Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

нечаянно свергли. И не потому, что я ох как прониклась ощущением власти и корона мне уж больно шла. Нет. Исключительно потому, что народ тут простой и интригам не обученный. До железной маски они вряд ли додумаются. А свержение по средствам моей несвоевременной кончины меня как-то расстраивало.

Безопасность королевской особы была не просто слабой. Она была вообще никакой! Своих людей во дворце у меня не было. А если они и были у почившей королеву, то, судя по покушениям, сами были не сказать, чтобы уж сильно «ее людьми». Короче, доверять нельзя никому. И как в такой обстановке выживать? Единственно правильный выход оставался в том, чтобы королеву временно спрятать.

Тут возникал второй нюанс: для начала, королева это я. И мне уезжать из замка было нельзя. Потому что сразу всплывет нехватка королевских особ на душу населения. Значит, следовало остаться в образе принцессы. И все бы ничего, но вокруг принцессы трется какой-то интриган, который очень даже может счесть все это хорошим стечением обстоятельств и решить быстро воспользоваться отъездом королевы для восстания и захвата власти. И как с этим бороться? Ведь останься принцесса единственной кандидаткой на престол, и так просто ее никуда потом не отпустят! Наверняка срочно заставят выйти за кого-то там замуж, а потом будут беречь, ожидая рождения наследника. История миров в этом везде одинаковая. А мои дальнейшие планы на жизнь несколько не совпадали с озвученным сценарием. Мне надо было как-то в свой мир возвращаться, а не вот это вот все.

Ну и вот тогда я решила, что пусть планы революционеров лучше путают мирханцы. У них и свой интерес в том есть- их принца как раз под шумок тоже ликвидировать хотят. А я…. а я займусь, пожалуй, открытием глаз родных подданных. Чтобы единство масс пошатнулось настолько, что при сигнале к мятежу толпа не сразу похватала вилы и сковородки, а сперва хотя бы задумалась, против кого их поднимать.

— И почему Вы думаете, Мистрель, что челядь резко пересмотрит свое негативное отношение к королеве после того, как она уедет? — заинтересованно пытал меня ворон.

— Наивная ты птичка, Крул, — вздыхала я, проверяя, видно ли оставленные для прислуги конверты на столе и тщательно поправляя на груди корсет, скрывающий вмонтированный в меня кристалл- Они же не от того, что меня нет передумают. А от того, что я осталась!

— Я несколько запутался, — жалко вздохнула птица.

— Не мудрено, — ухмыльнулась я- В общем, я к чему? К тому, что хорошо превозносить принцессу, как идеального правителя и свято в это верить. Потому что она правителем-то никогда не была! Только в их нездоровом воображении прочно засело, что как только власть перейдет к красотке с чистым сопрано, так сразу в стране наступят мир и благоденствие. А по факту все несколько иначе. Управление это вам не лягушечкам петь. Им почему королева не нравится?

— Потому что она Темная, — чуть подумав, уверенно кивнул ворон.

— Ну, это для простоты обобщения многих факторов причина, — отмахнулась я- Чтобы долго не перечислять при оказии. А если по фактам, то не нравится она им потому, что строгая. Налоги собирает, заставляет работать, держит в ежовых рукавицах. Ну, с перегибами, конечно, в силу Темной сути. Но и века у вас весьма средние тут. Так что как без этого? В общем, все как везде. История такие моменты знает. Низы хотят всего сразу, и не работать. А верха развлечений и ни за что не отвечать. А виноват тот, кто судит всех их и заставляет держаться в рамках указанных законом отношений.

— В каких?!

— Ну вот то же крепостное право на Руси… а, ты не знаешь. Не суть. В общем, если у тебя в собственности сто крестьян, то они, конечно, должны на тебя работать от зари до зари. И, в теории, бесплатно. А по сути, ты им, как помещик, тоже много должен. Избу им обеспечь, во что одеться, врача какого-никакого (а то перемрут всей толпой от первого насморка). Чем развлечь, чтоб не спились, что покушать А если год голодный? Прокорми-ка всех этих подотчетных. Но кто из крестьян это понимал? Никто. Все считали, что как только им землю раздадут, так они все сами барами станут. Вот раздали однажды. И что получилось? Одно дело, когда одни все поле бороздят, другие сеют, третьи полют. А тут все только твое. Все сам. Или голодай по зиме- больше никто тебе ничего не должен! И опять всем плохо получилось. Мужик обыкновенный как-то не готов оказался за все сам один отвечать. У него же, необразованного, ни сил на это, ни организаторских способностей.

— И что, все сразу вернулись к былому? С благодарностью?

— Нет. Там плохо все кончилось, — нехотя, признала я, — Но суть не в этом. Суть в том, что чтобы человеку было хорошо, надо сперва сделать ему плохо, а потом как было.

— Глубоко! — уважительно посмотрела на меня птица.

— А то! Однако, чтобы постичь эту глубокую истину риторики мало. Это надо на себе прочувствовать. Вот я им и предоставлю этот редкий шанс. Пусть воочию оценят разницу. А то королева им плоха! Ничего! Анархия она только в словаре привлекательна. И они у меня до этого дойдут своим скудным коллективным разумом. Это я умею! У меня раз в набор абитуриенты с «нюансами». И не таких ломали.

С этими жизнерадостными мыслями я и поднялась в покои принцессы, чтобы уже там, в чистоте и пастельных тонах интерьера дождаться первую делегацию восторженно-обескураженной челяди.

— Она уехала! Представляете?! И теперь королева Вы! — едва не захлебываясь радостью, прыгала вокруг меня Мадлен, мешая горничным разглаживать складки на моей юбке.

— Да- да, знаю, — всплеснула руками я, усиленно хлопая ресницами- Она передала мне письмо через Крула. Странно, что она уехала так внезапно.

— Ой, да какая разница, — совершенно теряя границы субординации, вяло отмахнулась от меня девушка- Главное- ее нет! Она покинула замок! А уж мы постараемся не пустить ее обратно. И тогда Вы станете полноправной правительницей Криалии!

— Ага-ага, — закивала я, роняя шпильки из волос мысленно делая пометку, что эту активистку надо нейтрализовывать первостепенно- Ну? Я готова завтракать!

— Только сперва надо выступить перед челядью, — порекомендовала мне Мадлен- Все волнуются.

— Выступить?