на краю обрыва.

Это «сорт оф» река. Она ревет глубоко внизу, на дне отвесного, неприступного ущелья. А перед нами…

— Твою мать… — выдыхаю я.

Древний, прогнивший подвесной мост. Веревки истлели, доски едва держатся. Я ищу страховочные тросы, о которых говорил Хоук, и нахожу их…

Они беспомощно болтаются на той стороне ущелья.

Это значит только одно: если мы хотим успеть на вертолет, нам придется перейти этот умирающий мост без всякой страховки. И один неверный шаг станет для нас последним.

Глава 19

Зандер

Осознавая всю опасность стоящей перед нами задачи, я мысленно выкрикиваю все ругательства, которые когда-либо знал. Они становятся только громче, когда я смотрю на страховочные тросы, свисающие с дальней стороны моста — они покачиваются на ветру, словно издеваясь над нами.

— Должно быть, дождь размыл крепления с этой стороны, — говорю я, проклиная наше вечное невезение.

Чарли сверлит их взглядом.

— Вот тебе и «безопасность».

Я содрогаюсь при мысли о том, что могло бы случиться, если бы мы использовали эти тросы в тот момент, когда они оборвались. И содрогаюсь снова, понимая масштаб того, с чем нам теперь придется столкнуться.

— У нас пятнадцать минут, — мрачно говорю я, сверяясь с часами. — Хоук сказал, что как только мы перейдем мост, останется только пройти через те деревья — я указываю на небольшую рощицу на той стороне, — и мы должны найти поляну для вертолета.

— Это всё замечательно, — отзывается Чарли, ее голос натянут от страха, — но чтобы добраться до этой поляны, нам нужно выжить. А я не слишком уверена, что это произойдет.

У меня тоже есть сомнения.

— Решать тебе. Если ты готова попробовать — мы пойдем. Если нет — не пойдем.

Чарли издает разочарованный звук.

— Не перекладывай на меня эту ответственность! Если мы погибнем, ты будешь преследовать меня вечно, обвиняя в своей преждевременной смерти.

Несмотря на нарастающий ужас, мои губы кривятся в улыбке.

— Не думаю, что призраки могут преследовать других призраков.

— Ты найдешь способ. Ты такой же упрямый, — лицо Чарли смертельно серьезно. Но затем она снова вздыхает и говорит: — Мы должны перейти. Ни за что на свете я не вернусь в тот подводный туннель, чтобы идти обратно к Хоуку и Бентли. Мы не знаем, сколько времени нас будут искать спасатели. Это наш лучший шанс. Через пятнадцать минут мы можем уже лететь домой.

«Или лететь на дно ущелья», — думаю я, но молчу, потому что согласен: мост — наш единственный путь.

Решение принято, и медлить нет смысла. Я делаю шаг вперед.

— Я пойду перв…

— Нет. — Чарли хватает меня за руку, удерживая. — В этот раз первой пойду я. — Ее лицо бледное, но решительное. — Некоторые доски выглядят так, будто рассыпаются от малейшего прикосновения. Ты тяжелее меня. Если одна сломается подо мной и я упаду, ты сможешь меня поймать. В обратном порядке это не сработает.

— Знал же, что не стоит есть тот бургер в Катумбе, — бормочу я, потирая плоский живот.

Чарли стонет.

— Не смеши меня сейчас. Мне нужна вся концентрация, чтобы не грохнуться в обморок.

— Это тот момент, когда я должен напомнить тебе, что ты сама хотела «великих приключений по всему миру»? — сухо спрашиваю я.

Сквозь стиснутые зубы Чарли отчеканивает:

— Нет. Не тот.

Теперь уже мне приходится сдерживать смех. Но всё веселье исчезает, как только Чарли ступает на край моста. Ее руки вцепляются в потрепанные канаты, натянутые по бокам, так, словно от этого зависит ее жизнь. Так оно и есть.

— Я прямо за тобой, — говорю я ей, держась вплотную.

Я вижу, как ее плечи поднимаются и опускаются — она делает глубокий вдох, чтобы успокоить нервы. Я делаю то же самое. Это мало помогает моему бешеному пульсу, который ускоряется еще сильнее, когда она делает первый шаг на доски.

Каждая мышца в моем теле напряжена; я готов в любую секунду рвануться вперед и оттащить ее в безопасность. Но пока дерево держит. Она бросает на меня облегченную улыбку через плечо и делает следующий шаг, проверяя, иду ли я.

Инстинкт самосохранения внутри меня вопит, требуя повернуть назад, но я игнорирую его. Мы идем шаг за шагом, стараясь ставить ноги на края досок, где они крепятся к веревкам — там прочнее, чем в середине, которая пугающе прогибается вниз.

— Ты там как, в порядке? — спрашивает Чарли.

— У меня легкая работа, — отвечаю я. Весь мой фокус — на ней. Это помогает не замечать зияющие дыры между досками и то, как ветер раскачивает мост.

Шаг.

Шаг.

Шаг.

Мы доходим до середины ущелья, когда под ботинком Чарли трескается первая доска.

Она вскрикивает. Я реагирую не раздумывая: отпускаю одну руку от каната и обхватываю ее за талию, прижимая к себе.

— Эту доску, пожалуй, пропустим, — дрожащим голосом говорит она, похлопывая меня по руке на своем животе. — Спасибо за реакцию.

Дерево не сломалось окончательно, но предупреждающий треск всё еще звенит у меня в ушах. Мне не хочется ее отпускать, но мы в самой опасной точке, нужно двигаться дальше. Я нехотя разжимаю руки и наблюдаю, как она перешагивает через сломанную доску на следующую.

— Эта крепкая, — сообщает она, слегка подпрыгнув.

— Не делай так! — строго обрываю я, понимая, что она проверяет прочность для меня.

Яростный порыв ветра крадет ее ответ. Мы оба мертвой хваткой вцепляемся в истерзанные канаты, пока весь мост ходит ходуном под нами.

— Найди счастливое место, найди счастливое место… — шепчет Чарли как заклинание, когда ветер немного стихает.

Когда мы преодолеваем три четверти пути, во мне робко просыпается надежда, что мы выживем без новых травм. Но стоит мне об этом подумать, как провалы между досками становятся всё шире. Некоторых планок нет вовсе, другие висят вертикально над бездной. У нас нет выбора — приходится прыгать, доверяя свою жизнь гнилым веревочным перилам.

— Страховка сейчас была бы очень кстати, — выдавливает Чарли, перепрыгивая через двухфутовую дыру, сквозь которую видна бушующая далеко внизу река.

Ладони жжет от трения о канат. Прыгнув за ней, я шиплю:

— Если бы Хоук был здесь, он бы заставил нас делать это без страховки в любом случае. Какой