Прощенный: КОН - Слоан Кеннеди

нему сзади. Неудивительно, что Мика подпрыгнул, когда я положил руки ему на бедра, но прежде чем он успел отреагировать как-либо иначе, повернул его голову и прижался губами к его губам. Он застонал, когда я поцеловал его, и мне было совершенно все равно, когда его влажные пальцы, от которых слабо пахло чистящими средствами, потянулись к моему лицу, когда он изогнулся в объятиях. Я не торопился, занимаясь любовью с его ртом, и к тому времени, когда я отпустил его, мы оба задыхались.

- Доброе утро, - прошептал я ему в губы.

- Добрый день, - поправил Мика. Его руки лежали у меня на плечах.

У меня хватило здравого смысла прихватить футболку по пути вниз, но теперь я немного жалел об этом, потому что было бы приятно ощутить прикосновение его кожи к своей. Это то, что я должен исправить сегодня вечером.

Я просто чертовски надеялся, что он согласится. Теперь, когда он был в моей постели, вернее, в его постели, я понял, что одного раза будет недостаточно. Я знал, что никогда больше не смогу спокойно спать без него в объятиях.

- Извини, кое-кто не давал мне спать своими разговорами всю ночь, - ответил я.

Мика рассмеялся и легонько толкнул меня.

- Твой завтрак в микроволновке, - сказал он.

Я заставил себя отпустить его и подошел к микроволновке.

- Где дети? - спросил я.

- Снаружи.

Все это было так по-домашнему, но я наслаждался каждой секундой. Накануне вечером Мика спросил, какие у меня планы на карьеру, поскольку предстоящий бой будет последним. У меня не было ответа, потому что и сам толком не знал. У меня было множество разных вариантов, но ни один из них не казался мне подходящим. Возможно, я просто не хотел брать на себя какие-либо обязательства в тот момент. Но когда я потянулся, чтобы нажать кнопку разогрева в микроволновой печи, то понял.

- Вот это, - услышал я свой голос.

- Это что? - Спросил Мика.

Я обернулся и увидел, что он наблюдает за мной.

- То, чего я хочу, - признался я. - Я хочу просыпаться так каждое утро. Желательно, чтобы ты был рядом со мной, но если тебе удастся выскользнуть из нашей постели, я хочу иметь возможность делать это.

- Что? Завтракать?

Я улыбнулся. Я мог сказать, что Мика шутит. Сам факт, что он чувствовал себя достаточно комфортно рядом со мной, чтобы делать это, был доказательством того, как далеко он продвинулся за последние несколько недель.

Румянец окрасил его щеки, когда он сказал:

- Я тоже.

Это было так просто.

И в тоже время нет.

То, что мы хотели одного и того же, не означало, что мы могли этого добиться. Наши жизни были настолько далеки друг от друга, насколько это вообще возможно, не говоря уже о слоне, который, вероятно, всегда будет в комнате - то, что я сделал с его братом. Как бы мне ни хотелось верить, что мы сможем преодолеть это, я не был уверен, что у нас действительно получится.

Я хотел строить с ним планы.

Я хотел давать обещания, которые намеревался сдержать, но знал, что он не готов их услышать. Не после одной проведенной вместе ночи.

Я вздохнул и повернулся обратно. Когда микроволновка запищала, я отодвинул тарелку, на которой лежала яичница с беконом, подошел к столу и сел. Появился Мика с вилкой и ножом, а затем принялся рыться в холодильнике в поисках одного из протеиновых коктейлей, которые я обычно пил сразу после еды.

- Я приготовлю тебе свежий кофе, - сказал он.

Я буквально запихивал еду в рот, потому что она была вкусной, и к тому же я умирал с голоду. Я был рад, когда Мика поставил передо мной чашку кофе, а затем подсел ко мне поближе со своей чашкой. С любым другим парнем у меня бы руки чесались избежать утреннего разговора, но, как бы ни нервничал из-за предстоящего разговора с Микой, я был рад, что он произойдет.

Мне нужно было знать, как обстоят дела.

Мне нужно было знать, что прошлая ночь была не единственной.

Мне нужно было подтверждение того, что он чувствует то же, что и я.

- Ты сегодня уезжаешь в Вегас? - Спросил Мика. Услышав этот вопрос, я как раз делал глоток кофе, так что чуть не подавился им от удивления.

- Что? Нет, - сказал я, заметив обеспокоенное выражение лица Мики.

- Разве нет?

Я покачал головой.

- Нет. В смысле, я должен быть там через пару недель, чтобы начать тренироваться, но нет, не сегодня.

Мика кивнул, но ничего не сказал. Я попытался прочесть выражение его лица, но он опустил глаза и начал теребить ручку своей кофейной чашки. Нервы взвинтились, когда я понял, что, возможно, был неправа насчет вчерашнего вечера.

- Думаю, нам стоит обсудить, что будет дальше, - пробормотал я.

Мика кивнул. Затем он достал из кармана листок бумаги и положил его передо мной.

- Думаю, я все записал, но, может, убедишься, что я ничего не пропустил.

У меня внутри все сжалось, когда я развернул бумагу и увидел строки и столбцы, заполненные цифрами. Это был отчет о том, сколько Мика должен за все, что я купил ему и детям. Но он пошел еще дальше и включил такие вещи, как стоимость еды и даже аренды. В другой колонке была указана зарплата, о которой мы с ним договорились.

Сумма, которую он якобы должен был мне, была значительной, но мне было на это наплевать. Мне захотелось скомкать бумагу в руках, но я заставил себя сохранять спокойствие и спросил:

- Ты, правда, хочешь поговорить об этом?

- Это все, о чем я умею говорить, - пробормотал Мика.

Я вздохнул, отодвинул лист и попытался встать. Его пальцы тут же сомкнулись на моем запястье и сжали его.

Сильно.

- Мне это нужно, Кон. Потому что, какой бы потрясающей ни была прошлая ночь, это моя реальность. У меня двое детей, которые зависят от меня в том, что касается правильного выбора. Они нуждаются в будущем и заслуживают его. Я не понимаю, что произошло прошлой ночью. Я не понимаю, что чувствую. Я не говорю, что нам нельзя говорить о прошлой ночи, но она не должна быть частью этого. - Он дернул подбородком в сторону листка бумаги. - Я знаю, что вел себя так, будто