Прощенный: КОН - Слоан Кеннеди

слова в ответ. Но я почувствовал, как он кивнул, а затем его губы покрыли нежными поцелуями мою шею и плечо. Тело начало реагировать, но вместо того, чтобы продолжить, Кон перевернулся на спину, хотя на этот раз и увлек меня за собой.

В итоге я оказался прижатым к его боку, и эта поза быстро стала одной из моих любимых, когда дело дошло до общения с Коном.

- Я тоже никогда этого не делал, - пробормотал он.

Я приподнялся на локте, чтобы посмотреть на него.

- В это трудно поверить, - поддразнил я.

Момент легкомыслия сработал, и Кон улыбнулся. Его взгляд переместился на меня, а затем его пальцы скользнули по моему виску, затем по шее.

- У меня никогда раньше не было отношений, - признался он. - У меня было много парней, возможно, даже слишком много, но всегда только на одну ночь, и как только заканчивал, я уходил.

Не мог сказать, что мне нравилось слушать о нем и других парнях, но хотел знать, что руководило его мыслями и поступками, поэтому молчал и просто позволял пальцам скользить по его груди в надежде, что смогу как-то успокоить его.

- Когда я был ребенком, довольно быстро понял, что люди не говорят правду. Моя мама всегда обещала, что между нами не встанет другой парень. Она много чего обещала. Но, в конце концов, я всегда оставался один. Я сам о себе заботился. Мне пришлось научиться готовить самому, я сам каждый день заставлял себя вставать и собираться в школу, мои ночи были заполнены тем, что я видел, как то один, то другой парень избивает маму, после чего она прикладывается к бутылке. По ночам я спал на полу в ее комнате, чтобы быть уверенным, что она не захлебнется собственной рвотой. А потом ее не стало, и все эти взрослые говорили мне, что все будет хорошо. - Кон уставился в потолок и покачал головой. - Не было хорошо. Не было хорошо очень долго.

Я наклонился к Кону, обнял его за талию и положил голову ему на грудь. Я был рад, когда почувствовал, как его пальцы играют с моими волосами. Это означало, что он все еще со мной, а не в прошлом, где мог так легко потеряться.

- Я всегда слышал так много плохого о приемных семьях, - сказал я. - Вот почему я так боялся потерять Кристофера и Рори. Если бы у меня были какие-то гарантии, что у них будет лучшая жизнь...

- Это испорченная система, - ответил Кон. - Есть много хороших людей, которые изо всех сил стараются заставить систему работать, но они перегружены работой и им недоплачивают. У меня было несколько хороших семей, которые приютили меня, но, к сожалению, большинство из них занимались этим только ради денег. Пара из них занималась этим по более гнусным причинам.

Я знал, о чем он говорит. Приемные дети были легкой добычей для людей, которым нужен был доступ к детям по самым отвратительным причинам.

- Ты научился никому не доверять, - сказал я, складывая два и два.

- Если быстро не усвоишь этот урок, тебе конец. Единственный, кто за тобой присматривает, это ты сам.

Пальцы Кона скользнули по моей спине. Его прикосновение было легким и нежным.

- А потом я встретил Кинга и, в конце концов, Лекса и понял, что не все лгут. С ними я чувствовал себя в безопасности. Не таким одиноким. Даже когда мы не были вместе, я знал, что есть кто-то, кто заметит мое отсутствие. Это имело большое значение в моем мире.

- Но что-то произошло, - предположил я. По тому, как он говорил, я понял, что все изменилось.

- Лекс исчез около года назад. Он просто исчез из виду. Он по-прежнему писал и отправлял электронные письма, чтобы сообщить, что с ним все в порядке, но я знал, что что-то не так. Мы все беспокоились о нем. Я, Лука, Вон, Кинг. - Кон помолчал, прежде чем добавить: - Сначала я пытался найти его, но Лекс знал, как заметать следы.

- Это, должно быть, напугало тебя, - сказал я. Зная то, что я узнал о Коне, он сделал бы все, что в его силах, чтобы убедиться, что его младший брат в безопасности. Итак, не зная, где находится молодой человек, не имея никакого контроля над тем, что с ним происходит, Кон, должно быть, был в отчаянии.

- Так и было. Я все пытался понять, что сделал не так, что заставило его прятаться от нас, от меня. Когда несколько недель назад он появился в доме Луки, я испытал такое облегчение, что сначала даже не заметил.

- Чего не заметил? - Мягко спросил я.

- Что он слепой.

- О Боже, Кон, мне так жаль. Когда ты сказал, что он потерял зрение, я не понял, что это случилось совсем недавно.

Кон покачал головой. Каким бы растерянным он ни был, его прикосновение к моей спине все еще было нежным.

- Я так злился на него за то, что он не сказал мне. Вот почему он исчез. Он знал, что слепнет, и не хотел, чтобы кто-нибудь из нас знал.

- Он пытался защитить тебя, - сказал я.

- Отчасти так оно и было, - согласился Кон. - Но он также знал, что, когда я узнаю, то захочу… Я бы захотел...

- Исправить это, - добавил я. - Исправить его.

- Он был прав, - сказал Кон. - Я бы не остановился, пока не нашел бы решение. Я отвечал за него. Я всегда буду отвечать за него.

Я подвинулся так, что оказался у Кона на груди. Я заставил его посмотреть на меня, когда сказал:

- Это не причина. Он не ответственность. Ты любишь его. Он твой брат, и ты хочешь, чтобы у него было все.

Кон закрыл глаза и кивнул.

- То, что он не сказал, подорвало твое доверие, - догадался я. Было что-то, о чем Кон мне не сказал. Я не был уверен, откуда это знал; просто я понял это по тому, как он держался.

- Кинг знал. В конце концов, Лекс рассказал все Кингу. Где он был, что он слепнет...

- Но Кинг не сказал тебе, - понял я. - Черт, Кон, это должно быть больно.

- У нас не было секретов друг