Сопротивляясь ей - Кендалл Райан

любовью. — Он подавил дрожь при воспоминании об этом. — Со мной никогда раньше такого не было. Я влюблен в тебя, Саванна. Безнадежно и окончательно. Я принадлежу тебе, детка.

Ее губы растянулись в легкой усмешке, и она сглотнула. Ему до боли хотелось поцеловать ее, но он не знал, позволено ли это. Ему никогда раньше не приходилось унижаться. Он всегда был тем, кто отказывался от отношений, но никогда не искал их.

— И я объяснил Эбби, что нам обоим нужно двигаться дальше. Я больше не собираюсь ее видеть. Я твой. Я принадлежу тебе, Саванна. Так будет всегда.

Внезапно Саванне показалось очень уместным, что он стоит перед ней на коленях.

Прошло два удара сердца, а Саванна все еще молчала, не сводя с него глаз. Она поднесла руку к его заросшей щетиной щеке и задержала ее там.

— Я знала, что влюбляюсь в тебя, но потом, когда я увидела… ее... и узнала, что ты встречался с ней за моей спиной все это время, это уничтожило меня.

— Нет. — Он накрыл ее руку своей, прижимая к своей коже. — Не говори так. Я не могу смириться с тем, что причинил тебе боль. Пожалуйста, позволь мне это исправить.

— Дай мне закончить. — Саванна расправила плечи, словно, обретя самообладание от этого маленького движения. — Я знаю тебя совсем недолго, но ты заполнил мое сердце. Ты стал для меня всем. Благодаря тебе впервые в жизни у меня появился шанс быть собой, стать той, кем я хотела. Ты помог мне без всякой собственной эгоистичной мотивации. И, наверное, мне не следует этого делать, но я тебе доверяю. Я всегда доверяла тебе, с самого начала. Если ты говоришь, что больше с ней не встречаешься, тогда я тебе верю. Но не смей снова нарушать мое доверие.

Он улыбнулся, ему понравилась сила, которую он услышал в ее голосе. Видеть ее рост и уверенность в себе было сексуально. Он откинул ее волосы с залитого слезами лица, страстно желая поцеловать ее, забрать всю ее боль.

Прекрати думать своим членом, придурок.

— Я ненавижу, что заставил тебя плакать. Я ненавижу видеть тебя такой, — признался Коул, проводя большим пальцем по ее щеке нежными кругами.

Взгляд Саванны стал пристальнее.

— Даже если бы я была убита горем без тебя, Коул, я бы не была сломлена, как Эбби. Я не она. Я не хочу, чтобы ты ходил вокруг меня на цыпочках или боялся говорить правду, потому что она может мне не понравиться. Если у нас будут отношения, они должны быть на равных. Я хочу быть твоим партнером, а не твоим проектом.

Коул молчал несколько долгих секунд, пытаясь понять ее мольбу.

— Я знаю, что ты не она. Ты удивительная, красивая, сильная женщина, которая полностью владеет моим сердцем, черт возьми, всем моим телом. Я никогда никого так не любил, Саванна. Ты для меня все, и я хотел оградить тебя от всего этого гребаного дерьма из моего прошлого. Мне тоже не нужен проект, но я всегда буду твоим защитником. Вот так я устроен, детка. Я никому и ничему не позволю причинить тебе боль.

Она кивнула.

— Окей. Я просто хотела, чтобы ты понял. Ты не можешь так меня сломать, так что не скрывай от меня ничего. Если это сработает, ты должен общаться со мной с предельной честностью.

— Я могу это сделать. — Он улыбнулся, и взгляд Саванны скользнул по его губам. — Детка? — спросил он, наклоняясь ближе, его взгляд метался между ее глазами и ее губами.

— Да? — Ее голос был таким же задыхающимся, как и он сам. Эффект от ее близости был головокружительным, опьяняющим.

— Если ты хочешь полной честности… Мне сейчас нужно поцеловать тебя.

Язык Саванны смочил ее нижнюю губу, и Коул наклонился вперед, запечатывая их рты в страстном поцелуе.

* * *

Коул ощущал приятный вкус. Слишком хорошо. Саванна погрузилась в наслаждение, в ощущения. Ее мозг изо всех сил пытается уступить контроль своему телу.

Дверь начала сотрясаться от сильных ударов.

— Эм, Коул? — приглушенный голос Мариссы донесся из коридора.

Дерьмо!

Коул поднял голову.

— Мы заняты, — крикнул он в сторону двери.

Глаза Саванны метнулись к дверной ручке, пытаясь вспомнить, заперли ли они ее. Она не ожидала, что Марисса ворвется или что-то в этом роде. Но, боже, она не могла представить себе ничего более неловкого. Ее джинсы были спущены до лодыжек, а лицо Коула было спрятано... Ну, где-то в очень хорошем месте.

Марисса постучала снова, на этот раз более настойчиво.

— Я рада слышать, что ты... м-м-м... занят... и мне плевать, что ты пьян и в моей квартире. Однако меня волнует, что ты, бл*дь, достаточно громкий, чтобы разбудить половину здания. Пошлите, я отвезу вас, ребята, домой, — позвала она.

Жар вспыхнул на щеках Саванны. Черт. Она была слишком громкой?

— Просто дай нам еще несколько минут, — прорычал Коул.

Саванна попыталась встать, пытаясь поправить одежду, но Коул удержал ее на месте.

— Останься.

— Мы не можем... мы должны идти.

Он покачал головой, наклонился и прикусил внутреннюю часть ее бедра.

— Мы сделаем это. Но я хочу, чтобы ты кончила первой, — прошептал он. Его дыхание пробежало по ее сердцевине, и волна сырости поднялась у нее между ног.

— Коул... — взмолилась она прерывающимся голосом.

— Ш-ш-ш. — Он снова сдвинул ее трусики в сторону, чтобы ее набухшая розовая плоть была полностью выставлена напоказ. — Позволь мне закончить заботиться о тебе, а потом мы пойдем. — Его рот накрыл ее чувствительную плоть и, отбросив в сторону деликатность, он жадно впился в нее, облизывая и посасывая, пока Саванна снова не начала извиваться. Она громко застонала, и Коул поднял руку и зажал ей рот, он наблюдал за ее реакцией, пока ртом продолжал свое жадное проявление.

Она почти соскользнула с кожаного кресла, но давление лица Коула между ее ног удержало ее на месте. Она должна была чувствовать себя смущенной, ошеломленной его доминированием, но вместо этого она просто чувствовала себя любимой. Невероятно лелеемая и любимая. И, похоже, это восхитительно.

Коул сосредоточился на ее интимной плоти, находя ритм, который уничтожил все мысли о Мариссе, ожидающей по другую сторону двери.

Саванна кончила жестко и быстро, ее бедра приподнялись со стула, а руки вцепились в волосы Коула.

Ее тело содрогнулось от неистового освобождения, и когда она открыла глаза, то с удивлением обнаружила себя в объятиях Коула. Он поднял ее со стула и прижал к своему телу, ее ноги повисли в нескольких дюймах от пола. Он поцеловал ее