Сапфировое сердце для темного принца драконов - Ирина Эльба

Одна рука легла на талию, прижимая к чужому телу. Вторая зафиксировала локти, мешая двинуть наглецу. Горячее дыхание опалило кожу ушка вместе с шепотом:

— Лазурная, а тебе не говорили, что подслушивать — не хорошо?

Риордан, чтоб его, Обсидиан! Вот умеет же он подкрадываться. Хотя, это семейное. Алмаз тоже пользовался подобным трюком. Только он в прошлый раз застал меня в более пикантной обстановке, за подсматриванием. Сейчас, можно сказать, повезло. Но не сильно.

— Не Лазурная, а Сапфировая, принц. И я не подслушивала!

— Да-да, просто любовалась пустой стеной.

Стена, к сожалению, действительно была голой.

— Любовалась работой мастера, что красил этот участок, — съязвила я и охнула от действий мужчины.

Острые зубы сомкнулись на мочке, слегка сжав и оттянув ее. От этого нехитрого движения по телу прошла приятная волна мурашек, заставляя вздрогнуть и поежиться.

— Лазурная…

— Сапфировая, — поправила снова.

— Нет, Арллин, Лазурная. С княгиней Сапфировой мы не знакомы и это накладывает определенный отпечаток на наши отношения. А вот студентку Лазурную я очень неплохо знаю. Не только как привлекательную девушку, но и как стража Сапфирового сердца. Не хочешь поговорить об этом?

— Не особо. И вообще, в данный момент у меня есть более важные дела!

— Да, я слышал, ты что-то говорила про убийство. Могу помочь спрятать труп.

— Понятия не имею, о чем вы, принц. И отпустите меня!

— Зачем?

— В смысле — зачем?

— Мне все нравится. Так зачем я должен тебя отпускать?

— Потому что не нравится мне!

— Неужели? — мурлыкнул этот тип, который вроде как дракон.

А затем слегка отстранился, чем я тут же воспользовалась, чтобы развернуться. Зря! Зря я это сделала! Не просчитала коварный план мужчины, за что тут же поплатилась.

Меня снова прижали к стенке, но теперь все это сопровождалось внимательным взглядом золотых глаз. Они отметили, как расширился мой зрачок и слегка приоткрылись губы. В возмущении, честно!

— Значит, не нравится, что я тебя обнимаю?

— Конечно, ведь это верх неприличия!

— И не нравится, когда прикасаюсь?

— У вас для этого есть невесты. Как выяснилось недавно — целых десять!

— Что ж, будем исправлять.

— Что именно? — спросила настороженно, не сводя взгляда с мужчины.

— Все и сразу, — коварно протянул дракон и стал нарочито медленно склоняться к моему лицу.

103

Борьба взглядов. Смешавшееся дыхание. Его упорство и моя растерянность вперемешку с предвкушением.

Разум кричал: «Нельзя, Арллин!», а внутренний голос коварно шептал: «Но если очень хочется, то можно!». Мне… хотелось. Несмотря на понимание, что это чужой жених. Несмотря на императора и дядю за стеной. Несмотря на все-все…

Обсидиан коснулся костяшками пальцев моей щеки. Слишком нежно и интимно для постороннего, по сути, мужчины. Приласкал, очертив линию подбородка, и скользнул вниз. По шее к плечу, а оттуда снова вверх. Только теперь обхватывая затылок и фиксируя голову. Коварный ход. В духе этого бессовестного ящера.

Глаза в глаза.

Между нашими губами почти не осталось расстояния.

Еще немного и…

— А чего это вы тут делаете? — раздался любопытный голос, вторгнувшись в наш уютный мирок.

Если бы можно было отскочить, я непременно это сделала! Но за спиной — стена, спереди — крайне недовольный дракон. А злостными нарушителями нашего уединения были Алмаз и Якша, — восседающий на его плече. Появилось стойкое чувство дежавю!

— Брат, тебя не учили стучать? — с рычащими нотками спросил Обсидиан, смерив обоих незваных гостей убийственными взглядами.

— Мы стучались! Но вы не ответили. Что возвращает нас к насущному вопросу: чем это вы так увлеклись.

— А на что это похоже?

— На попытку поцеловать потенциальную мачеху. И у нее есть все шансы стать фактической, если мы не вмешаемся в общение императора и князя Сапфирового.

Я при этих словах вздрогнула и вспомнила, чем собиралась заняться до появления Риордана.

— Сами не разберутся? — вздохнул старший принц.

— Увы, требуется ваше присутствие. Так что заканчиваем с обжиманием и дружно шагаем в светлое будущее!

— Ну, так себе оно светлое, конечно, — фыркнул Якша, чьему присутствию я была крайне рада. Я ведь переживала, как он после обряда. Выжил или… Кстати, я так и не поняла, кто он. То ли божество, то ли какая-то другая форма высших сил.

— А что тебе не нравится?

— Начнем хотя бы с того, что из-за вашего вмешательства Арллин не станет императрицей!

— Кому сейчас легко? — фыркнул младший принц и подмигнул мне. — Зато останется жива, и даже со своими силами.

— Если станет императрицей, то…

— Так, ящерица, я не могу понять — ты за кого? Что за пропаганда?

— Просто мысли вслух. — Мелкий ящер развел лапки в стороны, а затем коварно подмигнул мне. Вот же… провокатор!

— Нет, ну если ты так ставишь вопрос, тогда оставляем этих двоих наедине. Пусть налаживают теплые родственные отношения. Правда, вряд ли Лазурная долго проживет. У отца весьма ревнивая фаворитка.

— Ревнивая и бессменная на протяжении вот уже пяти лет, — добавил Обсидиан, хмыкнув. — Так что попытки женить императора на ком-то другом заведомо провальные.

— Но князь-то об этом не знает и сейчас дойдет до предложения сделать свою дочурку второй женой. В целом — я бы на это посмотрел! — мечтательно закатил глаза Алмаз, а я испытала желание огреть его чем-нибудь тяжелым. Вон тем увесистым канделябром, например!

— Лазурная, почему мне не нравится выражение твоей моськи? — спросил проницательный Алмаз. — Напоминаю, что мы в одной команде и меня нельзя обижать!

— Во-первых, сегодня я не Лазурная, а Сапфировая. Во-вторых, как можно отказывать девушке в маленьких радостях?

— От твоих «радостей» империя имеет все шансы потерять самого перспективного наследника! Так что прибереги кровожадность для дядюшки. Видят боги, он заслужил. И если ты сама его не удавишь, то это сделаю я!

Кажется, впервые за все время знакомства я видела младшего принца таким злым. Хотя, это была не злость, а настоящее бешенство. Ему тоже крайне не нравилось все, что происходило в соседнем помещении. А про Обсидиана и вовсе молчу. Он тщательно контролировал выражение лица, но глаза… Глаза его выдавали. Там плескалось драконье пламя, грозя сжечь всех неугодных.