Скандальное наследство. Книга 2 - Лана Кроу

Парящий силуэт четко представил нашему взгляду еще одну гостью сегодняшнего вечера.

– Лера, подойди ко мне, – тихо сказала Амели. – Мне нужна будет помощь. Одна я долго призрак держать не смогу.

Глава 39

Валери

– Посмотри на нее, наплодила детей не пойми от кого, а теперь ходит с видом абы герцогиня, – прошептала одна неприятная тетка другой.

Мы с мамой были на базаре, когда я услышала громкий неприятный разговор за спиной.

– Ищет нового себе, – вторая тетка плюнула в сторону. – Содержанка.

Я сжала кулаки от злости и негодования и уже ринулась высказать наглым хамкам все, что о них думаю, но неожиданно была поймана за плечи.

– Валери, помоги мне лучше выбрать ткань Софи на платье?

– Ты не слышала, что они говорили? – спросила я тогда маму, но она не выглядела злой или возмущённой. Только легонько наклонилась ко мне.

– Они от горя это говорят, малышка. Вся злость в людях исключительно от того, что они несчастны и одиноки. И мы не должны на них обижаться, ведь мы куда счастливее от того, что есть друг у друга.

– Но мы не должны терпеть, когда люди относятся к нам по-плохому!

– И что же мы должны сделать, Лери?

– Сказать им в ответ что-то обидное! – уверенно ответила я.

– И чем мы тогда будем лучше, чем они? – хмыкнула мама и поправила мои волосы. Она всегда поправляла мне волосы или одежду, когда я переживала. Простой ритуал успокаивал меня. – Однажды ты поймешь, что только добро может победить зло. И никак иначе.

Ах, мамочка, сколько лет я вспоминала этот разговор и сколько раз злилась на тебя. Злилась, что ты говорила глупости.

Но однажды настало время, когда я поняла тебя. Момент, когда прозрела. Когда встретила человека, который отнесся ко мне по-доброму и не просил ничего взамен.

И тогда я поняла тебя.

Я думала, что любить это слабость. Но любовь, добро и самопожертвование – самая большая на свете сила.

Мама всегда была умной женщиной. Она была тем редким видом, который сочетал в себе не только внешнюю красоту, но и внутреннюю.

Мама была доброй, отзывчивой и преданной. Мама умела верить в добро и умела любить. Вот только в любви ей сильно не повезло.

Всю свою жизнь она любила только одного человека, нашего с Софи отца. Преступника, того, кто прятался под сотней масок, Ди…

Несомненно, он не видел маминой души. Не видел ее доброго сердца и мягкого характера. Он не слушал, когда она пела в хорошем настроении, и не видел, как плакала, когда он в очередной раз бросал ее на произвол судьбы.

Для Ди моя мама была лишь красивой куклой, не более того, хотя ей и хотелось верить в другое. Она любила его слишком сильно.

Так любить было нельзя.

В хорошие дни он одаривал маму подарками. В плохие забывал о ней на несколько месяцев.

Из-за него мы постоянно переезжали и постоянно прятались.

Из-за него мама становилась объектом сплетен и осуждения, где бы мы ни жили.

Но ему было плевать на то, как тяжело маме. А еще больше ему было плевать на меня.

Я стала ошибкой. Он не скрывал этого. Он никогда не проявлял ко мне внимания или доброты. На самом деле он вообще ничего не проявлял.

Когда он приезжал, мама всегда уходила, чтобы мы не виделись. Такова была его прихоть, делать вид, что меня в его жизни нет.

Но однажды я все-таки его застала. Когда пришла домой с деревенской школы раньше и наткнулась на запертую дверь.

Запреты никогда не останавливали меня, поэтому я обошла дом с другой стороны, думая, что легко влезу в окно.

Но в окне увидела мужской силуэт, который стоял спиной к окну и кричал на мою мамочку.

Кто этот мужчина, я догадалась быстро. Мама рассказала мне об «отце». Но видела его настолько близко впервые.

– Второй ребенок?! – взревел он. – Я велел принимать тебе травы! Я еще не перестал на тебя злиться за эту.

– За Валери! – кричала мама. – Называй ее по имени. Она твоя дочь!

– Дочь мне не нужна, – жестко отрезал он. – Я говорил об этом…

– Твоя магия очень сильная, – чуть ли не рыдала мама, – травы не всегда помогают, когда такой сильный потенциал.

– Тогда избавься от ребенка, – даже сквозь окно я видела, как мама побледнела.

– Нет, – уверенно ответила она.

– Либо этот ребенок, Линда, либо я.

Мама обхватила себя руками, а силуэт замер. Неожиданно меня коснулось что-то темное. Невесомое, но холодное и пугающее, я вскрикнула от черных щупалец.

А вскоре кто-то схватил меня за шкирку, и я оказалась на кухне.

– Пусти ее! – закричала мама. Но Ди выставил руку вперед, и она замерла словно неживая кукла.

– Боишься? – спросил он, наклонившись прямо к моему лицу.

– Нет, – уверенно ответила я и дернулась.

Тогда он отпустил меня, и я рухнула на пол. Но разлеживаться перед ним не собиралась. Быстро подскочила на ноги.

– Что ты сделал с мамой?

Ди смотрел на меня с интересом, как на неведомую зверушку.

– Ты не похожа на Линду, – хмыкнул он. – Строптивая и наглая.

– Может быть, я пошла в тебя, – нашлась с ответом я, отчего брови мужчины поползли наверх.

– Какая твоя магия?

Я не собиралась отвечать на вопрос.

– Отпусти маму…

– Сначала ответь. Какая в тебе магия?

– Бытовая.

Ди вздохнул.

– Мы весьма неплохо начали, но я разочарован.

Ди щелкнул пальцами, и мама упала, я тут же бросилась к ней.

– Мамочка, мамуля…

– Линда, ты сплошное разочарование, – жестко сказал Ди. – Ты постарела. И в целом я уже давно готов с тобой расстаться, но благодаря тебе мы ускорили этот процесс.

Мама тряслась и плакала. Она прижимала меня к себе.

– Не смей так говорить с ней, – кинула я этому негодяю.

– Ты тоже разочарование, – хмыкнул Ди. – Как я счастлив покинуть это место, полное разочарований.

Это было последнее, что он сказал мне и маме. А после исчез из нашей жизни.

Мама тяжело переживала эту потерю. Но старалась не показывать вида.

Мы снова переехали. А после еще раз переехали и еще раз переехали.

Мама родила малышку Софи и перестала плакать так часто.

Она больше не заводила романов, посвятила свою жизнь мне и Софи. Мне кажется, она верила, что Ди вернется.

Простит ее и вернется. Но было очевидно, что больше мы ему совсем не нужны.

Жизнь стала сложнее. Содержать двух