Принц ночи - Лорен Палфриман

— Серьезно.

— Осторожнее, Каллум. Некоторые вещи не изменить.

Они оба, кажется, затаили дыхание. Каллум качает головой.

Блейк вздыхает, его стул скрипит по кафелю, когда он отодвигает его и встает. Он прикусывает нижнюю губу, затем постукивает по поверхности стола кончиками пальцев. Я думаю, он пытается что-то сказать Каллуму, но тот смотрит на свои сцепленные руки.

Покачав головой, Блейк проходит мимо собравшихся волков и направляется ко мне.

Не может быть. Каллум не допустит. Роберт усмехается, а другой волк присвистывает.

Каллум ничего не делает.

Ничего.

Я стремлюсь покинуть свое тело, раствориться в темноте, где никто не сможет меня найти. Шум вокруг становится все тише, пока я пытаюсь освободиться от оков. На мгновение я словно возвращаюсь в Церковь Света и Солнца, где меня держат Сестры Солнца, а Верховный жрец медленно приближается. Меня охватывает ощущение беспомощности. Как и тогда, никто не приходит на помощь.

Каллум не вмешивается.

Тепло и аромат Блейка окутывают меня, и он встает рядом, заслоняя от мужчин, которые смеются и издеваются надо мной. Выражение его лица становится серьезным. Хотя он и скрывает свои эмоции от меня, я чувствую его нежелание.

Качаю головой.

— Не надо.

Он касается моего бицепса и, проводит рукой до запястья, касается большим пальцем кожи между веревкой и моим телом. Задерживаю дыхание, чувствуя, как он проверяет, насколько крепко я связана. Как всегда, с ним, я не знаю, поможет он мне или сделает только хуже. Я понимаю, что он не хочет меня целовать.

Он обхватывает мое лицо обеими руками, его прикосновения нежные, но твердые. Его губы находятся на расстоянии вздоха от моих.

— Мне жаль, Аврора, дорогая.

И затем его губы касаются моих.

На мгновение поцелуй жесткий и неумолимый, но затем смягчается. Его темнота окутывает, а сосновый аромат обвивается вокруг, словно смертоносная змея, не желающая отпускать. Его сердцебиение отдается у меня в ушах, громкое и неровное.

Чувства, которые мне не принадлежат, чувства, которые я не могу понять, смешиваются с моим страхом и гневом, и я не могу дышать. Слово грохочет в моей голове. Неосязаемое. Дикость, таящаяся внутри меня, начинает подниматься. Моя кровь бурлит, клыки ноют. Все тело болит. Я словно темная, бесконечная, ноющая пустота, которую нужно заполнить. Словно бесконечный крик, растущий, неистовый, замурованный в камне. Я не могу этого вынести.

Приоткрываю губы, и он скользит своим языком по-моему. Его хватка на моем лице становится крепче. Отшатываюсь, и Блейк замирает. В его глазах вспыхивает волчий огонь. Зрачки расширены, а радужка окрашена тем же расплавленным золотом, что течет по моим венам.

Воздух наполняется насмешками. Блейк делает глубокий вдох. Я замечаю какое-то движение за его спиной. Дыхание Каллума становится чаще, ноздри раздуваются. Он выставляет свои эмоции на всеобщее обозрение, и боль в его глазах кажется чрезмерной, учитывая, что он мог бы предотвратить эту ситуацию.

Блейк оглядывается через плечо. Между двумя мужчинами, похоже, что-то происходит, и Каллум пытается скрыть свою боль. Он наклоняет голову.

Внезапно Каллум пинает стул Кеннета, а Блейк бросается на Дункана. Секунду спустя Кеннет и Дункан оказываются на полу, а Блейк держит кинжал Дункана. Он использует лезвие, чтобы разрезать мои путы, в то время как Каллум бросает стул в сторону Джеймса. Джеймс с ревом отскакивает в сторону.

Я отшатываюсь в испуге, когда веревка падает на пол. Блейк обнимает меня за талию и прижимает к себе. Он отводит нас обоих к колонне, чтобы заблокировать удар меча одного из мужчин в зеленом килте. Звон стали о камень эхом отдается в моих ушах. Блейк отталкивает меня, поворачивается и ударяет мужчину коленом в пах, а затем проводит лезвием по его горлу.

Каллум отодвигает другой стул, бьет Кеннета по лицу и направляется к Джеймсу.

— Брат, я бросаю тебе вызов за Волчий трон. Сразись со мной сейчас, или…

В этот момент сводчатое витражное окно в одной из стен бального зала разлетается на мелкие осколки. Они с Джеймсом закрывают лица локтями, чтобы защититься. Блейк уворачивается от другого мужчины, его кинжал становится все более окровавленным, а его жертва падает на пол. В центр зала закатывается камень.

В следующий миг в комнату с улицы врываются люди, их крики заполняют пространство. Под их сапогами хрустит разбитое стекло. На груди у каждого изображена звезда Пограничья. Альфы обнажают мечи и разворачиваются, чтобы встретить их в бою. Александр явно отправил их атаковать, а не вести переговоры об обмене. Еще больше волков Джеймса выбегают через двойные двери, чтобы присоединиться к битве.

Джеймс встречается со мной взглядом.

— Мне нужна девчонка! Кто-нибудь, приведите девчонку!

Он шагает в мою сторону. Каллум бросается на него, хватает за талию и сбивает с ног. Они падают на кафельный пол с таким грохотом, что люстра начинает дребезжать.

— УБЕРИ ЕЕ ОТСЮДА! — рычит Каллум на Блейка.

Блейк хватает меня за запястье.

— Пора идти, малышка…

Он притягивает меня к своей груди и разворачивает нас обоих. Внезапно по бальному залу раздается громкий треск. Раскаленная добела боль пронзает мое плечо, и мы с Блейком одновременно стонем. Раздается еще один треск, и я чувствую его снова, немного ниже. Мои ноги подкашиваются.

— Блядь, — шипит Блейк, прижимаясь к изгибу моей шеи. Он крепко обнимает меня. Моя боль утихает, но дыхание Блейка становится прерывистым.

В другом конце комнаты один из людей Александра держит мушкет. Адреналин бурлит в крови. В Блейка стреляли. Дважды. Мужчина поворачивается и направляет свое оружие на другого Альфу.

Обнимаю Блейка за плечи и стараюсь удержать его на ногах.

— Блейк! Ты… — Слова застревают у меня в горле.

По пустому пространству, где когда-то была стена, неторопливо прогуливается высокий мускулистый мужчина. Его черные волосы выбриты наголо, а на ногах — дорогие бриджи и тонкое черное пальто, расшитое узорами. Этот контраст между брутальной внешностью и изысканным одеянием только усиливает его загадочность. Лунный свет подчеркивает безумный блеск его глаз и шрам, пересекающий бровь.

— Александр, — выдыхаю я.

Сейчас он кажется еще более грозным, чем во дворце. Здесь, где нет ни правил, ни этикета, никто не сможет помешать ему получить желаемое. Он приближается к нам с улыбкой, обнажая идеально белые зубы.

— Привет, любимая, — его голос эхом разносится над хаосом. — Давно не виделись. Я искал тебя.

Глава тридцать первая

Александр уверенно приближается к нам.

— Блейк, нам нужно идти, — шепчу я. — Сейчас же.

Ноги Блейка подгибаются, и мы едва не падаем. Он прижимается лицом к моей шее и тихо стонет. Ощущаю знакомый аромат — запах,