Редаманс - Долорес Х. К

— Детектив Далтон, — коротко отвечает Джо. — Минимум год.

— Мой коллега скоро придет. Он ждет результаты токсикологического анализа, — Далтон садится в кресло напротив нас и расправляет ту же самую папку на столе. — Но я постараюсь сделать это быстро.

Вокруг него витает аура самодовольства, и у меня сводит живот от предвкушения.

Не может быть, чтобы они на самом деле что-нибудь нашли.

Джо откидывается назад, расправляя плечи.

— Я согласен. Давайте побыстрее. Единственное, на чем вы сейчас можете задержать моего клиента, - это косвенные улики, — говорит он, и в его голосе нет обычной теплоты.

Далтон ухмыляется.

— Ну, у нас были косвенные улики, но… — Он мягко машет закрытой папкой в нашу сторону. — ...отчет коронера может свидетельствовать об обратном.

Что?

Мой взгляд метнулся к Джо, который одарил меня слабой ободряющей улыбкой, прежде чем снова обратиться к Далтону.

— Умышленное убийство? — Он приподнимает бровь. — И какова причина смерти?

Далтон перекладывает папку через стол.

— Остановка сердца на фоне острой наркотической интоксикации. Убедитесь сами.

— Передозировка, — вздыхает Джо. — Это не доказывает того, что это сделал мой клиент - или кто-либо еще, - если только у вас здесь нет какого-нибудь чудесного неопровержимого доказательства.

Ухмылка Далтона становится только ярче, когда Джо открывает файл, просматривает его содержимое - и весь его лоб морщится от замешательства.

— Пропранолол?

— Это бета-блокатор, — объясняет Далтон. — В терапевтических дозах его используют для лечения высокого кровяного давления и сердечных аритмий, иногда мигрени и беспокойства. — Он скрещивает руки на груди. — Однако доза, обнаруженная в организме Палмера, была практически смертельной - по крайней мере, в три-четыре раза больше, чем когда-либо назначил бы врач. Судмедэксперт считает, что это, вероятно, привело к остановке сердца в течение пяти или десяти минут.

Иисус Христос.

Брови Джо приподнимаются.

— Понятно. Итак, смерть была преднамеренной.

Далтон кивает.

— Это больше похоже на самоубийство, чем на умышленное убийство, — отвечает Джо.

— Видите ли, я думал об этом, но...

Дверь снова распахивается, входит Брайант и передает Далтону новый отчет.

— Держи.

Далтон принимает файл.

— А это что еще?

— Читай немедленно.

Брайант выходит из комнаты, а Далтон просматривает файл, и его улыбка становится шире.

Что ж, это нехороший знак.

— Так я и думал, — бормочет он, а затем — впервые с тех пор, как вошел, — Далтон смотрит мне прямо в глаза. — Вы беспокоитесь о своем здоровье, мисс Дэвис?

Я смотрю на Джо, который слегка кивает мне, поэтому я отвечаю.

— Э-э-э... Я не знаю. Зависит от вашего определения понятия «беспокоиться о своем здоровье».

— О, вы знаете, — карие глаза Далтона блестят. — Любите салаты. Смузи. Соки. По-моему, вы похожи на девушку, которая пьет много зеленого сока.

— Это имеет отношение к делу, детектив, или вы просто пристаете к моему клиенту? — Вмешивается Джо.

В ответ Далтон берет распечатанную фотографию из нового отчета и протягивает ее мне.

— Вы узнаешь это?

Я прищуриваюсь, глядя на него.

Увеличенная фотография немного зернистая и расфокусированная, но...

— Думаю, да, — отвечаю я. — Это было на стойке, когда я нашла Тома.

— Итак, вы знаете, что в нем было? — Далтон нажимает.

— Ты не обязана отвечать на этот вопрос, — вмешивается Джо. — Только если ты хочешь.

Я ерзаю на стуле, чувство страха только растет.

— Он пил зелень каждое утро перед завтраком. Я думаю.

Далтон хмыкает.

— Интересно. Значит, вы заранее знали об этой привычке?

Я ничего не говорю.

— Вы знаете, на месте происшествия у нас не было особых доказательств, — продолжает Далтон. — Но мы провели химический анализ содержимого той бутылки. Хотите угадать, какой пришел ответ? — Он присвистывает. — Следы пропранолола. — Я приросла к месту под пронзительным, неумолимым взглядом Далтона. — Позвольте мне высказать предположение. Когда вы «уснули на диване» накануне вечером, вы добавили немного пропранолола в единственный напиток в холодильнике, зная, что Томас Палмер проснется и выпьет его. Может быть, вы не думали, что он сделает это так рано. Может быть, вы думали, что сможете улизнуть до того, как он...

— И теперь вы пытаетесь добиться признания от моего клиента, — огрызается Джо и наклоняется вперед, тыча пальцем в сторону Далтона. — Допрос окончен. Несмотря на все ваши подозрения, вам все еще еще нужно доказать, что моя клиентка приложила руку к смерти Томаса Палмера, помимо ее присутствия на месте преступления. У нее нет мотива. Нет отпечатков пальцев. Нет других свидетелей. Ваши теории о мисс Дэвис беспочвенны, и, честно говоря, на данный момент вы даже не доказали, что у вас есть обоснованные подозрения, чтобы задержать ее. — Металлический стул скрипит, когда он поднимается. — Я буду говорить с вашим начальником о вашем поведении в этом деле.

Далтон просто откидывается назад, закидывает ногу на ногу и пожимает плечами.

— Если хотите, адвокат, можете поговорить с моим начальником, — говорит он. — Но я думаю, вы измените свое мнение, когда увидите, что еще мы нашли.

Брайант снова входит в комнату, и когда я вижу, что он несет, моя кровь застывает в жилах.

— Я не буду спрашивать вас, узнаете ли вы этот предмет, — саркастически протягивает Далтон. — Учитывая, что это ваше. — А потом он берет сумочку - мою сумочку - у Брайанта и начинает вываливать ее содержимое.

Мой телефон, бумажник и запасной тюбик туши, который я храню в наплечной сумке, вываливаются первыми.

— Признаюсь, я не ожидал, что это будет так просто, — говорит он. — Но в этом есть смысл. У вас не было времени избавиться от него.

Какая-то часть меня уже знает, что он собирается сделать, прежде чем он это сделает. Дребезжание таблеток выдает это, когда Далтон достает из сумочки пузырек с рецептом, этикетка повернута так, что я отчетливо вижу ...

Пропанолол.

У меня замирает сердце.

— Знаете, — продолжает Далтон. — На самом деле я знаком с этим материалом. После того, как пару лет назад у моего датского дога диагностировали сердечную недостаточность, ветеринар прописал пропранолол, чтобы справиться с его симптомами. Дозировка тоже