На краю тумана 2 - Мери Ли

– Мы не должны оставлять ее. Мы ведь семья, – давит она.

– Лея, Мишель мертва, – как можно мягче произношу я.

От этих слов снова становится погано. Будто и не было поездки с Диланом. Смеха и словесных перепалок.

– Нет, – спорит Лея, отрицательно качая головой.

– Теперь только ты и я. Мишель больше нет.

Лея отрицательно качает головой. Так агрессивно, что ее волосы хлещут меня по щекам.

– Ты лжешь! Это они тебя подговорили! – кричит тетя и толкает меня в грудь.

Непроизвольно делаю шаг назад.

– Лея, – начинаю я миролюбиво, но она продолжает укорять меня. Молча жду, когда тирада стихнет, и спокойно произношу:

– Если ты не прекратишь кричать и драться, то вернешься в багажник.

Впервые за все годы Лея смотрит на меня, как на предателя. Кивает и молча забирается на заднее сиденье автомобиля. Сжимаю пальцы в кулаки, прикрываю веки и глубоко дышу около минуты.

Когда-нибудь все наладится.

Когда-нибудь Лея прекратит разговаривать с Мишель.

Когда-нибудь я буду счастлива.

Когда-нибудь…

Глава 22

Застолье удалось на славу. Все наелись кроличьего мяса, напились чая и придавили все это лепешками, которые Мегги печет в интересном приспособлении во дворе. Она называет это печью. Верю ей на слово, ведь я подобных сооружений из кирпича и металла никогда не видела.

Нас обещают помыть в бане, построенной Николаем еще четыре года назад. Ольга мне объяснила, как там мыться и что не стоит бояться жара, это, видите ли, нормально, так и должно быть. Я бы предпочла сначала помыться, а потом садиться на стол, но не стала спорить с хозяевами дома, которые приютили нас и накормили такую толпу.

За столом я почти не говорила, присматривала за Леей и слушала остальных. Узнала, что Николай, Ольга и их дочки приехали из России буквально за две недели до наступления апокалипсиса. Они должны были навестить сестру Ольги, но этого так и не случилось. Не имея своего жилья, они осели на давно заброшенном ранчо. Кроме покосившегося домика и развалившейся стены неизвестного происхождения, тут ничего не было.

Николай рукастый, Ольга несколько раз его так называла и при этом с гордостью смотрела на мужа. Всего за год с прихода тумана он построил уйму всего: выкопал колодец, теперь у них всегда есть пресная вода; соорудил баню, они, в отличие от нас, живут в чистоте и имеют возможность стирать вещи хоть каждый день. Кроме этого Николай сделал загон для лошадей, кур и свиней. Где он взял животных, никто не спрашивал. Семье Ольги удалось сделать то, о чем мы с Мишель мечтали. Тихое место, добрые люди рядом, свой двор и никакого контроля и опасности от сильных мира, как было в Луче.

Я рада, что хоть кому-то удалось воплотить нашу мечту в реальность. Мне подобное не провернуть. Я даже не знаю, насколько глубоко и где именно нужно копать колодец, а без воды никакой оазис не принесет счастья. Я провалилась бы на первом этапе постройки спокойной независимой жизни.

Мегги и остальные – путники, которые проходили мимо ранчо и случайно на него наткнулись. Они остались и теперь держатся друг за друга. Забора по периметру нет из-за чудиков, которые постоянно его сносили. Ночью местные спят в подвалах, которые Николай оборудовал под спальни.

Все заняты своим делом. Кто-то смотрит за огородом, кто-то за животными. Другие ходят на охоту. Мегги готовит и присматривает за дочерьми Ольги и Николая.

– И не страшно вам тут одним? – спрашивает Док, удовлетворенно поглаживая сытый живот.

– Страшно, – признается Мегги, откладывая ложку в сторону. – Но мы ничего не можем поделать со страхом. Сейчас везде опасно.

Николай глубоко вдыхает и протяжно выдыхает.

– От людей больше бед, чем от измененных. – Он вонзает взгляд в Дилана и продолжает: – Нас периодически грабят. В прошлом году проезжающие угнали весь скот и увезли с собой Беатрис.

– Увезли? – непонимающе спрашивает Док.

С Беатрис меня никто не знакомил. Красивое имя, я бы его точно запомнила. Кошусь на девочек, которые разместились по правую руку от матери, у них другие имена. Мегги и Ольгу я запомнила, а вот Беатрис… ее увезли и не вернули.

– Ей было двадцать. Она была красива, – тихо сообщает Ольга потупив взгляд.

Большего объяснения и не нужно. Воображение дорисовывает незавидную участь Беатрис.

– Вам необходимо оружие и защита. Поставьте ловушки на подходе, – предлагает Эрик. – Так нельзя, вы живете, как на ладони.

– В ловушки могут попасть хорошие люди, вроде вас, – с печальной улыбкой произносит Ольга. – В мире столько ужаса, но мы не хотим тащить его в свой дом. Здесь этому не место.

Ума не приложу, почему их до сих пор никто не съел.

Арчи и молодые местные парни сидят с краю и тихо переговариваются между собой. Пару раз замечаю на лице Арчи улыбку и от этого становится немного легче. Он переживает страшные времена, и я рада, что общение со сверстниками хоть как-то вытаскивает его из печальных мыслей. Я не злюсь на Арчи за обзывательства в сторону Леи, он еще не научился держать язык за зубами и произнес вслух то, о чем остальные только думают.

– Ловушки у нас только в лесу и сети в реке, – рассказывает Николай. – Из оружия есть ружья, но патронов слишком мало. Поэтому мы ими не пользуемся.

– А в ближайшем городе? – спрашивает Луиза, которая сразу же заняла место за столом рядом с Диланом. Подкладывает ему еду. Того глядишь, и салфеточкой рот начнет вытирать. Какая мерзость. – Там должны быть боеприпасы.

– Мы уже шесть месяцев не уходим от дома дальше необходимого, – отвечает Ольга. – Так безопаснее.

– Мы оставим вам немного патронов и некоторые лекарства, – обещает Дилан, глядя в глаза главе семейства. – Но рано или поздно вам придется посетить город. Не все будут согласны воспользоваться вашим гостеприимством и просто поехать дальше.

– Я понимаю, – говорит Николай. – Но больная нога делает меня обузой, а малышню отправлять на верную смерть я не буду.

Парни за столом кривятся, им не нравится, что Николай считает их детьми, но они даже не подозревают, насколько подобная забота ценна. Мишель была такой же. Она оберегала меня, как