(Не) Фиктивный Брак с Генеральным - Анна Гур

— Мне… наверное, хватит… кажется, я немного напилась с непривычки… — вновь выдаю мысли вслух и смотрю на Демида: — Я правда не знаю… чем могла привлечь твое внимание…

Но тут Огнев берет инициативу на себя:

— Инне не нужно было ничего делать. Она просто всегда остается самой собой и… это не может не привлечь. Потому что… она всегда настоящая…

Голос у Демида ровный, но взгляд… он тягучий, завлекающий, я опять тону на дне его глаз и… так хочется, чтобы все, что говорит сейчас Огнев, было бы правдой…

— Она привлекает абсолютно всем!

Так и хочется ляпнуть: «и чем же я могла привлечь такого мужика, как Демид?» Но Огнев сам отвечает:

— Инна берет своей непосредственностью, своим очарованием, и… мозгами. Редкое сочетание красоты, чистоты, непорочности и… такой открытости…

Я краснею. Слова Демида звучат так убедительно, а взгляд… он так смотрит на меня… будто сожрать готов…

Меня в жар бросает, но, как это ни странно, от неловкости спасает Федор Ильич, который опять задает мне нейтральный вопрос:

— Инна, ты знаешь, что у Демида был жуткий характер даже в детстве? Всегда спорил, всегда пытался быть первым, никогда не подчинялся, а подростком и вовсе из дома сбежал… чуть на тот свет меня не отправил, потому что его нашли в подпольном бойцовском клубе, где мясорубка началась…

В шоке перевожу взгляд на Огнева. Прикусываю губу.

— Поначалу мне казалось, что мой босс — просто ледышка, я боялась на него даже лишний раз посмотреть, — отвечаю чистую правду, — а потом… потом я поняла, что он просто очень хорошо умеет управлять своими эмоциями и держать все под контролем…

— Да, определенно… ты правильно поняла…

Федор Ильич вновь смотрит на меня чрезвычайно внимательно, и я ловлю себя на мысли, что этот человек весьма проницателен. Он может морально давить, и я боюсь, что, если он продолжит давить, я не выдержу и просто выложу все и про контракт, и про фиктивную помолвку, про всю эту нелепую игру.

Но Демид чуть сильнее сжимает мое плечо, словно чувствует смятение.

— Дед, ты пугаешь девушку. Дай ей время привыкнуть. Не дави.

— Привыкнуть? — старик усмехается. — К чему привыкнуть?

— К манере твоего общения.

Демид не отводит взгляд от деда… и… взгляд у него холодный, почти хищный. В этот момент я впервые вижу, что у них одинаковые глаза. Разные поколения, но… одинаковый характер, давление. Не удивлена, что у них вечная конфронтация. Два лидера с трудом могут ужиться.

— Что ж, — подытоживает Федор Ильич, поднимается, — буду рад видеть вас обоих у себя на юбилее. Никаких отказов не принимаю, ясно?

— Конечно, дед, — отвечает Демид без колебаний, — мы для этого и прилетели… так что поприсутствуем…

— Спасибо за приглашение, Федор Ильич, — спешу вставить я, — я очень рада с вами познакомиться…

Интересно, но я не лукавлю. Мне действительно понравился дедушка Огнева. Он… интересный… и… непростой…

— Взаимно, дорогая, вы… просто очаровательная молодая девушка… я покорен…

Дедушка Огнева улыбается, но я замечаю, как в его взгляде мелькает что-то… чему не нахожу объяснения… Кажется, что Федор Ильич видит гораздо больше, чем говорит…

Глава 35

Мы с Огневым остаемся наедине, Демид бросает на меня внимательный взгляд.

— Хочешь пройтись?

«Надо же… меня что, генеральный на свидание зовет? — задаю себе мысленный вопрос и уже сама же и отвечаю: — Нет, скорее всего, нет…»

— Да, давай немного прогуляемся.

— У деда действительно очень красивые виноградники, я покажу.

Киваю, и Огнев берет меня за руку, ведет в сторону сада, и вскоре я понимаю, что здесь огромное поместье.

— Ты о чем-то хотел поговорить? — задаю вопрос, когда неожиданно Огнев останавливается и бросает на меня серьезный взгляд.

— А ты все же не так наивна, как кажется. В доме может быть небезопасно говорить, — выдает уверенно, и я киваю, ощущая, как у меня все внутри натягивается. Я уж, дура, напридумывала себе свидания под зажигающимися звездами.

— Я что-то не так сделала?! Думаешь, что я не понравилась твоему дедушке?!

— Ну что, мышка, — усмехается Демид, — попалась на зубок к волку?

— Страшен. Просто я еще не успела убежать, — парирую, стараясь шутить.

— Тебе не убежать, мышка…

Он говорит это полушутя, но глаза остаются серьезными. В них таится что-то, что не дает мне расслабиться.

— На юбилее держись уверенно.

— А если я буду дрожать от страха?

— Сделай вид, что это от восторга.

Я усмехаюсь, но губы предательски дрожат. Пальцы Демида сжимают мою ладонь крепче.

— И запомни, — шепчет он, наклоняясь к моему уху, — ты моя… Полностью моя…

В шоке приподнимаю брови, но не успеваю ничего ответить, ветер поднимается, и я передергиваю плечами.

— Пошли, пока не замерзла, вечерами здесь в этом сезоне часто прохладно и дождливо…

Демид накрывает мои плечи своей большой рукой, прижимает меня к своему теплому боку, делится теплом.

Резко дождь начинается, и мы бежим к дому, не знаю почему, но настроение повышается, и я начинаю смеяться, Огнев тоже неожиданно перестает быть олигархом и генеральным директором, который меня пугает порой до икоты, остается просто на редкость обаятельным мужчиной, который притягивает меня к себе и накрывает мои губы поцелуем.

Дождь падает с небес, охлаждает кожу, в то время как губы Демида такие горячие…

Отпускает меня так же резко, как и напал на мои губы, затем заглядывает в глаза:

— Бежим, мышка…

До дома мы добегаем изрядно промокшими, Эмма встречает нас на веранде, улыбается, затем бросает взгляд на меня:

— Пойдем, Инночка, покажу тебе твою комнату, примешь душ, а то простудишься, ты промокла до нитки!

Эта женщина вызывает во мне теплые эмоции, она простая и какая-то добрая, что ли, я киваю, и Огнев отпускает меня.

— Иди, малыш, мне нужно переговорить по сделке…

Отпускает меня, и я ухожу, оглядываясь на Огнева и напарываясь на его внимательный взгляд…

Эмма проводит меня на второй этаж, попутно рассказывает истории из детства Огнева.

— Демид редко приезжает. А мы… по нему очень скучаем… — неожиданно выдает женщина, когда я останавливаюсь у фотографии, где мальчишка весело смеется, обнимая еще достаточно молодого Федора Ильича.

— Это ведь Демид? — спрашиваю, разглядывая фотографию, Эмма подходит и останавливается рядом.

— Да… тогда он в последний раз так улыбался весело и светло, потом… на несколько лет замкнулся в себе… стал отстраненным и… столько его по специалистам дед водил, пока в один день Демид сам не решил свои проблемы и… стал таким, каким ты его видишь сегодня…

В шоке поднимаю глаза на Эмму и