Каменная кровь - Мия Флор

Я почти готова впустить его в свои девчачьи мечты.

Я выдыхаю и успокаиваюсь.

Но ненадолго.

Николай отпихивает меня в сторону, вновь врезаясь каменным взглядом в Макса.

– Я знаю, что ты здесь по приглашению королевы. – бросает он лекарю. – Интересно, чем ты его заслужил? Не расскажешь? – я ощущаю ехидство в его словах и поворачиваюсь к Максу.

О каких заслугах перед Королевой идет речь?

Макс бледнеет.

– Это секретная информация Ее Величества, и я не вправе ее разглашать. Ты прекрасно это знаешь, Аркас.

– А ты прекрасно знаешь, что мне плевать на твои заслуги перед Королевой. Ее секреты будут надежно спрятаны, если я переломаю тебе шею, не так ли? Возможно, она даже скажет мне спасибо. Запомни, держи свои руки от Анны подальше, если не хочешь, чтобы я их тебе сломал. Я не позволю тебе сделать из нее подопытного кролика.

В голосе Николая чувствуется ядовитая ярость, которой можно убивать. Я замираю от ужаса, что Николай может выполнить свои обещания. Однако, меня цепляет этот разговор.

– Не смей мне угрожать, Аркас. – шипит Макс.

– А то, что? Нажалуешься Королеве? Напишешь донос? Можешь встать в очередь. – Николай хватает Макса за шиворот. – И ты знаешь, что бывает с теми, кто осмелится это сделать. – шипит он ему в лицо.

– Пожалуйста, не надо. – говорю я. – Завтра важный день. Обточка. Приедет Королева. Давайте не будем… Ссориться.

Оба парня медленно переводят на меня взгляд.

Я знаю, получилось коряво и глупо влезать с таким предложением, как будто я пытаюсь разнять двух враждующих мальчишек. Но это все, что пришло в мою голову. Я никогда не была хороша в выборе слов, особенно в таких напряженных ситуациях.

Однако, это сработало.

Николай разжимает воротник Макса, поморщившись так, словно заметив, в своих руках что-то противное.

– Ты. – он поворачивается ко мне. – Надеюсь, ты уже приготовилась к твоей первой поездке на рудники. Запомни, что ты сдаешься. Это приказ. – кидает мне Николай перед тем, как пройти вперед.

Он оставляет меня в жутком смятении. Я готовилась две недели. Он тренировал меня, мучал, заставлял защищаться и атаковать, а теперь просто приказывает сдаться и отправиться на рудники?

Это слишком.

Я не могу подставить моих подруг. Я не могу сдаться, просто потому что Николаю так захотелось.

Умеет же он перекрыть мне воздух!

Я не догоняю его. Я остаюсь стоять рядом с Максом.

– После ужина. – кидаю я ему.

– Ты найдешь меня в больничном крыле. Там нам будет спокойнее. – еле слышно шепчет мне Макс.

Я одобрительно киваю. У меня нет сомнений, что я проберусь туда.

И я это делаю сразу же после того, как заканчиваю ужинать.

Это мой первый раз в просторном помещении больничного крыла Горнила Камня. Оно заставлено койками и пахнущего целебными мазями. Почти как в лазарете.

Макс ждет меня в коридоре, указывая рукой пройти в помещение рядом, там, где располагаются личные комнаты лекарей.

Он плотно закрывает за нами дверь.

– Ты выглядишь уставшей, Анна. – он берет мои руки и рассматривает мозоли на моих ладонях. – Ты слишком много тренируешься. Я дам тебе микстуру, чтобы ты могла взбодриться перед Обточкой.

Я сжимаю кулаки.

– Николай запретил мне участвовать в Обточке. Ты сам слышал.

– Да, но если ты выйдешь на арену, он не сможет прогнать тебя, пока ты не решишь сдаться сама. Так что…

Я вздыхаю с облегчением, пусть и не таким легким, как хотелось бы. Макс поддерживает мое желание участвовать в обточке. Он верит в меня.

– Как Мария, как Бри? – интересуюсь я.

Губы Макса растягиваются в заразительной солнечной улыбке, как и он сам. Он достает пухлый конверт, который оказывается полон рисунков маленькой Марии, один красивее другого. У нее талант к рисованию. Здесь есть даже мой портрет! Она не забыла меня, и помнит каждую черту лица.

– Спасибо Макс. – я поднимаю на него покрасневшие от слез. – Бри остался один?

– Не волнуйся, за ним есть кому посмотреть.

Я аккуратно засовываю внутрь конверта все детские рисунки, словно это самое дорогое, что у меня сейчас есть.

Однако, я знаю, что это не все, что мне хотел показать Макс.

– Ты хотел мне что-то сказать?

С этим вопросом воздух в помещении становится плотным, давящим. Я чувствую, что Макс сейчас скажет мне что-то, что в корне перевернет мою жизнь… И без того перевернутую.

Он нервно сглатывает и приоткрывает рот. Макс не решается сказать все сразу, долго думает, будто просчитывая каждое слово или проверяя меня. Зачем?

Чем дольше он молчит, тем больше я изнываю от любопытства. Это же не может быть настолько серьезным?

Макс поднимает руку к моей голове и ласково заправляет волосы, заставляя вспомнить его нежные прикосновения в лазарете…

Он ведет себя не совсем как друг. Нет…

Возможно, я сама заставила его поверить, что между нами есть что-то большее.

Напомнить ему сейчас, что мы просто друзья и я ему безумно благодарна за все, что он для меня сделал? Нет… Сначала я должна услышать его.

Горячая ладонь Макса скользит на мой затылок, и тянет на себя. Я ошибочно думаю, что он клонит к поцелую, и твердо упираюсь рукой в его грудь.

Макс же склоняется над моим ухом, чтобы прошептать.

– Тебя ищут. Твоя сестра. Нина.

Я отстраняюсь в сторону и жадно всматриваюсь в его глаза. Я ищу подвох. Но не нахожу. Лицо Макса светлое как теплый летний день. На губах – слабая полуулыбка.

А в моей груди бушует ураган, пол вот-вот уйдет из-под ног.

– Она жива… Где она? – спрашиваю я, и это звучит так громко, что Макс прикладывает палец к моим губам, призывая замолчать. – Тебе лучше сначала присесть. – он отодвигает стул и глазами приглашает к нему.

Я не дышу.

Боюсь, что сделаю вздох и все это окажется сном. Не будет ни Макса, ни его новости о Нине.

Бесшумно опускаюсь на стул. Макс успокаивающе поглаживает меня по плечам, а затем, садится напротив. Он не спешит мне выдавать новость, а меня внутри чуть не колотит от ожидания.

– Она уже улетела. Оставила тебе это. – Макс кладет на стол передо мной перо.

Птичье перо.

Пепельное, как цвет волос Нины.

Мое сердце стучит где-то в горле, оглушая своими ударами.

Нина. Перо. Улетела.

Я чего-то не понимаю.

Все это кажется бредом.

– Твоя сестра – маг, Анна. Ты знала об этом? – еле слышно спрашивает